него были превосходные.
– Спасибо, Андрей. Ты все правильно сформулировал. Мы смотрим. Мы только учимся. Ясно? В сумрак не входить, заклинаний не создавать. Наша основная задача – искать потенциальных Иных. И не думайте, что это так просто. Иногда требуется изучать человека несколько минут, чтобы обнаружить потенциал Иного. Между прочим, Антона Городецкого обнаружили во время такого учебного занятия. Сам Гесер и обнаружил.
Выждав несколько секунд, преподаватель пошутил:
– Ну, я не Гесер, но собираюсь дорасти до Высшего.
Высший уровень ему совершенно не светил. Впрочем, ему и жить-то оставалось менее получаса. Но преподаватель этого не чувствовал. В ворохе линий вероятности, которые он мог бы просмотреть, была лишь одна-единственная, совсем незаметная ниточка, ведущая к смерти.
Но именно сейчас десятки случайностей складывались воедино, и тонкая нить наливалась кровью. К сожалению, преподавателю было не до того, чтобы каждый час изучать свою судьбу.
– Идем по Чистопрудному бульвару, – сказал он. – Ничего не делаем, только смотрим.
В километре от них, в самом центре, на Лубянке, автомобиль наглухо застрял в пробке. Водитель-кавказец развел руками, виновато глядя на пассажира. Тот молча сунул водителю несколько купюр и вылез из машины. Водитель спрятал деньги в карман. Посмотрел вслед пассажиру, поморщился. Неприятный какой-то. Вроде и заплатил хорошо, но… Кавказец посмотрел на маленькую иконку, приклеенную к приборной панели старых «Жигулей», потом на медную бляшку с сурой из Корана. Мысленно поблагодарил и мусульманского, и христианского богов, что поездка вышла короткой. Не нравился ему этот пассажир!
Водитель был неинициированным Иным, но не знал об этом. Сегодня его судьба могла круто повернуться.
Но – не сложилось. Он свернул в переулок, почти сразу же его тормознула разбитная молодая деваха, они сговорились о цене и поехали на юго-запад.
Преподаватель остановился напротив кинотеатра «Ролан», закурил. Сказал, глядя на Андрея, которому больше всех симпатизировал:
– Читал «Денискины рассказы»?
– Угу, – буркнул мальчик. Он был начитанным, «книжным» мальчиком из хорошей семьи.
– Что мы можем сказать, вспоминая рассказ «Шляпа гроссмейстера»?
– Что маленький Денис Кораблев жил в очень престижном районе, – ответил мальчик.
Девушка-стажер прыснула. Она не читала «Денискины рассказы», когда-то давно видела и благополучно забыла телефильм, но иронию поняла.
– А еще что? – спросил преподаватель с улыбкой. Он никогда не курил на ходу, поскольку вычитал в модном журнале, что это несолидно. Сейчас каждая затяжка приближала его к смерти – но никотин тут был совсем ни при чем.
Мальчик задумался. Ему нравилась девушка-маг и нравилось полуосознанное понимание того, что он умнее.
– Еще мы можем сказать, что гроссмейстеры – люди очень невнимательные. У него шляпу ветром унесло, а он не заметил.
– Допустим, – согласился преподаватель. – Но для нас, Иных, основная мораль этого рассказа – не надо вмешиваться в мелкие человеческие проблемы. Скорее всего вы будете неправильно поняты либо даже станете объектом агрессии.
– Но ведь Дениска помирился с гроссмейстером. Когда предложил ему сыграть в шахматы.
– А это еще одна мудрая мысль! – подхватил преподаватель. – Чтобы наладить отношения с человеком, не надо никакой магии. И даже не надо стараться оказать ему какую-то помощь. Главное – разделить с человеком его увлечения!
Преподавателя внимательно слушали. Он любил взять за пример какую-нибудь сказку или детскую книжку и вывести на ее основе массу занимательных аналогий. Это всегда развлекало учащихся.
В полукилометре от них бывший пассажир, идущий пешком по Мясницкой, остановился у газетного киоска. Поискал в кармане мелочь, купил «Комсомолку».
