— Знаешь, Момотару-кун, выпускать аниме оказалось гораздо хлопотнее, чем мы с тобой думали.
Даже при наличии огромной суммы денег на руках. Как оказалось, деньги решают отнюдь не все проблемы. Да и те, что решают, они решают таким своим количеством, что только за голову хвататься остаётся. А недавно ещё казавшиеся космической суммой Турнирные деньги ныне такими уж большими уже не кажутся. Да и вообще, давно показала дно та «кубышка»… Так что пришлось снова «работать»… ну, ты понимаешь, о чем я? Да? — новый тяжёлый вздох прозвучал в тишине светлой палаты частной клиники.
— Но что поделать, если убивать богатых и влиятельных людей по заказу других богатых и влиятельных людей гораздо прибыльнее, чем владеть крутой аниме-студией? Честно говоря, мы на плаву-то держимся сейчас только за счёт моей «работы». Нет, ну можно было, конечно, пойти к Кобаяси и согласиться-таки стать его Наследником: денег у него ведь и правда, столько, что хоть жопой жуй. Всё же транснациональный кораблестроительный конгломерат, не хухры-мухры. А с моей ма-а-а-аленькой посильной помощью… хотя, не будем об этом. Всё же, мы сейчас с тобой в аниме находимся, а его люди смотреть будут. В том числе и те, которые знают слегка побольше других. Которые каждое слово в нём анализировать будут, каждую сцену… Кацуру, вон, я уже подставил. Но ему поделом! Кабы он зачем-то Демону нужен не был, я бы его давно уже «отработал». Не нравится он мне. Да и желающих подкинуть мне хороших деньжат за такую инициативу хватает. Думаю, не на полноценный сезон, конечно, но на хороший мини-сериал мне бы тех деньжат точно хватило… Или на мерч-игру… Кстати! Вот! — достал из заднего кармана джинсов парень красивую плоскую пластиковую коробку. — Я вот тебе принёс, — положил коробку на тумбочку рядом с кроватью.
— Это мерч-игра по нашему новому аниме. По тому самому, в котором мы с тобой сейчас находимся. «Третий Киотский Турнир Убийц». Вот. Впринципе, стандартный файтинг. Не самый дорогой и красочный, но рубануться можно… Ты в нём, кстати, тоже есть! Прикольно, да? Наша с тобой собственная игра, в которой можно поиграть, как за тебя, так и за меня. Там вообще можно за любого из участников настоящего Турнира поиграть. Я Шину попросил покопаться, разузнать как можно больше про каждого: сильные стороны, любимое оружие, особенности стиля, «фаталити»… Там и Тесак есть. И сама Шина. Единственное, за Демона поиграть нельзя. Он там главный босс в самом конце, и его почти невозможно убить. Я ему программно скорость реакции в полтора раза выше вообще возможной в игре вывернул. Ну и урон, понятное дело, тоже выкрутил на максимум: у него каждый удар — «крит». Ну и резист на урон от лазерного оружия — он от лучей просто уворачивается… правда, если хорошо подумать, то как раз на этом можно неплохо сыграть, ограничивая стрельбой его подвижность и выводя прямо под удар холодным оружием… настоящего-то так хрен подловишь — он тебя сам подловит. О! А ещё в игре скрытый босс есть — Говорун. Так у того вообще — регенерация фишка. Но он появится только, если одолеть Демона. Причём, не убить, а победить. Тогда он квест даёт, и появляется Говорун.
— Кстати, то, что я тебе это всё сейчас выкладываю — не спойлер. Ведь мы с тобой в этой палате во втором сезоне аниме, а мерч-игра была выпущена одновременно с первым. Ко второму сезону своя мерч-игра выйдет. Там надо будет с «зомби-торпедами» сражаться. Кто это такие? Ха! А вот это уже спойлер! Так, что не скажу! — парень улыбнулся, но его взгляд упал на лицо лежащего человека, и улыбка тут же увяла, а парень замолчал. Но долго молчание не продлилось.
