- Джит? Что за послание?
- Кос, это Хеллиган, - каркнула птица высокой птичьей интерпретацией голоса главного лабораторного мага Десятого участка Лиги. – Я не знаю, что случилось в лазарете, но ты нужен мне в лаборатории. Это срочно. Фаскин, сказал, что ты отстранен от дела, но все остальные заняты Конвокацией. Что? Да. Я к этому веду. Кос, Я понял, почему не мог произвести вскрытие локсодона. Он все еще жив. Он говорит, что ты нашел пропавшую ледев и должен привести ее сюда. Не знаю, правда ли это,но,похоже, он в этом уверен. Он отключился после этих слов, и совершенно не реагирует на применение ‘капель, поэтому, я не думаю, что у нас много времени. Возвращайся быстрее, или не возвращайся вообще. Конец сообщения.
- Он жив? – ахнула Фонн. – Но как? Он был… о, нет. Кос, я должна попасть к нему.
- Думаю, вопрос с направлением полета теперь решен, - сказал Кос. – Джит, найди безопасное место, возможно, ты мне скоро понадобишься.
Сокол кивнул в знак понимания, и вспорхнул на перекладину между каркасными подпорками.
- Мне нужно закрепить эти ящики, до того, как мы… - начал было Пивлик, но был прерван резким ударом, повалившим дирижабу на бок. Груда металлических ящиков, которые он хотел закрепить, которые, по мнению Коса, наверняка были набиты зидо, обрушились на голову беса. Пивлик рухнул на пол, словно мешок с мукой.
- Боже милостивый, - сказал Кос. Он наклонился над бесом и прощупал его пульс и признаки дыхания.
- Он жив? – спросила Фонн. – Что в нас врезалось?
- Мы еще не оторвались от земли, - сказал Джерад. – Это они. Они бросаются на нас сбоку.
- Пушок, - крикнул Кос. – Пивлик без сознания. Тебе придется действовать самой. Вывези нас отсюда!
- Момент, - сказала Пушок. – Я ищу запускающий нерв.
Раздался треск и голова безликого, покрытая белой тканью прорвалась сквозь небольшой иллюминатор. Фонн ударила его ногой в лицо и выпихнула наружу. Она в ужасе уставилась на свою ногу.
- Святая матерь, - сказала она, - я только что ударила священную душу ногой по голове.
- Твоя святая матерь, похоже, не слушает, - сказал Джерад.
- Но…
- Ага! – крикнула Пушок. Дирижаба накренилась снова. На этот раз не из-за нападающих, а благодаря с ревом ожившим задним двигателям. Все, что было не привязано или не пристегнуто внутри пассажирского отсека, подскочило. Фонн, Джерад, Кос и Бираказир пытались, с различным успехом, удержаться на своих местах. И в своих шкурах, подумал Кос.
- Вам бы лучше найти что-нибудь, за что можно держаться, - крикнула Пушок.
Кос осмотрел отсек, освещенный небольшими, но дорогими оранжевыми световыми камнями, слегка мерцавшими, имитируя свет факелов. На всех разбросанных сундуках была нанесена печать Оржовских банкиров.
- Дела становятся все лучше и лучше, - сказал Кос. – Что планировал Пивлик, и как долго он это планировал?Тут денег хватит, чтобы купить пять «У Пивличино».
- Ты о чем? – сказала Фонн. – Что в них?
- Думаю, это сбережения Пивлика, - сказал Кос и снова осмотрел лежащего без сознания беса. – Надо было мне спросить его до того, как он отключился.
- Кос, - сказал Борка, - их становится больше. Двигайте уже эту жабу.
Кос сказал остальным, что он пойдет, посмотрит, сможет ли он чем-нибудь помочь ангелу. На самом же деле, он хотел убраться из отсека, чтобы не встречаться глазами с Фонн. Старая вина разверзла свою пасть, угрожая проглотить его целиком, а смерть Зюника ощущалась явно, словно вскрытая рана. Впервые со времени бегства из лазарета, у него появились сомнения. Судя по тому, как дирижаба продолжала дергаться и крениться, посещение кабины управления было именно тем, что ему было нужно, чтобы вытащить свое сознание из прошлого и зафиксировать его на ужасающем настоящем.
Дирижабы не были механическими устройствами, но особая порода этих существ, такая, как эта, требовала присутствие пилота, контролирующего огромное земноводное так, словно оно было механическим устройством. У Коса такой никогда не было, но он летал на паре похожих. Он пытался однажды управлять дирижабой, но едва не спалил дотла себя, своего инструктора, и саму дирижабу, подлетев слишком близко к небесным горнилам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Ты когда-нибудь летала на таких раньше, Пушок? – спросил Кос. Он непроизвольно пригнулся, когда ангел едва не задела висящий балкон.
