Тягостная полемика генералов на страницах парижских газет и журналов тянулась несколько месяцев. Одни генералы защищали Шатилова, другие обвиняли, подкрепляя свои мнения ссылками на законы царской России. Наконец, председатель Союза кавалеров ордена Св. Великомученика и Победоносца Георгия, генерал-от-кавалерии фон Кауфман-Туркестанский, разъяснил письмом в редакцию «Возрождения» статью 25-ю статута:
«Удостоенный Думою к получению ордена Св. Георгия 3-й степени награждается оным не иначе, как с Высочайшего утверждения…»
Монарха больше не было, иной верховной власти тоже. Шатилов был представлен к награде за отличие в боях у Битлиса. Награда, естественно, не была утверждена. Но честолюбивый карьерист выдавал ее как утвержденную. Спорным остался вопрос о его производстве в генерал-майоры в дни развала Кавказской армии. Всё большим туманом окутывалась его личность. Подрывался престиж самой многочисленной и могущественной организации русского Зарубежья. В ней наметились трещины, упадок дисциплины и признаки разложения. РОВС вступал в период, грозивший ему развалом.
Идеология «Внутренней Линии»
Во второй половине ноября 1933 года Рончевский получил от Закржевского документ: «Сов. секретно. ИДЕОЛОГИЯ ОРГАНИЗАЦИИ. 1 октября 1933 г.»
В этом документе известные по переписке из двух углов откровения Закржевского обрели четкие формы законов для чинов «Вн. линии».
Уже вступительные фразы этого документа говорили, что «Вн. линия» — не контрразведка РОВСа, а политическая, тайная и независимая от него организация:
«Идеологически организация является восприемником и носителем идей БЕЛОГО ДВИЖЕНИЯ — внеклассовая борьба за Национальную Россию. Отсюда — естественный контакт с РОВСом, как наследником и продолжателем Белого Движения. Особенной чертой идеологической установки организации является ее НАЦИОНАЛЬНО-ВОЛЕВОЙ и АКТИВНО-БОРЧЕСКИЙ характер. Эти два факта составляют одно целое — основу жизни и работы организации, как органа революционной борьбы за Национальные идеалы».
Подкупающе для офицера-националиста, чина «Вн. линии», звучали слова идеологии:
«Нация и религия составляют духовный базис миропонимания националиста, и эти две идеи он противопоставляет коммунистическому учению с его интернациональной и безбожной идеологией».
Не менее подкупающим было явное участие В. А. Ларионова в составлении идеологии. Пять цитат из его работы «Мысли о походе и борьбе» разбросаны по страницам идеологии. Прославляя белое движение, его вождей и их дела в эмоционально возвышенных, патриотических тонах, Ларионов для неофитов «линейцев» должен был являть собою не только образец революционного подвига, но и некую гарантию доброкачественности тайной организации.
Ларионов был давнишним чином «линии». Вступил он в нее еще в Болгарии в середине двадцатых годов. Затем, после переезда во Францию, он перешел в ряды Боевой организации Кутепова. В 1933 году Ларионов был одним из немногих уцелевших членов Союза Национальных Террористов, основанного Марией Захарченко-Шульц при участии провокатора Эдуарда Опперпута. Благодать этого террористического союза «Вн. линия» самым недвусмысленным образом переносила на себя:
«…Все должны знать, что Организация уже спаяна кровью павших бойцов Добровольцев и замученных и убиенных Чинов Организации. Имена Сельского, Болмасова, Радковича, Захарченко-Шульц, Коверды, ген. Кутепова, Мономахова, Сусалина, Титова, Трофимова, Никитникова, а также многих и многих, назвать которых еще не пришло время, их святая жертвенная кровь зовут на подвиг и самоотречение…»
«…Соответственно обстановке изменилась и форма борьбы, приняв характер революционной работы по расшатыванию устоев власти III интернационала и на нанесение ударов по его работникам и организациям. Неизбежно необходимым явилось и создание нового органа осуществления этой революционной борьбы и создания кадров борцов националистов, приспособленных и опытных в действиях в этой новой обстановке. Этот орган революционной борьбы — есть наша организация, по своей идеологической сущности являющаяся проявлением той национально-волевой идеи, которая лежит в основе Белого Национального Движения, с которым она связана неразрывно историческими и кровными связями. Она продолжает Белую борьбу, начатую на полях битв в России, она является авангардом армии борцов националистов и реальным претворением в жизнь в современной обстановке зарубежного существования, непримиримости к поработившей Россию власти III интернационала, активности и жертвенности в борьбе за освобождение Отчизны и торжества Национальных идеалов. Разбросанная по всем частям света, по всем государствам, включая СССР, она представляет собой невидимый, но сильный, организованный аппарат с одним центральным управлением и суровой дисциплиной. По своей структуре организация является конспиративной, т. е. ее работа не должна быть известной как для врага, так и для окружающей эмигрантской массы. Только при соблюдении этих условий возможно бороться с таким умелым и опытным противником, каковым является ОГПУ, с его агентурой и разветвлениями, построенными тоже на принципе максимальной конспиративности. Находясь в состоянии непрерывной борьбы и опасности, организация требует от своих чинов максимального напряжения и жертвенности, и самое пребывание в организации уже говорит о готовности на таковые со стороны каждого чина ее.
