Теперь обратимся к идее «меньшего зла». Согласно этой теории, Переяславская рада якобы спасла украинцев от гибели, которую несли другие соседние государства, она положила конец тяжелой войне украинского народа против поляков-колонизаторов. Украинский же народ наконец смог получить свое «место под солнцем», а если и страдал, то только вместе с «братским русским народом». Но как можно определять, какая система угнетения окажется более гуманной и потому предпочтительной для того или иного народа? Да, говорить о том, что польское владычество было бы благом для Украины, глупо. Однако именно западные области, которые в 30-х годах XX столетия как раз находились под властью Польши, ужасов Голодомора, постигших советскую часть Украины, не испытали. А кто может поручиться, что в случае принятия теории «меньшего зла» шведская ориентация была бы для Украины вредоносней, чем русская? Если взять договор, некогда подписанный королем Швеции Карлом XII, польским королем Станиславом Легцинским и «проклятым гетманом» Иваном Мазепой, обнаруживается интересный момент. Оказывается, стороны пришли к соглашению, что «Украина обеих сторон Днепра с войском Запорожским и народом малороссийским должна быть на вечные времена свободной от всякого чужого владения. Союзные государства ни под видом освобождения ее, ни опеки над ней, ни под каким-либо иным предлогом не должны претендовать ни на абсолютную власть над Украиной и войском Запорожским, ни на ленную зависимость, ни на какую подвластность, не должны брать с нее каких-либо доходов или налогов… Целостность границы ее, нерушимость свобод, законов, прав и привилегий ее свято должны сохраняться, чтобы Украина на вечные времена свободно наслаждалась своими правами и вольностями без всякого ущерба». То есть получается, что ни о какой «продаже» Украины шведам и полякам речь не шла, а имел место договор равных сторон. Чем в Переяславе, простите, и не пахло. Тем более что впоследствии Москва начала толковать пункты достигнутой договоренности совершенно произвольно и уж никак не в ущерб себе лично.
В общем, разбираться в этой истории специалистам предстоит еще долго. Однако одно можно сказать твердо: Переяславская рада 1654 года является одним из самых трагических событий в истории Украины, которое стоит в одном ряду с погромом Клева Андреем Суздальским в XII веке, нашествием орд Батыя в XIII веке, введением крепостного права Екатериной II, гибелью Украинской Народной Республики в 1920 году, Голодомором 1932–1933 годов и Чернобыльской катастрофой 1986 года. Собственно говоря, в известном смысле все события новой истории Украины можно рассматривать как следствие того, что произошло в городе Переяславе три с половиной столетия назад.
Конотопская битва — украинские Канны
Среди судьбоносных событий, которыми буквально насыщена история Украины XVII века, есть битва, которую многие историки долгое время старались не замечать. Историография (как имперская, так и советская) предпочитала обходить стороной сражение под Конотопом, в которой украинцы во главе с гетманом Иваном Выговским в союзе с крымскими татарами и наемниками из Европы разгромили мощную армию Московского царства, превосходившую противника более чем в два раза.
Н. Сомко.
Бой под Конотопом
После смерти Богдана Хмельницкого в августе 1657 года царское правительство предприняло активную попытку окончательно присоединить Украину к Московскому государству. Москву не устраивало состояние только номинального владычества над Украиной, гарантией которого являлся огромный авторитет Б. Хмельницкого. Реализация задуманного россиянами плана привела к обострению отношений с новым гетманом Войска Запорожского Иваном Выговским, который не соглашался с изменением фактически независимого статуса Украины. Понимая четкие намерения царского правительства и учитывая открытую поддержку Москвой всех оппозиционных гетману сил, Выговский летом 1658 года принял решение разорвать союз с северным соседом и идти на сближение с Польшей. Подтверждением нового курса гетьмана стало Гадяцкое соглашение с поляками, заключенное 6 сентября 1658 года, которое зафиксировало возвращение Украины в состав Речи Посполитой.
Проект федерации Польши, Великого княжества Литовского и Великого княжества Русского, подготовленный украинским политическим деятелем и магнатом Юрием Немиричем, стал последней, и, к сожалению, неудачной попыткой «убежать» от тесных объятий Москвы. Этот проект позволил бы землям Украины получить собственное правительство (Раду), гетмана и канцлера, судебную власть, казну и, самое главное, регулярную армию в 40 тысяч казаков и наемников.