- Я летала сама по себе, - ответила Пушок. – Думаю, это делает из меня сейчас наиболее опытного пилота.
- С этим не поспоришь, - сказал Кос и устроился в кресле второго пилота. Фронтальная часть кабины была открытой, но покрыта тонким золотистым блеском, который волшебным образом защищал от ветра и, в теории, от любых объектов, желающих проникнуть сквозь него внутрь. Он с усилием схватился за деревянные подлокотники, когда Пушок дважды нажала на Иззетскую панель управления, и их скорость снова увеличилась. Башни и окна проносились мимо так быстро, что Кос даже не мог разобрать сквозь какую часть города они летят. Он услышал визг и серию столкновений, когда Фонн, не удержавшись на ногах, врезалась в Джерада, который, в свою очередь, упал на Бираказира, и все вместе они рухнули на кучу сундуков и ящиков в пассажирском отсеке. Кос сел прямо и пристегнул все четыре кожаных ремня, закрепленные к четырем углам спинки его кресла.
- Ты в порядке? – спросила Пушок. – Ты какой-то бледный и, похоже, сейчас упадешь в обморок.
- Я в порядке, - нервно сказал Кос. – Но, думаю, я все же, застегну ремни безопасности.
- И закроешь глаза?
- И закрою глаза. Ты только довези нас туда, Пушок.
- Ты только посмотри на этот вид, Кос, - предложил призрак Борки откуда-то сзади, пока яхта кренилась и ныряла под не самым нежным управлением ангела. – Он заставляет ценить то, что ты мертв.
- Заткнись, Борка.
- Я прибавлю скорость. Думаю, тебя одолевает стресс, лейтенант.
- Нет. Не надо…
- Ух, ты! Кос, тебе надо это видеть!
- Заткнись, Борка.
Желудок Коса, и еще несколько органов, грубо столкнулись друг с другом, когда нос дирижабы нырнул вниз. В этот момент ему в голову пришла мысль о том, что, хоть он и ценил сопереживание ангела, ее внимание к маршруту, он бы оценил чуть больше.
- Бельевая веревка. Прошу прощения.
- Кос, - крикнул Борка, переворачиваясь в воздухе так, чтобы его прозрачное лицо висело вверх ногами прямо перед физиономией Коса. – Они наступают!
* * * * *
- Бираказир, нет! Он не еда! – сказала Фонн, становясь между златошерстным волком и телом Пивлика. Волк посмотрел на нее и сел, высунув язык, затем отвернулся в сторону кабины, всем своим видом показывая, что он никогда еще не был так оскорблен. Но Фонн чувствовала голод волка и сама испытывала волчий голод.
- Я знаю одного полу-демона, который бы оспорил это утверждение, - сказал Джерад, - не говоря уже о целом городе, кишащем зомби. – Он пододвинулся поближе к Фонн и уселся поустойчивее. – Почему ты ничего не сказала о том, что локсодон выжил?
- Я узнала об этом тогда же, когда и ты, - сказала Фонн. Но это была не совсем правда. Она слышала тот голос. Она просто решила игнорировать его. Фонн проклинала свою недальновидность и недостаток веры. Это были ее слабые места в профессиональной и религиозной сферах, которые, так или иначе, были для нее одним и тем же. Она могла верить в праведность отдельных личностей, как Байул, даже могла доверять врагу, такому, как Джерад, если логика подсказывала, что в этом есть смысл, но слепая вера была слишком тяжелым испытанием для того, кто знал боль утраты не одного, но обоих родителей.
Она задумалась, будет ли у нее шанс поговорить с Косом о ее отце до того, как они все присоединятся к Микзилу Зюнику в мире призраков.
Дирижаба накренилась в очередном полуобороте, потом спуске, а затем в резком падении, которое подняло в воздух все, что было в отсеке – мебель, сундуки, беса, волка, Девкарина и ледев, пока гравитация и настолько же неожиданный подъем не вернули все с грохотом на пол. Фонн и Бираказир приземлились на ноги и лапы соответственно, бездыханное тело Пивлика плюхнулось на перекошенный диван, который теперь стоял под углом к стене, а Джерад, припал к стенке отсека, словно паук. Сундуки с треском врезались друг о друга, многие из них перевернулись, а один раскрылся.
