Ей нравилось наслаждаться небольшими укусами, и ему пришлось делать с ней такие вещи, которые могли бы преследовать его в течение многих лет. Но теперь у него были кинжалы и вычеркнут один пункт из списка дел. Когда он осмотрелся, потер руки, ненавидя синеватые клочки ткани, ниспадающие с потолка и украшающие все огороженное пространство. Ненавидя расшитые бисером подушки холла, голые блестящие тела, прогуливающиеся туда и сюда.
Время вычеркнуть пункт номер два. Арка, посланница богини. Конечно, она знает, где держали Сиенну, как одна из многочисленных партнерш заставила его проверить. Разговоры в постели - его лучший друг, а все остальное злейший враг.
Если ее здесь нет, он понятия не имел, куда идти дальше. Или что делать. Не думай так. Никто здесь не чувствовал его. Пока. И это очень скоро изменится. Секс нуждался в сегодняшней дозе. От него уже исходили ароматы шоколада и шампанского. Скоро как смертные, так и бессмертные, все кто был здесь, чтобы служить Кроносу, ощутят на себе сексуальный голод. Царь Богов отказался от единственной возлюбленной. Теперь у него их было тридцать … три. Да, тридцать три, Парис посчитал. Остальные двадцать семь, стоящие вокруг края бассейна, были телохранителями, не сексуальными объектами.
Парис сомневался, что Кронос спал со всеми, кто был здесь, или что ублюдок хотя бы планировал переспать со всеми ими в будущем. Но Кронос сделал бы что угодно, чтобы достать Рею, его предательницу жену, и ничто не задело бы гордость женщины так, как неверность. Это Парис знал очень хорошо.
Он никогда не хранил верность. Никогда не мог ее хранить. Независимо от того, насколько он хотел этого. Независимо от того, что его многочисленные любовницы кричали на него и бросались громкими словами, отчаянно нуждаясь в чем-то, чего он не мог им дать. В чем-то … большем. Его возлюбленные были едой для его демона, вот и все. Он не мог позволить им быть чем-то другим. И на самом деле, он не хотел, чтобы они были чем-то другим.
Он просто разыскивал Сиенну. Если он сможет ее найти, если он сможет к ней прикоснуться и если она больше не презирает его, что весьма маловероятно, особенно после того, что он здесь сделал, будет ли она принадлежать ему? Так много если.
Он бывал здесь время от времени с момента ее исчезновения, и был в курсе событий - выжимал информацию из любого приближенного Крона. Видишь? Предатель. Он находился здесь ради одной женщины, а спал с другой. И еще. И еще. Встряхнись. В противном случае, ему захочется этой амброзии. Черт, может быть, он просто должен уступить. Или, возможно, он должен уйти. Крона хватит удар, когда он узнает, где находится Парис. И он определенно его накажет. Потому что… чтобы скрыться, Парис использовал ожерелье - мужской шнурок, как это называл Торин - который царь богов дал ему. Предполагалось, что это ожерелье он мог надевать только, чтобы скрыться от Реи. Само его использование против Крона было небольшим преступлением, но учитывая намерения Париса…
Ты близко. Ближе, чем ты когда-либо был. Не важно, что произойдет, он не сдастся. Так что, никакой амброзии и никакого ухода.
- Я так горю, - сказала одна женщина. Она лежала на бархатном кресле, голая и блестящая, выгнув спину, проводя кончиками пальцев по своим большим желтовато-коричневого цвета соскам.
- Так нуждаюсь.
- Я тоже, - сказала другая. Она облизывала губы разыскивая партнера.
О-о, да. Они, наконец, ощутили Париса.
Его друзья привыкли к нему, привыкли к его аромату и потребности, которую он вызывал, и были практически неуязвимы. Плюс, он перенасыщал Секс, так что демон редко разыгрывал такое. Парис все еще не привык к этому.
- Я никогда не была такой возбужденной, - сказала другая женщина.
Затем произошло это. Зазвучали стоны удовольствия вспыхнула оргия. Несколько извивающихся тел, ласкающие руки, раздвинутые ноги. Вид обнаженных тел не вызвал даже проблеска желания. Он находился там, чтобы получить информацию, он так устал от этого. По крайней мере, они отвлеклись от него. Он изучал их, в поисках предательски “длинных, заплетенных волос”, которые указали бы ему на Арку сумасшедшую. Ещё один, любопытный факт, который он узнал: она была прототипом к детской истории о Рапунцель. Давным-давно, когда она передала благостное послание человеческому королю, очарованный её красотой, он задумал захватить её. И это ему почти удалось. Не только потому, что он использовал черную магию, а потому, что его расчёт был точным. Греки получили контроль над царством небесным, а также захватили титанов. Об Арке же забыли.
Парис не знал, правдива ли остальная часть истории. Была ли она спасена смертным принцем. Был ли смертный убит перед ее глазами, когда греки, наконец, вспомнили о ней и поволокли ее в царство небесное, чтобы запереть в другую более прочную тюрьму. И он не позволял себе беспокоиться об этом. Что он знал? Арку схватили прямо с золотой улицы и бросили здесь. Парис может воспользоваться этим в его же пользу. Она должна ненавидеть короля, и жаждет мести.
Кроме того, ее не было в этой части дворца. Пожалуйста, будь в другой. Он быстро прокрался вдоль стены. Парис мог бы раздеться и представиться, как раб, или новое пополнение гарема, но он не хотел оставлять своё новое оружие. Нет сомнений, что оно ему необходимо. Дойдя до угла, он остановился и прислушался, осматриваясь. Не услышав никаких шагов. Не увидев скользящих по мраморному полу теней. Он медленно двинулся вперед, оставляя позади купальню. Закрытая дверь, затем еще одна закрытая дверь встретились Парису, и он заскрежетал зубами. Если, он должен трахнуть кого-нибудь, что бы узнать какая комната принадлежит Арке…
Раб вышел из комнаты в дальнем конце коридора, с большим серебряным подносом, который балансировал в его руках. Он заметил Париса, но не поднял тревогу. Нет, его загорелое, обнаженное тело отреагировало мгновенно, его живот задрожал. Он поставил поднос на пол и практически бросил его, как будто был в трансе.
Наверное, так и было. Парис не кормил своего демона уже двадцать три часа. И он не ослабел бы в течение еще одного часа, но влияние феромонов Секса - или чтобы там ублюдок не вырабатывал из пор Париса - продолжит усиливаться, пока они не войдут в кого-нибудь.
Несколько раз Парис доводил себя до такого состояния, что от слабости он не мог двигаться. И все равно эти феромоны, исходящие от него, были настолько чертовски мощными, что люди нападали на него, бессильные что-либо сделать с этой жаждой. Несколько раз, прежде чем Парис полностью ослабевал, он терял контроль над собой и сам нападал на людей.
Рабыня достигла его.
- Кто ты, красавчик?
Размашистыми движениями, мозолистых, переутомленных рук, она ласкала его грудь. Возможно, он не был так близко к нахождению Сиенны, как думал. В первый раз, когда он приблизился к ней, его демон начал отвергать других. А эта рабыня была далека от того чтобы быть отвергнутой. Но Парис не собирался менять взятое направление. Он просто не мог. Если не здесь, он не имел понятия, куда ему идти.