— Так-то это эксклюзив, Момотару-кун, — продолжил говорить парень. — Самое первое издание, первая копия. И продажи ещё не начались: цени! Вообще, всего неделю, как рекламная компания моего аниме запущена. Сам сезон ещё допиливают. Последние шероховатости убирают. Премьера мировая через три месяца должна состояться. На двести процентов уверен, что в Секторе Ниппон его тут же запретят, но ты же знаешь, как легко обходятся любые государственные цензовые блокировки в современной Сети? Да, Момотару-кун? — подмигнул лежащему парень. Так что, популярность у нас будет даже выше, чем, если бы официально разрешили. Я ведь в рекламной компании не использую «горячие» сцены. И про Кацуру будет только в самом аниме. А там уже поздно будет. Я ведь в максимальном секрете держу окончательный вариант. Ну, насколько это вообще возможно, конечно. Всё же людей много в производстве задействовано — трудно всех проконтролировать. Но, надеюсь, сюрприз получится. Я так-то вообще на финансовый успех не сильно рассчитываю. Сам понимаешь, не для того это всё затеяно было. Но и денежки, конечно же, это тоже неплохо, да… Ты уж прости меня, Момотару-кун, я не стал твоё имя менять. Мне кажется, тебе это никак повредить не сможет. Шина… сама не захотела никаких псевдонимов. Ками её знает, что у неё в голове творится, и какие странные тараканы там бегают: ведь по её отцу же это сильнее всего ударит — он ведь человек известный, публичный. А тут такое… Своё имя изменю. Так-то оно не сильно поможет, всё же, кому надо, два плюс два сложить быстро сумеют. Но, хотя бы семье хейта не так много достанется. Так-то, мама с папой давно уже из Сектора уехали — я заранее позаботился. Не то, чтобы я кого-то боялся, но всё же…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Эх, ладно, Момотару-кун… пойду я, наверное. Итак уже подзадержался. Говорил ведь уже, что нынче стало очень тяжело со временем что-то выкраивать: часов в сутках катастрофически не хватает, чтобы всё успевать. Даже прогрессирующая бессонница не спасает… Ну, бывай, хентай-кун! — встал со стула парень. — Наслаждайся обществом очаровательных медсестричек! — после чего тяжело вздохнул, поправил одеяло на лежащем в кровати человеке и, не оглядываясь, вышел из палаты.
Он прошёл по коридору, подсознательно слегка замедляя шаг. Спина его оставалась ровной, голова держалась прямо, но лицо всё равно было печально-задумчивым, а взгляд рассеянным.
Спустившись по лестнице и пройдя фойе, он вышел на улицу и двинулся к отстоящей от основного здания стоянке флаеров.
Возле самой его машины, парень резко бросился на землю за миг до того, как то место, где он только что стоял, прорезали лучи лазеров. Быстрый перекат в сторону, прочь с обзора стрелявших. А дальше…
Двое с короткоствольными лазерными автоматами, осторожно, прикрывая друг друга и озираясь, медленно вышли на то место, где упал парень. Двое мужчин в черной одежде и глухих тонированных шлемах.
Внезапно, у них под ногами взрывается свето-шумовая слабенькая граната, заставившая их на несколько мгновений впасть в замешательство. Мелькнула тень. Пара глухих вскриков, и снова всё затихло. Только оба шлемоносца опадают на землю, фонтанируя кровью из рассечённых ферритовой кромкой специального ножа шей. А парня снова нигде не видно.
Короткая очередь из затрофеенного автомата, и ещё один чёрный, притаившийся с более мощной лазерной винтовкой за отдалённой машиной человек падает на землю. Ещё очередь, ещё одна и ещё. Быстрые, короткие, безжалостные.
И всё окончательно затихло.
Прошло ещё минут восемь, прежде чем, из-за одного из флаеров стоянки поднялся давешний парень с автоматом в руках. Он осматривался, прислушивался, готовый снова прыгать и прятаться, но ничего не происходило. Только, убедившись, что опасности больше нет, как минимум, прямой, он медленно двинулся обходить тела. Снимать шлемы и искать какие-то возможные улики, которые могли бы помочь в идентификации заказчика покушения.
— Ххх-ха… — вдруг послышался хриплый выдох со стороны одного из тел, принадлежавших первой двойке нападавших. Парень мгновенно развернулся и упал за борт ближайшего флаера, наводя своё оружие на тело.
А тело дернулось. Раз, другой. Затем поднялось на четыре конечности. Потом на две. Потом выпрямилось и сняло с головы шлем.
— Хха… А ты и правда хорош, парень! — расплылся в хищно-довольном оскале мужчина, лицо которого было, как две капли воды похоже на то, которое Тома видел на той приснопамятной видеозаписи, где Демон вырезает «Скунсов». Лицо Говоруна…
