— Ну… — Эндан смутился. — Ты же такая… самостоятельная. Я думал, ты меня пошлёшь с такими предложениями.
Алиса сонно улыбнулась и потыкала пальцем в бок младенцу. Тот зачирикал.
— Я вон чё смогла сама. И домик давно уже могла бы побольше снять. Мне просто тот нравится. Я его выкупить хочу. Поможешь с хозяином договориться?
— Обязательно! — облегчённо выдохнул Эндан. Надо было срочно заказывать машину и грузчиков, да кого потолковее, Эндан же не сможет руководить упаковкой вещей, у него было дело поважнее… Планы, планы! — Я сейчас! — пообещал он, вставая.
— Э, ребёнка мне оставь!
Эндан неохотно обернулся. Младенец у него на руках слегка шевелился, но ничего пока не требовал.
— А можно я так?
Алиса рассмеялась и махнула рукой.
— Вернёшь потом, когда наиграешься.
Эндан сомневался, что такое время наступит, но не стал спорить.
В коридоре Задира, Хотон-хон и Экдал распивали кофе, заботливо сваренный Задириным мужем.
— Гляди-ка, живой, — хмыкнула Задира, окидывая его взглядом. — Хорошо, что я не поспорила.
— А я говорил, он крепче, чем кажется, — довольно кивнул брат.
— Хотон-хон, — Эндан не стал даже комментировать их насмешки, — а как скоро Рябинке можно будет домой?
Та пожала плечами.
— Да хоть сейчас. Ну или может здесь поспать сначала.
Эндан обомлел. Он почему-то был уверен, что целители будут нависать над Алисой круглые сутки ещё по меньшей мере месяц. Ей же нужно как-то там восстановиться… вот это был внезапный удар!
— А… — выдохнул он, — вы не можете… подольше?..
— Пристройку не успели, да? — ухмыльнулся брат.
— Да нет! — возмутился Эндан. — Она же… она же не может так сразу… Надо же убедиться… Вы говорили, там способ какой-то будете использовать, после которого заживать будет долго…
— Не пришлось, — развела руками Задира. — Ребёнок крупный, конечно, но так и корма у вашей Рябинки немаленькая, пролез.
— Да где⁈ — изумился Эндан и посмотрел на свёрток в своих руках. От мысли, что вот это всё как-то пролезло сквозь тощую Рябинку, ему делалось дурно. — Она же как ковылиночка!
— Просто высокая, — пояснила Хотон-хон. — Муданжки такими почти не бывают, вот ты и не привык.
— Да какое… — начал Эндан, пытаясь мысленно наложить габариты Алисы на других знакомых ему женщин. Вот у брата жена — та женщина в теле, там всё понятно. А так даже Яргуй была в бёдрах пошире, чем Алиса, хоть и намного ниже ростом.
— А ты не заметил, что на ней диль твоей жены не сходился? Ещё тогда, в первый приезд, — спросил брат. — Я сразу тогда ещё подумал, вот с этой проблем не будет!
Эндан сжал зубы.
— Моя жена — самая красивая, стройная и изящная! Чем тут зубоскалить, помог бы лучше её вещи ко мне перевезти!
— Боги, что ж такое сдохло в Великих лесах? — фыркнула Хотон-хон, вставая. — Явор, пошли, поможем.
Через неделю после дня Х Алиса пришла во дворец переподписать контракт. Зачем для этого идти ногами, она не понимала, всё же всё равно подписывается в цифре, но Муданг бывал странным в этом отношении. Эндан, конечно же, одну её не отпустил, увязался следом. А где он, там и малышка Ош. Все друзья не по разу напомнили Эндану, что надо бы нанять няньку, но Алиса видела, что он хочет это делать настолько же, насколько заказывать пристройку. Поэтому Ош просто жила на нём весь день.
