Венди внезапно стала вести себя странно, и это она выместила на подруге свое плохое настроение.
Венди положила телефон на тумбочку.
Устроившись поудобнее, она снова обратилась мыслями к Питеру. Долго гадала, все ли хорошо у него, пребывающего в одиночестве в лесу, притом что его тень с каждой секундой становится все сильнее. Волновалась, как он там, в темном и грязном охотничьем домике. Может, она должна была предложить ему остаться? При этой мысли она беспокойно поерзала в кровати. Нет, это было бы неудобно. Где бы он спал без ведома родителей? В пикапе? Это не намного лучше, чем домик. У тени определенно нет проблем с тем, чтобы сновать по подъездной дорожке.
Как бы то ни было, сегодня она никак не сможет решить эту проблему. У них с Питером не было времени договориться о том, где и когда они встретятся завтра, потому что Джордан появилась совершенно неожиданно, и Венди оставалось лишь ждать и надеяться.
Венди беспокоилась сначала о Джордан, затем о Питере, затем по поводу тени, затем о пропавших детях – и так по кругу: снова о Джордан, снова о Питере…
Ей необходимо было отвлечься. Она достала из рюкзака книгу и попыталась читать, но каждый раз, прочитав начало предложения, уносилась мыслями куда-то далеко и забывала, о чем только что прочитала, и ей приходилось начинать заново. Прочитав одно и то же предложение пять раз, Венди оставила эту затею.
Когда она клала книгу на тумбочку, у нее возникло непреодолимое желание достать желудь, и она потянулась к ящику. Секунду посомневавшись, она выдвинула его и взяла желудь. Лежа на спине, она вертела его между пальцев. И чем дольше она играла им, тем, казалось, теплее становился он в ее руке, и это напомнило ей, как она чувствует себя в обществе Питера. Это успокаивало.
И тут ей в голову пришла одна идея.
Венди подошла к шкафу, опустилась на колени и начала рыться в коробках в дальнем углу. Она открывала крышки и изучала содержимое коробок, пока не нашла то, что искала.
Желтый пластиковый пенал. Внутри лежали принадлежности для изготовления украшений, которыми Венди пользовалась, когда была младше и делала ожерелья и браслеты, которые большей частью дарила матери и Джордан. Здесь были маленькие бусинки и клубочки ниток самых разных цветов. А также деревянные пуговицы, застежки и всяческие колечки. Она взяла малюсенькое серебряное колечко и длинный кожаный шнурок.
Спустя некоторое время, сидя по-турецки на кровати, Венди с помощью всего этого превратила желудь в подвеску. Когда она надела ее на шею, желудь оказался у самого ее сердца, а достаточно длинный шнурок можно было спрятать под рубашкой.
Венди откинулась на подушки. Все ее тело – от разодранных ног до сгоревшего на солнце лба – было измождено. А желудь успокаивал. Казалось, его тепло проникает под кожу. Венди вздохнула и закрыла глаза. Что такого было в этом желуде, что заставляло ее чувствовать себя гораздо лучше? Зато теперь она сможет никогда не расставаться с ним, и мысль об этом разогнала ее тревогу, и она наконец заснула.
Глава 15
Желудь
Венди находилась в Нетландии. Слева от нее на краю джунглей росли деревья, толстые, с густыми кронами. Среди них приткнулась парочка наскоро сделанных шалашей из ветвей деревьев и пальм, эти ветви были размером с Венди. В ясное голубое небо поднимались вершины скалистых гор. Стекающие по утесам водопады казались издалека серебристыми лентами. Справа бескрайний кристально синий океан ласкал белый песчаный берег. Разноцветные неоновые пичуги ныряли в накатывающие на него волны, выхватывали из воды раковины и пели.
Венди сидела на песке, у нее было тело двенадцатилетней девочки. На ней были все те же белые легинсы, она зашивала дырку на коленке, вырезав заплатку из толстого зеленого листа дерева.
А прямо перед ней…
– Джон, дай мне белую краску!
– Я еще не закончил! А ты опять прольешь ее.
– Нет, не пролью!
Перед ней сидели Майкл и Джон. Именно такие, какими она их помнила, какими они были до своего исчезновения в лесу.
У Майкла была все та же копна курчавых светло-русых волос. В пушистых завитках застряли листики. Лицо у него было круглым, щеки пухлыми. Нос – вздернутым, как у отца. Майкл, в одних лишь штанах цвета хаки, превращенных в шорты, пытался добраться до чашки с белой краской, которую Джон старался держать подальше от него.
Джон сидел, скрестив по-турецки ноги, и, как всегда, был полон чувства собственного достоинства. Он, не обращая внимания на Майкла, продолжал что-то рисовать указательным пальцем на куске мешковины. Каждый сделанный им мазок был тщательно продуман, он деловито разглядывал свое произведение через сидящие на самом кончике носа очки. На нем по-прежнему была белая рубашка на пуговицах, хотя она находилась теперь в весьма плачевном состоянии, а его темные волосы были зачесаны набок.
Венди хотелось закричать, броситься к своим братьям и обнять их, но в этом воспоминании она не могла распоряжаться собственным телом. Она чувствовала, что в груди у нее зарождаются рыдания, не способные пока вырваться наружу. Ее взгляд исступленно метался между лицами Джона и Майкла, стараясь вобрать каждую мельчайшую их черточку, и она всей душой жаждала, чтобы мальчики просто посмотрели на нее и она смогла бы снова увидеть их глаза.
Если это и был сон, то очень и очень жестокий.
– Эй вы, перестаньте ссориться, – услышала Венди свой собственный голос. – Здесь полно красок. Майкл, почему бы тебе не порисовать синей краской из собранных тобой ягод? – В небольших чашках, сделанных из кокосовых орехов, имелся целый ассортимент густых жидкостей – синяя, зеленая, белая, желтая и черная.
– А я хочу белую! – Майкл потянулся к руке старшего брата, но тот в самую последнюю секунду успел отвести ее.
Майкл упал.
Венди услышала свой собственный вздох:
– Вы, ребята, все здесь перепачкали. – И действительно, и мешковина, и песок вокруг были забрызганы разноцветными красками. Венди заметила на груди Майкла большую красную каплю, стекающую к пупку. Он рассмеялся, Джон повернулся к нему, у него на шее, прямо под ухом, появилась такая же капля. Венди нахмурилась.
Шум листьев у нее над головой заставил поднять глаза. Питер летел – действительно летел. Ну, вроде как. Похоже, он потерял равновесие и теперь стремительно снижался. Тяжело приземлившись на ноги и споткнувшись, он сильно подался вперед, вздымая песок, но все же не упал.
Венди вскочила и побежала к нему.
– Питер! С тобой все хорошо? – услышала она
