«… По результатам имею целью сообщить следующее. Движитель, который был создан Меликой Тайфол и моей дочерью, Энфирией, это механизм следующей ступени развития механики в целом. Преобразование энергии в механическую силу и обратно, это совершенно другое направление мысли.
Данный движитель был детально обследован мною лично. Часть решений были развитием предыдущих образцов. А часть, и довольно существенная, есть совершенно другая концепция разработки механизмов. Достаточно упомянуть, что вместе с Меликой и Энфирией работала специалист по веществам. То есть, в последующем, нужно также широко задействовать специалистов из областей, которые на первый взгляд никак не касаются непосредственно разработки механизмов.
По практическому применению данного движителя. Считаю, что он есть решение той проблемы, с которой мы столкнулись при создании объекта «Овал». Движитель Мелики и Энфирии обладает весьма серьезным ресурсом. И вполне может быть применен, как необходимый источник механической силы для приведения в действия воздушных лопаток.
Также я пришел к выводу, что на тех образцах, которые мы исследовали в Кантосе, тоже имелись какие-то движители. Да, скорее всего, они были совершенно другой конструкции, поэтому они и не были нами опознаны и поняты. Но определенно, мы получили свой образец, который можем применить к объекту «Овал».
Исходя из результатов испытаний движителя МЭ, я планирую создать рабочую группу, по изучению опыта исследовательского бюро и, впоследствии, созданию типовых движителей для массового применения…»
— Вот это ничего себе, — заметил Аассен, откладывая «записку» Бенгара Дайтара.
Записка, да. На двадцати шести страницах. Движитель, доспехи. Доспехи, внимание, из антов! Марка Тайфол становится каким-то источником чудес. Такое ощущение, что юный Тайфол притягивает к себе необычных разумных и их идеи, словно мэллорн антов.
Хагер посмотрел на конверт, пришедший из Эло и подписанный тем самым юным возмутителем спокойствия.
Сравнение Аринэля Тайфола и Терона Аассена уже не просто проскакивали, а постоянно звучали. Просто это трудно не заметить. Что один, что вот теперь другой, натурально переворачивают привычную жизнь.
«Боевые машины, значит?» — вспомнил Аассен один из прожектов Аринэля.
Теперь это уже не кажется какой-то фантастикой. Движитель, вот, сам Бенгар Дайтар признал вполне рабочим механизмом.
Мужчина взял конверт. На нем, размашистым почерком были выведены реквизиты. Плотная коричневая бумага слегка похрустывала, отливала в свете светильника черная запечатка, на которой был выдавлен герб Тайфолов. То, что это не просто Тайфол поставил печать, а еще и Третий Наследник, говорил маленький сариэль на щите.
— Ну, и что же еще ты хочешь перекроить, Аринэль? — произнес Аассен.
Блеснул на свету канцелярский нож. Остро отточенное лезвие легко разрезало бумагу. Из конверта на стол выпали листы.
— Копия Сабрине? — хмыкнул Хагер.
И углубился в чтение…
… — С маткой у Аринэля не складывается, — позже говорил он Нэйран Грестос. — Он пишет, что катастрофически не хватает знаний.
Аассен стоял, как обычно, у окна.
— Может это и хорошо? — с сомнением заметила Императрица, сидя за столом.
— Зато он просит организовать дежурство одаренных около Иматэёля, — добавил Аассен. — Цитирую: «для обеспечения схемы питания и сохранения запасов энергии в кристаллах каммонита». Наш юный герой нашел способ, как одаренные могут отдавать энергию мэллорнам почти без потерь.
— Ну, это хотя бы не так затратно, — сказала Грестос. — А почему он тебе об этом написал?
— Уведомил и ради разрешения, — ответил Хагер. — Копию он сам отправил Сабрине.
Нейран покосилась на мужа. Какой-то он сегодня был… чуть другой.
— Читая записку от Бенгара, — произнес Аассен. — Снова подумал о том… Разделение ответственности прямо-таки напрашивается.
Грестос хмыкнула. Она откинулась на спинку кресла, нахмурилась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И это было бы крайне неправильным шагом, — добавил мужчина.