Эндан оказался таким предупредительным, что Алиса каждый раз заново сомневалась, не снится ли ей это, а когда убеждалась, что нет, — как будто поднималась на ступенечку какой-то мысленной лестницы, и с каждым шагом чувствовала себя чуть менее прозрачной. Психолога это очень радовало, а раз так, то и Алису тоже Вот, например, Эндан очень беспокоился, что Алисе не понравится имя, которое дадут девочке Старейшины. Дескать, у землян другие традиции… Алисе было абсолютно всё равно, как назвать дочку, лишь бы потом не явился папа и не потребовал поменять на свой лад, как было с самой Алисой и её братом. Брату повезло: мама вспомнила потом, как хотела его назвать, а вот Алиса так и осталась в неведении.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В общем, явились они всей семьёй во дворец, а там их поджидала огромная толпа народа с воздушными шарами, сыплющимися с потолка блёстками и накрытым столом. Алиса такое раньше только в кино видела, и от толпы ей стало не по себе. Толпы не любили Алису, и она отвечала взаимностью. Хотя, стоило приглядеться, и она поняла, что эта конкретная толпа вся состоит из знакомых приятных людей: Лиза, Яна, Явор с женой, Слухарь, хозяйка и хозяин женской клиники, духовник Эндана, Лизин старшенький и ещё несколько человек, которые бывали у Лизы на даче. Не поверив, Алиса пересчитала. Людей, с которыми ей было приятно общаться, действительно набралась целая толпа. Разве так бывает? Ещё один шажок, и она встала на ступеньку выше.
Эндан, как обычно, растрогался до слёз, и они с Ош немного вместе поплакали. Алису это не напрягало: психолог говорила, что поплакать иногда полезно. А она умная, она брата лечила и вылечила. Но, кажется, в этот день количество ступенечек перешло в качество, и Алиса вдруг поняла, что все эти люди её одобряют. Она сдала свои экзамены каждому из них. Даже Ясеню-Эндану, который казался таким недостижимым. Даже маленькой Ош, которая не умела притворяться. А если кто-то из прошлой жизни её всё ещё не одобрял, так, может, им просто не по пути?
Когда Ош исполнился месяц, Алиса вдруг вспомнила, что ничего не говорила маме. Не то чтобы та сильно интересовалась жизнью дочери, но у Алисы было абстрактное представление, что человек должен знать, что стал бабушкой. Поэтому как-то вечером, лёжа на диване в огромной семейной комнате их с Энданом дома — из которой все куклы уехали в Алисин ретрит, — Алиса решилась и отправила запрос на видеосвязь маме. Лежащий рядом Эндан, на котором барахталась Ош, поднял бровь, но ничего не сказал.
— Ой, Алисочка, — рассеянно поприветствовала её мама с размазанной краской на щеке. — Ты ключи забыла?
— А, нет, мам, — спокойно ответила Алиса, игнорируя шокированное шипение мужа. — Я дочку родила.
Мама поморгала.
— Когда?
— Месяц назад. — Алиса подтащила Ош поближе к камере. — Вот. Ты теперь бабушка.
Мама ещё несколько раз моргнула. Такой удивлённой Алиса её никогда не видела.
— А ты далеко? — наконец спросила та.
— Ага, — откликнулась Алиса. — Далеко. На Муданге.
— Я приеду, — безо всякого выражения сообщила мама.
Алиса аж села прямее от таких заявлений. Мама вообще знает, где Муданг? Но сказать она ничего не успела.
— Это куда ты собралась? — послышался на заднем плане голос папы, и его лицо замаячило в камере.
Эндан метким движением выключил на буке звук. Несколько минут они втроём с Ош любовались его возмущёнными гримасами.
— Мне кажется, он постарел, — сказала Алиса.
— Есть немного, — не стал спорить Эндан. — Хотя, может, свет такой.
— Может, — задумчиво согласилась Алиса, погружённая в свои мысли. Вот она смотрела на папу, который наверняка сейчас на неё кричал, пусть она и не слышала. Но с её ступени мысленной лестницы ей было всё равно… Как будто это уже и не папа. Папа был тогда, в её прошлом, в другой жизни, как монстр под кроватью. А это просто какой-то вздорный дед. И Алисина жизни никак от него не зависит.
Эндан вот преодолел свой страх и пережил Алисины роды. А Алиса неужто не переживёт папин нагоняй? Решившись, она включила звук.
—…гулящая, залетела незнамо от кого, где тебе ребёнка воспитать⁈ Сгинешь вместе с ним, ты же даже о себе позаботиться не можешь, какое там о младенце!
Алиса глянула на Эндана. Тот, сдвинув брови смотрел на неё, но больше звук не выключал. «Понимает», — с теплом подумала Алиса и улыбнулась.
— А кто виноват, что меня такую вырастил? — спокойно спросила она папу. Тот осёкся, удивлённый, что ему кто-то что-то высказал поперёк. — Если сгину, это твоя ответственность. Ты же такой крутой и всё можешь предусмотреть, так как вышло, что от тебя дети разбегаются, кто на край света, а кто и за край?
