Читаем без скачивания Кремль-2222. Садовое кольцо - Владислав Выставной

Вдвоем они принялись выбираться из бетонной Чаши. Название, данное «властелинами», подходило этому месту как нельзя лучше. Мрачный, неправдоподобно гладкий бетон внизу и великолепие иллюзорного неба над головой — из-за этого можно свихнуться. Неизвестно, что порождало прекрасные иллюзии над головой. Оставалось думать — все тот же След. Суеверные сектанты вполне могли отнести происходящее на счет демонов, в которых они так беззаветно верили.

— Вон трещина! — указывая вперед, крикнул Книжник.

— Вижу, — отозвался Зигфрид. — Под ноги лучше смотри.

Ответить парень не успел, потому как споткнулся и едва не клюнул носом в бетон. Да уж, он действительно стал хуже контролировать свое тело. Допинг переставал действовать, и давали о себе знать запредельные для его организма нагрузки. Хельга отчего-то легче переносила «ломку». Наверное, потому, что не проводила сутки напролет над пожелтевшими страницами древних книг. Все, чего сейчас хотелось, — это упасть прямо здесь, на бетон, и проспать так неделю-другую…

Они протиснулись через приличную трещину в основании здания, вышли под другое, реальное, небо. Было оно, конечно, не столь эффектно, но дышалось под ним как-то легче.

— Где он, этот старик? — пробормотал Книжник, растерянно оглядываясь.

— Сюда! — позвал из темноты Зигфрид.

Он склонился над замершей на асфальте скрюченной фигурой. Книжник присел рядом, тронул лежащего за плечо. Тот застонал, с трудом повернул к ним лицо.

— Отшельник?! — ахнул Книжник, — Но… Откуда вы здесь?!!

— Вопросы после, — сказал Зигфрид, подхватывая старика под руки. — Давай-ка, взяли!

Книжник подчинился, схватил старика за ноги. И вдруг замер, как молнией пораженный.

— Ну, что такое? — недовольно спросил Зигфрид. Они опустили старика назад, на холодный асфальт. Тот тихо застонал.

— Гляди… — сказал семинарист, указывая в сторону от купола.

Здесь, в зоне, свободной от тумана, было видно, как знакомая полоса излучения бежит по направлению к куполу, врезаясь в почву за десяток метров от здания.

— Неплохо, — сказал Зигфрид. Кивнул в сторону полосы чистой земли между куполом и местом, где излучение ныряло в землю. — Будем считать, что мы нашли единственный проход в Кольце.

— Во-первых, он не единственный, — возразил Книжник. — Думаю, Кольцо замыкается с двух сторон от купола. Во-вторых, разрыв у «Красных ворот», если Чико не почудилось, конечно. В-третьих, как это можно считать проходом? Мы потеряли двоих, пока пришли сюда. И без роботов вообще бы погибли. Кстати, био прошли именно здесь, больше негде. Интересно другое… — Он помолчал, собираясь с мыслями, и закончил:

— Готов поклясться, что знаю, куда ведут оба этих «контакта»!

Хельга осталась с Отшельником. Остальные же вновь стояли вокруг жертвенника, разглядывая жуткую диковину. Книжник шагнул вперед и теперь, задумчиво закусив губу, внимательно осматривал полусферу.

— Нет, не может быть, — сказал Зигфрид. — Все это твои фантазии…

— А вот сейчас проверим, — пообещал Книжник. Крепче сжал нож, «продезинфицировал», небрежно потерев о рубаху. Сделал небольшой надрез на ладони. Посмотрел на товарищей — и протянул вперед руку. Тонкая струйка крови пробежала по ладони. Несколько капель упали на жертвенник.

Низко загудело, мелко задрожал под ногами бетон. Более чем неожиданная реакция на небольшое количество гемоглобина. Факт занятный, но, на первый взгляд, бесполезный. Таким бы он и остался, если бы парень не приблизил лицо вплотную к поверхности жертвенника.

Над грязным слоем запекшейся крови мерцало едва заметное синеватое сияние.

— Вот и ответ! — дрожащим от волнения голосом заявил Книжник. Обернулся к друзьям: — Понимаете?

— Не очень, — сказал Чико. Присел на корточки рядом с полусферой, склонил набок безликую голову. В мертвых стеклах мелькнули синеватые отблески.

— Вот зачем им нужны жертвы, — Книжник осторожно провел рукой над жертвенником, — Кровью жертв они питают Кольцо!

— Как можно питать системы Последнего Рубежа кровью? — пожал плечами Зигфрид.

— Я не совсем правильно выразился, — поправил себя Книжник. Принялся ходить вокруг жертвенника, все более волнуясь, говоря сбивчиво: — Не питают — скорее, инсценируют питание. Источник может находиться совсем в другом месте. Возможно — это сам След. Ведь он насыщен совершенно необъяснимой, но мощной энергетикой. А может, и След — всего лишь проводник энергии совсем от другого источника. А может даже, этот источник… — Книжник замолчал, не решаясь произнести слишком смелое предположение. — Это и есть Бука.