Требования организации высоки и меры часто жестоки, но обстановка такова, что сентиментальности нет места. Организация имеет одну главную цель — освобождение Родины и во имя этой цели не щадит ни врага, ни себя. Этой же главной целью определено отношение ее к своим чинам. Поэтому производится тщательный отбор и проверка при принятии новых чинов, последняя ПОВТОРЯЕТСЯ при наличии обстоятельств, позволяющих лишний раз познакомиться с качествами данной группы чинов или одного из таковых. Чинам, состоящим уже в организации, последняя дает все то, что необходимо для умелого выполнения получаемых заданий. С этой целью производятся групповые или единоличные занятия с прохождением теоретического и практического материала, необходимого для чина при практическом выполнении возлагаемых на него заданий…»
Идеология отвечала взглядам и чаяниям многих сторонников активной борьбы. А для наиболее активно настроенных офицеров участие в конспиративной боевой организации было и заманчивым, и лестным. Тайна приятно щекотала нервы, принадлежность к боевой элите наполняла гордостью сердца. В честных офицерах, готовых на жертвы во имя Отечества, недостатка не было.
Цели и задачи «Внутренней линии»
Возглавлявшийся Шатиловым тайный «Центр» выпустил не только понятную и привлекательную для белых идеологию. Гораздо важнее для него были жесткие, по-чекистски грозные инструкции, точно определявшие порядок привлечения в «Организацию» новых членов, их обязанности, цели и образ ее действий.
Вступление в «Организацию» было добровольным. Но каждый неофит должен был знать, что «выхода из Организации не существует». И у каждого чина были только обязанности. Единственное право заключалось в возможности, с ведома «Центра», избрать место работы в СССР или за границей.
Каждый «линеец» был обязан:
«1) Хранить в абсолютной тайне от друзей, родственников, знакомых, равно как и врагов, самый факт своего пребывания в Организации, имена Чинов Организации, с которыми он связан, задания Организации, как выполненные, так и выполняемые, и вообще всё, что имеет хоть малейшее, хотя бы и косвенное отношение к Организации и ее работе.
2) Быть точным и аккуратным в соблюдении часов и дней явок, дисциплинированным и исполнительным в работе, ему порученной.
3) Не иметь никаких тайн от своего Начальника по связи, который для него является представителем Центра.
4) Аккуратно и точно давать донесения об исполнении данных ему поручений, избегая тщательно неверного и тенденциозного освещения фактов, им сообщаемых. Всё должно соответствовать действительности, хотя бы и неприятной как для Организации, так и для него лично.
5) Помнить, что Организация и ее работа является для него главной осью его политической жизни, и его состояние и работа в других политических, экономических, культурных и т. д. организациях должна быть известна Центру и подчинена его указаниям.
6) Не пытаться узнавать больше того, что ему сообщается по работе и с чем он знакомится в порядке работы. Избегать всяких вопросов, не имеющих непосредственного отношения к данным ему поручениям. В этом отношении необходимо подавлять всякое проявление любопытства.