Но федерация не состоялась. Сама Речь Посполитая после первых же успехов в борьбе с внешними врагами фактически дезавуировала предварительные договоренности с Гетманщиной. Да и среди крестьянско-казацкой массы идея федерации с бывшими панами не нашла широкой поддержки, тем более что Выговский в своей политике опирался исключительно на казацкую аристократию и старшину. Он полностью игнорировал мнение не только бесправных селян, но и казаков.
Москва, не желая терять Украину, в октябре 1658 года послала на ее территорию 20-тысячный корпус под командованием белгородского воеводы окольничего князя Г. Ромодановского, что фактически стало началом открытой агрессии России против украинского государства. Миссия Г. Ромодановского была не слишком успешной, поэтому после дополнительного набора «всех категорий служилых людей» в Украину направился боярин и наместник Казанского князя Алексей Трубецкой. 120-тысячное войско боярина 26 марта 1659 года вторглось на украинскую территорию. Небольшой отряд казаков во главе с Петром Дорошенко у местечка Срибне попытался оказать сопротивление силам противника, которыми командовал князь Семен Пожарский (сын знаменитого спасителя Москвы Дмитрия Пожарского), но был разгромлен. Жители Срибного были поголовно вырезаны стрельцами.
16 апреля 1659 года Трубецкой подошел к Конотопу, причем к нему присоединился и полковник Беспалый, перешедший на сторону царского правительства. 21 апреля подоспела остальная часть российского войска под командованием князей Г. Ромодановского, С. Львова и Ф. Куракина. 11 мая 1659 года началась почти двухмесячная осада Конотопа, который мужественно защищали четыре тысячи казаков и местных жителей.
Довольно пассивная выжидательная тактика россиян была продиктована царской установкой не доводить дело до большой битвы, поскольку войско и так было сильно истощено в войнах со Швецией и Польшей. Это дало возможность Выговскому дождаться своих союзников — крымских татар. Гетман отверг предложение Трубецкого — решить конфликт путем переговоров — и посадил под домашний арест посланных с этой целью донских казаков во главе с Е. Савиным.
24 июня на Крупичполе под Конотоп прибыло войско крымского хана Мухаммед-Гирея IV. В распоряжении самого Выговского было 16 тысяч казаков и 2–4 тысячи наемников, в основном поляков, а также сербов, валахов, молдаван и немцев, которыми командовали коронный обозный А. Потоцкий и украинский шляхтич Ю. Немирич. Таким образом, всего царским войскам противостояло приблизительно 52–55 тысяч воинов союзной армии.
Перед началом наступления гетман и хан заключили долгосрочный военный договор с обязательством предоставлять военную помощь союзнику в войне с любым противником. Окончательно урегулировав свои взаимоотношения, союзники двинулись на Конотоп, к которому от Крупичполя было три дня похода.
Надо сказать, что Иван Выговский придавал предстоящему сражению особое значение. Перед боем он заявил посланцам Трубецкого: «Если он (Трубецкой) перед великим государем виноват, то его Господь Бог и побьет, а будет виноват другой, то и над ним будет Божья воля».
В открытом сражении враждующие стороны сошлись 28 июня 1659 года возле переправы через реку неподалеку от села Сосновка. К переправе первыми подошли отряды
Выговского, при этом большая часть татарской конницы, отделившись от гетманского войска, переправилась через реку южнее Сосновки и зашла в тыл россиян, ожидая там разгара сражения. Первой начала атаку московская кавалерия, ударившая в лоб казацко-татарских войск. Под натиском противника Выговский начал отступать вдоль болотистого русла реки по направлению к городищу Пустая Торговица. Это отступление частей Выговского, которое на самом деле было притворным бегством союзников, стало переломным во всей битве. В запале царские войска переправились через Сосновку. В это время украинцы успели разрушить переправу и ниже ее запрудить реку, что сделало невозможным возвращение российской конницы на свои исходные позиции. Тяжелая царская кавалерия застряла в топких местах реки, «настоящих конотопах», как об этом писал один из участников событий. Отряды крымчаков во главе с ханом, улучив благоприятный момент, бросились на россиян с тыла. Московские войска оказались в западне: от Конотопа их отделяла заболоченая местность, а спереди и сзади были казаки и татары. Деморализованные ударом с тыла, россияне начали убегать и стали легкой добычей татарской конницы и казацкой пехоты. Увидев со стен крепости развитие боя на переправе и вблизи ее, перешли в наступление и обессиленные осадой части конотопского гарнизона.