Они сидели в небольшом бетонном закутке, расположившись в стороне от места жертвоприношений.

Старик пришел в себя не сразу. У него не было заметно внешних повреждений. Скорее, он ослабел от перенесенных переживаний. Потому Книжник отпаивал его остатками кремлевских снадобий и сетовал на то, что жители джунглей не дали с собой хотя бы небольшого запаса своего допинга.

В сумке одного из сектантов нашли небольшой запас сухарей и сушеного мяса. Мясо есть побрезговали: было подозрение, что это человечина. Но сухари смели враз, оставив немного для Отшельника.

Тот пришел в себя довольно быстро. И тут же спросил слабым голосом:

— Девочка… Она жива?

— А вон она, — сидевший рядом семинарист кивнул в сторону Молнии. Хельга, как ни в чем не бывало, занималась ее косичками. Перед послушно сидевшей девчонкой лежало то самое отобранное у сектантов ритуальное «мачете». — Вы лучше скажите — как вы сюда попали раньше нас? Да и зачем?

— Вот и я думаю — зачем? — горько усмехнулся старик, — Добраться сюда было не так уж и сложно: нео меня знают, не трогают. Да и звери со мной. Просто прошел через кордоны, да и сюда добрался по старой памяти…

— Я совсем забыл, что вам не нужно было вприпрыжку нестись вокруг всего Кольца, — проворчал Книжник, — И все же — зачем вы здесь?

Старик вздохнул, беспокойно заерзал, пытаясь подняться. Парень помог ему сесть. Отшельник провел рукой по лбу, прикрыл ладонью глаза, будто пытаясь что-то вспомнить:

— Все из-за нашего разговора. Он пробудил забытые воспоминания. Я целую ночь не мог уснуть. Меня будто манило сюда что-то. Словно… Словно домой. Когда я ступил на эти земли, сразу же ощутил прилив сил, забытую ясность ума. Все было бы здорово — если бы не эти мерзавцы…

— Они напали на вас? — спросил Книжник.

Но старик словно не слышал его. Он продолжал говорить, уставившись в точку за спиной собеседника:

— Я шел к этому месту, словно меня тянуло сюда магнитом. И, войдя в это здание, сразу же ощутил: он был здесь. Не просто был — он жил здесь, и тут ему было хорошо и спокойно. И покинул эти места только потому, что пространство вокруг него стало искажаться, обретая пугающие свойства, лишая покоя, рождая тревогу и тягостные воспоминания. И потому он ушел. Ушел, чтобы найти новое убежище, не тронутое его тяжелым дыханием. Ибо такова его судьба — вечно бежать от своей демонической сущности, оставляя за собой этот страшный След…

Старик замолчал. Книжник вежливо помолчал какое-то время, но все же не выдержал:

— Но откуда вы все это знаете? Ведь вы никогда не видели Буку.

— Все верно. Но я впитал часть его сущности. И кажется, стал со временем понимать его…

— Так, может, вы понимаете и «властелинов»? — вмешался в разговор Зигфрид. — Зачем им вся эта затея с блокадой?

— Этого я не знаю, — пожал плечами Отшельник, — Возможно, еще одна попытка уничтожить ненавистный им Кремль. Но, раз мы здесь, можем ли остановить беду?

Чико помог ему подняться. Старик медленно зашаркал в сторону жертвенника. Остановился рядом, скорбно покачал головой. Какое-то время стоял с закрытыми глазами, тихонько покачиваясь из стороны в сторону, как в трансе. Открыл глаза, указал на основание алтаря, сказал:

— Здесь он спал когда-то.

— Кто? — спросил стоявший за спиной Чико.

Отшельник не счел нужным отвечать. Да и ответ был вполне очевидный. Вместо этого старик продолжил, покачиваясь, как в трансе:

— Его сны тяжелы, мрачны и исполнены запредельной силы. Настолько мощной, что действуют на реальность, на людей и предметы. Год за годом это место пропитывалось злой энергией его кошмаров. Вещество стало менять структуру, пространство — привычные свойства. Знаете, что такое металл «с памятью»? Эта поверхность все еще помнит тепло его тела. И будто оживает при соприкосновении с живой плотью…

— Вот оно что… — прошептал Книжник, окидывая жертвенник новым взглядом.

— …и она жадно впитывает живую кровь жертвы. Но чувствует лишь обыкновенную, человеческую плоть, бесконечно далекую от энергетики старого хозяина. И потому этому месту всегда будет мало крови. Оно заставляет новых хозяев постоянно питать его жертвами. Но, сожрав очередную жизнь, эта искореженная материя должна сбросить избыток накопившейся темной силы. На что-то, способное принять и усвоить такое количество энергии…