— Думаешь? — спокойно спросила Императрица, покосившись на мужа.
— Это исключительно желание поменьше работать, — сухо произнес Аассен. — Сейчас мне приходиться вникать, вон, даже в вопросы производства платьев. А так бы я взял что-нибудь интересное и работал в свое удовольствие.
— А что будет у детей — их проблемы, — негромко добавила Нэйран.
— Да, — кивнул мужчина. — Зачем думать про какие-то движители? Вот Аринэль. Герой, сильный одаренный. Живи и радуйся.
— Невеста — наследная принцесса, — добавила женщина.
— Вот только согласилась бы Юлиса ею стать? — сощурился Хагер.
Он посмотрел на жену, намекая на саму Императрицу. Мужчина отвернулся, и стал изучать через окно двор замка.
— Аринэль и те, кто рядом с ним, — произнес Аассен. — Они не пытаются найти себе место получше. Они делают то, что считают правильным и нужным. Самое главное, они делают. Пробуют, дерзают. И, думаю, не дадут нам всем снова сесть в удобный теплый загончик. Пройдет поколение и те, кто сейчас еще очень молод, будут подходить к вопросам, также, как их кумир.
— Вряд ли это будут вообще все, — заметила Грестос.
— Да, вот только до этого этими изгоями были… мы, — сухо заметил Аассен. — А знаешь, что еще? Вот говорю я это… И головой понимаю, но не принимаю полностью. И это я. А другие?
Императрица передвинула исписанные листы, лежащие на столе.
— Я… поверила, когда увидела улыбающуюся Юлису, — глухо ответила Нэйран. — Когда увидела, сама, как они с Аринэлем пикируются. Поэтому я и отпустила ее в Крэстэйр. Помнишь… Когда вы с Демионом вернулись в Академию? Первое, что сделал он, это…
— Я думал, Демион тогда сделал беспроигрышный ход с этими цветами, — хмыкнул Хагер. — Я честно тебе скажу, даже не подумал.
— Вот именно, Хагер, — твердо ответила Грестос. — Аринэль, как и ты, не пытается выглядеть «поприличнее». Не пытается уговорить. Хочешь, иди следом. Не хочешь…
Императрица вскинула голову. Ее глаза подозрительно блеснули.
— Мы дойдем и без тебя, — добавила женщина. — Это и есть сила. Быть, а не казаться.
Аассен с легким удивлением покосился на Нэйран.
— Но решать, какие в этом году будут платья в моде, мне все равно не нравится, — произнес мужчина.
— А для чего мы их надеваем? — усмехнулась Нэйран. — Чтобы вам, мужчинам, нравится. Так что, главный мужчина Империи, придется оценивать.
* * *
Эло-Уэль. Лагерь Восьмого Дрэянского легиона
Конечно, Деннар Вестфолен знал, что произошло в марке Тайфол. Но, во-первых, в общем. А во-вторых, участник событий, причем самый непосредственный, это все равно интересно, даже если и все знаешь.
— Аринэль пытается взять под контроль матку? — удивленно переспросил Вестфолен.
— Вот именно, что пытается, — ответила Каэтания Сайридис из глубины своего капюшона. — Он сам говорит, что это будет крайне непросто и не быстро.
Они сидели в штабной палатке. Деннар на своем «троне», на самом деле это был пень, ствол срубился не до конца и когда дерево упало, осталась этакая спинка. Каэтания же сидела на складном стуле.
Здесь же, в палатке, стоял здоровый стол, на котором лежали карты. Сейчас поверх всего находилась карта окрестностей мэллорна, на которой стояли значки подразделений легиона.
— Но и то, вы там прям серьезный масштаб взяли, — уважительно отметил Деннар. — Намеренно матку вызвать — это вам не пообедать сесть.
— Лично мне было приятно то, — ответила магистр. — Что предварительно все просчитали. Конечно, с антами прямо все не учесть. Но в этой ситуации было гораздо больше управляемости. Даже в Эшмаэне мы больше парировали, чем направляли.