Преподаватель поискал глазами урну. Далеко. Он хотел было отправить окурок в пруд, на радость лебедям, но поймал взгляд Андрея и передумал. Ну что ж это такое, три года как Светлый Иной, а мелкие гадкие человеческие привычки не проходят… Преподаватель бодро пошел к урне, отправил туда окурок, вернулся к стажерам.
– Двигаемся дальше. И смотрим, смотрим, смотрим!
Теперь его смерть стала почти неизбежной.
Немолодой мужчина с газетой в руках дошагал до станции метро «Чистые пруды». Заколебался, спускаться ли вниз. С одной стороны, он спешил. С другой… день был слишком хорош. Чистое небо, теплый ветерок… граница лета и осени, сезон романтиков и поэтов.
Мужчина неторопливо дошел до пруда, сел на скамеечку, открыл газету. Достал из кармана пиджака маленькую фляжку, глотнул. Проходящий мимо бомж с полным пакетом пустых бутылок вытаращился на мужчину, медленно облизывающего губы после глотка. Просипел, ни на что не рассчитывая, но не в силах избавиться от привычки клянчить все, что только можно:
– Не угостишь, браток?
– Тебе не понравится, – спокойно ответил мужчина. Без всякой злости или раздражения. Просто проинформировал.
Бомж заковылял дальше. Еще три пустые бутылки – и можно будет купить одну полную. «Девяточку», крепенькую, сладенькую, вкусненькую «девяточку»… пропади они все пропадом, буржуи, газеты читают, а люди тут с похмелья мучаются…
Именно в этот день цирроз печени у бомжа перейдет в рак. Жить ему оставалось меньше трех месяцев. Но к происходящему на бульваре это не имело никакого отношения.
– Человек с пакетом, обычный человек, – сказала девушка-стажер. – Андрюшка, ты у нас самый глазастый, видишь кого?
– Бомжа вижу… У метро Светлый Иной! – Мальчишка встрепенулся. – Вадим Дмитрич! Светлый Иной у метро! Маг!
– Вижу, – похвалил его преподаватель. – Инициирован лет десять назад. Маг. Пятый уровень. В Дозоре не работает.
Стажеры с восхищением посмотрели на преподавателя. Потом Андрей снова закрутил головой. И радостно выпалил:
– О! На скамейке! Темный Иной, нежить! Вампир! Высший вампир! Не зарегистрирован…
Мальчик начал понижать голос уже на слове «нежить». «Не зарегистрирован» он произнес шепотом.
Но вампир услышал. Сложил газету, встал. Посмотрел на мальчика, покачал головой.
– Уходите. – Преподаватель дернул Андрея за руку, оттаскивая себе за спину. – Уходите все, быстро!
Вампир шел к нему – широким шагом, протягивая правую руку, будто собирался здороваться.
Один из мужчин-стажеров достал телефон, нажал кнопку экстренного вызова. Вампир зарычал и ускорил шаг.
– Стой! Ночной Дозор! – Вадим Дмитриевич поднял руки, создавая Щит Мага. – Остановитесь, вы задержаны!
Силуэт вампира смазался будто от быстрого движения. Девушка-стажер закричала, пытаясь создать свой Щит, у нее никак не получалось. Преподаватель повернулся, глядя на нее, – и в этот миг что-то ударило его в грудь, сжалось колючим и жарким – и вырвало сердце. Бесполезный Щит гас, рассеиваясь в пространстве. Преподаватель покачивался, все еще не падая и беспомощно смотря на кровавый бьющийся ком, лежащий у него под ногами. Потом начал нагибаться, будто пытаясь схватить свое сердце и запихнуть обратно в распоротую грудь. Мир вокруг него потемнел, асфальт прыгнул навстречу – и он упал, вцепившись в свое сердце. Его преподавательская карьера вышла не слишком долгой.
Девушка взвизгнула, когда удар обрушился на нее, отшвырнул между деревьями к самой проезжей части. Она лежала поперек бордюра, визжала, глядя на приближающуюся машину цвета грязного асфальта.
Машина успела затормозить.
Девушка взвизгнула еще раз, попыталась подняться и только тогда ощутила страшную боль в пояснице. Она потеряла сознание.
Андрея вскинуло вверх, приподняло в воздух: будто кто-то хотел
