голову вниз и заметила, как дрогнули её руки — плохое качество в данной ситуации. Она попыталась успокоиться и была благодарна Алу в том, что он её не торопил. Через непродолжительное время она, совладав с собой, приступила к процедуре. Кассиль включил диктофон.
Девушка осмотрела его кожные покровы и вновь растерянно посмотрела на коллегу.
— У меня такое чувство, что он вот-вот откроет глаза, это как… как резать живого человека, спящего… без анестезии, хотя я понятия не имею, каково это.
Алу кивнул, разделяя её ощущения.
— Но вам всё равно придётся провести аутопсию, — глухо ответил мужчина.
Девушка согласно кивнула и сделала надрез грудины. Треснули кости, проступила кровь. Линда замерла, задышав сильнее.
— Чёрт возьми, он же жив! — вскричала она, ей показалось, что он может вот-вот встать.
Это было бредом, ведь он даже не двинулся. Кассиль отрицательно покачал головой, а поза тела не изменилась.
— Анабиоз, — предположил Кассиль. — Очень глубокий, такой, что даже самые чувствительные приборы не могут зафиксировать малейшие признаки жизни.
Мужчина повернул голову к приборам, показания которых не изменились, потому что их не было: телу, лежащему на столе, было несколько тысяч лет, но тем не менее выглядело оно так, будто человек умер совсем недавно. Реальность сводила с ума, стирая все границы между академическими знаниями и опытом, получаемым прямо сейчас.
Ещё мгновение, и перед ними развернулось ещё одно чудесное действие: мало-помалу на их глазах кости стали тянуться друг к другу, переплетаясь, кожа с бешеной скоростью срасталась. И вот перед ними вновь предстала пугающая целостность.
— Что он такое? — с ужасом в глазах спросил Кассиль.
— Нам предстоит это узнать, только действовать придётся очень и очень быстро, вооружайтесь пробирками и берите ткани, я буду препарировать ровно столько, сколько понадобится.
Коллеги кивнули друг другу. Следующие несколько часов учёные гнались за временем, борясь с быстрой регенерацией тела. Линда успела рассмотреть и сделать заметки по внутренностям человека. Она, как профессионал, делала всё по инструкции, а где-то глубоко в загнанных мыслях роились рассуждения о том, что человеку, лежащему перед ними, не хватает чего-то, самого малого, чтобы встать и продолжить жить, ведь его организм не умер, он как будто завис между бытием и небытием. Живой мертвец… Линда гнала от себя мысли о магической составляющей. Боги не существуют…
И как только они закончили, собрав необходимое и подготовив для дальнейших анализов, то решили не задерживаться в лаборатории ни на минуту. Перед тем как выйти, она обернулась. Перед ней предстало белое пятно цивилизации в виде огромного прозрачного шатра с напичканной по последнему слову техники лабораторией в цитадели тысячелетий — зале мистерий самого загадочного бога Древнего Египта, загадочного по большей части ещё и потому, что ещё никому не удавалось вернуться после смертного существования.
Учёные поднялись на поверхность, и, несмотря на защиту в виде одежды и шляп, солнце всё же успело обжечь их. Они молчали, но оба понимали, что надо выговориться.
— Мы можем поговорить? — спросил Линду Кассиль, как будто читая её мысли.
Исследовательница кивнула, и они быстрым шагом, спасаясь от солнцепёка, проследовали в шатёр к Кассилю. Внутри работала портативная система сплит, развеивающая прохладу по всему помещению, слабо пахло бергамотом, а на столе среди разложенных книг и газет виднелась статуэтка Инпу.
Кассиль проследовал к холодильнику, доставая две бутылочки минералки. Девушка медленно оглядела стол, и её взгляд вновь остановился на идоле.
— Говорят, держать любое изображение бога мёртвых в своём доме не к добру.
Мужчина бросил бутылку в сторону Линды и широко улыбнулся, заметив, что она довольно-таки быстро среагировала, поймав её. Он открыл ёмкость и сделал несколько больших жадных глотков. Линда же приложила бутылку к разгорячённой коже шеи, чувствуя блаженство.
— Для неверных, — загадочно произнёс он. — К тому же это подарок.
Девушка тоже открыла бутылку. Вода освежила и привела мысли в некое подобие порядка.
— Вы разложите его гены на мелкие составляющие и найдёте, что ищете, а дальше что? — задала вопрос Линда.
Кассиль тяжело вздохнул.
— Вы же знаете ответ, Линда.
— И он мне не нравится, — впервые она высказала свои сомнения кому-то из команды, испытующе воззрившись на мужчину.
Тот слегка улыбнулся, но уже через мгновение его лицо стало вновь серьёзным.
— Вряд ли это открытие уйдёт в широкие массы, мы должны отдавать себе отчёт в том, чьи интересы оно будет обслуживать, — Кассиль стал предельно откровенным, его не смутило даже то, что Линда вздрогнула.
— Вы знаете? — вопросила она.
— Знаю и очень рискую, говоря с Вами об этом, но на то есть указ свыше, — снова загадка.
— Чей указ? — внутри всё оборвалось жутко нехорошим предчувствием.
— Наши люди останавливали Вас: в авто около дома барона и в аэропорту, Вы могли бы скрыться, с Вас бы хватило открытия, что Вы совершили, приведя комитет и барона к искомому месту, — он слегка вздохнул, когда увидел, как напряглась учёная. — Ваше открытие — ни добро, ни зло, это лишь плод Вашего гения и трудолюбия, а вот то, как хотят им воспользоваться, определяет всё.
— Что именно Вы знаете? — скрывать что-либо было глупо.
— Вы же знаете о деятельности «Norwegian pharmaceuticals», Ева посвятила Вас в подробности. А после того, как они удостоверятся, что Вы им не нужны, угадайте, сколько Вы проживёте?
Линда побледнела, несмотря на то, что тысячу раз прокручивала про себя ход развития событий.
— Мне нужно, чтобы информация, добытая нами здесь, попала в руки врачей, тех, кто проводит исследования в области рака, — проигнорировав всё сказанное выше Кассилем, горячо проговорила девушка.
Тот горько усмехнулся и обежал лицо Линды внимательным взглядом.
— Не боитесь отдать жизнь за правду? — уточнил мужчина, словно бы это было необходимо ему для дальнейшего разговора.
— Я давно уже не живу, — только и ответила девушка.
Кассиль удивлённо вскинул брови.
— Я тоже не льщу себя надеждой выжить, но помешать… — он призадумался.
— Ваши… хм… друзья могут передать результаты исследования в большой мир? — спросила Линда.
— Лагерь тщательно охраняется, тут везде камеры… — произнёс Кассиль и поймал испуганный взгляд девушки, мигом обшаривший помещение. — О, можете быть спокойны, здесь прослушки нет, — уверенно проговорил он.
— Так что? — спросила она.
— Наши цели совпадают, я найду способ передать, но сейчас самое главное выжить…
— Взрыв — это дело рук ваших товарищей? — полюбопытствовала девушка, сделав снова глоток, но, скорее, не от жажды, а чтобы успокоиться.
— Нет, — поспешил тот заверить её, это было произнесено искренне, так что у девушки не появилось повода его в чём-то подозревать. — Нам это ни к чему, мы не хотим уничтожить ничего из того, что
