Неверный сукин сын.
Когда руки Куина сжались в кулаки, и он загорелся идеей отправиться к Сакстону и превратить его фейс в месиво, то едва смог сдержать этот порыв.
«Отпусти его. Быстро».
Прямо из ниоткуда в голове Куина снова зазвучал голос Блэя, и чувство агрессии остыло. В буквальном смысле за секунду он превратился из дикого буйвола в домашнего теленка.
«Дожили».
Качая головой, он подошел к своей спальне, вошел в комнату и закрыл дверь.
Включив усилием воли свет, он просто стоял: ноги словно приросли к полу, руки висели канатами, голова насажена на верх позвоночника. Внутри — пустота.
Без видимой на то причины, Куин подумал об одном из излюбленных Фритцем пылесосов «Дайсон»: штуковину запирали в кладовке, оставляя в темноте, пока кто-то не вытаскивал ее обратно.
Супер. Он опустился до уровня пылесоса.
В конце концов, Куин выругался и приказал себе тащить свою задницу раздеваться и отправляться в постель. Ночь оказалась той еще сукой с момента захода солнца, но хорошие новости в том, что этот ебучий кавардак наконец-то закончился. Жалюзи опустились, чтобы укрыть всех от солнечного света. Дом погрузился в тишину.
Пришло время для восстановительного сна.
Осторожно стащив с себя футболку, шипя от боли, он осознал, что оставил кожаную куртку и оружие в клинике. Ай, да насрать! В случае чего, здесь находился допкомплект, а свое барахло он мог забрать и после Первой Трапезы.
Расстегивая ширинку кожаных штанов, он…
Дверь за его спиной распахнулась с такой силой, что отрекошетила от стены… чтобы потом оказаться в цепкой хватке одного разгневанного ублюдка.
В дверном проеме стоял взбешенный Блэй, его тело сотрясало от ярости, которой даже Куин, немало повидавший в своей жизни, поразился.
— Что, черт возьми, с тобой не так, — рявкнул парень.
«Ты, должно быть, прикалываешься, — подумал Куин. — Как можно не унюхать посторонний запах на собственном любовнике?»
— Думаю, тебе лучше задать этот вопрос моему кузену.
Блэй двинулся вперед, а Куин обошел его чтобы…
Блэй крепко схватил его и с шипением обнажил клыки:
— Сбежать надумал?
Спокойным голосом Куин ответил:
— Нет. Всего лишь закрыть чертову дверь, чтобы никто этого не слышал.
— Да кому какая к хуям разница!
Куин подумал о Лэйле, которая, пыталась спать в комнате на другом конце коридора.
— Мне.
Куин вырвался из его хватки и закрыл дверь, заперев их с Блэем в одном пространстве. И прежде чем повернуться к парню, он закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов.
— Ты мне отвратителен, — сказал Блэй.
Куин опустил голову.
— Мне нужно, чтобы ты съебал из моей жизни. — Горечь в знакомом голосе ранила сердце Куина. — Держись подальше от меня и моих дел!
Куин оглянулся через плечо.
— И тебя совсем не колышет, что он был с кем-то еще?
Рот Блэя открылся. Закрылся. Потом эти брови опустились.
— Что?
«У-у. Великолепно».
Изо всей этой суматохи, Блэй не был в курсе ее причины.
— Что ты сказал? — повторил Блэй.
— Ты меня слышал.
Когда не последовало ответа, ругательств, никто не набросился с кулаками и не стал швырять предметы, Куин развернулся.
Спустя мгновение Блэй скрестил руки, вот только не на груди, а на животе, словно испытывал тошноту.
Куин потер лицо и заговорил сломленным голосом:
— Прости. Мне так чертовски жаль… я не хотел этого говорить.
Блэй встряхнулся:
— Какого… — Он сосредоточил на Куине взгляд своих голубых глаз. — Так ты поэтому налетел на него?
Куин шагнул вперед.
— Прости… просто… он вошел в дверь, я уловил запах, и меня понесло. Я не осознавал, что творил.
Блэй моргнул, словно столкнулся с необъяснимым.
— Так вот почему ты… какого черта ты это сделал?
Куин придвинулся еще на шаг вперед, а затем вынудил себя остановиться… несмотря на почти всеобъемлющую потребность оказаться рядом с парнем. И когда Блэй покачал головой, словно не понимая мотивов, Куину не хватало решимости все ему объяснить.
Но все же сделал это.
— Помнишь, что произошло в клинике, больше года назад… — Куин указал на пол, на случай, если парень забыл, где находится тренировочный центр. — До того, как вы с Сакстоном впервые… — Правильно. Не стоит заканчивать это предложение, если он не хочет, чтобы его вывернуло наизнанку только что съеденным. — Помнишь, что я тебе тогда сказал?
Блэй был в замешательстве, поэтому Куин напомнил:
— Я сказал, что если кто-то причинит тебе боль, я отделаю его и оставлю загорать на солнышке. — Сам Куин услышал, как его голос упал до угрожающего рычания. — Этой ночью Сакстон причинил тебе боль, поэтому я сделал, что обещал.
Блэй потер лицо рукой.
— Господи…
— Я говорил, что это произойдет. И если он снова выкинет такое, не могу обещать, что не закончу начатое.
— Послушай, Куин, ты не можешь… ты не можешь так поступать. Просто не можешь.
— Разве тебя это не волнует? Он неверен тебе. А это не приемлемо.
Блэй выдохнул медленно и протяжно, словно устал нести какую-то ношу.
— Просто… не делай так больше.
Теперь Куин покачал головой. Он не понимал этого. Если бы у него были отношения с Блэем, и тот ему изменил? Он бы никогда с этим не смерился.
Боже, почему он не воспользовался тем предложением? Он не должен был убегать. Куин должен был остаться.
Он неосознанно сделал еще шаг.
— Прости…
Внезапно он стал повторять эти слова снова и снова, произнося их с каждым шагом, приближающим его к Блэю.
— Прости… прости… прости… — Куин не знал, что, черт возьми, ему сказать или сделать; он просто каялся во всех своих грехах.
А он был так грешен перед этим достойным парнем, который стоял как вкопанный перед ним.
Наконец остался всего шаг до того, как обнаженная грудь Куина коснулась бы Блэя.
Голос Куина упал до шепота.
— Прости.
В наступившей напряженной тишине, Блэй открыл рот… но не от удивления. Больше, похоже, что ему не хватало воздуха.
Напомнив себе, что он не засранец-вокруг-которого-вертится-мир, Куин поглубже затолкал мысли о том, что произошло между Сакстоном и Блэем.
— Я не хотел такого для тебя, — сказал он, блуждая глазами по его лицу. — Ты и так достаточно настрадался, и я знаю, что ты любишь его. Прости… прости…
Блэй просто стоял перед Куином с застывшим выражением лица. Взгляд его метался, словно он ни на чем не мог сосредоточится. Но не попятился, не бросился вон из комнаты. Он просто… стоял на месте.
