Работая над рукописью, я пытаюсь ответить на многочисленные вопросы, письменно и устно получаемые от читателей, избирателей-туляков, историков, журналистов. Не скрою, многие обвиняют меня, что я был с Ельциным, видел, сколько плохого он сделал, и не предпринял никаких мер по его устранению. Я всегда отвечаю так: я не был с ним, я с ним жил, я семьи своей не видел, не заметил, как выросла младшая дочка. Президента Ельцина выбрало абсолютное большинство граждан России, и я выполнял свою профессиональную работу, свой гражданский долг, служил России. Причем как до Ельцина, так и после него. При этом для меня, и не только, ясно, что Ельцин середины 80-х и он же, которого я наблюдал через десятилетие, – люди абсолютно разные.
Бытует, не без помощи СМИ, и другая точка зрения, что Коржаков превышал свои полномочия, проникал в иные, запрещенные для него сферы, то есть занимался не своим делом. За время моей работы с головы Бориса Николаевича ни один волос не упал. Но сводить функции Службы безопасности Президента лишь к обязанностям телохранителей было бы наивно и даже преступно. Хотя я знаю немало людей, которым хотелось бы под видом заботы о здоровье Президента вменить в обязанности охраны ежедневное надевание на светлые очи черной повязки, и не такой, как в предвыборном Татарстане, а плотной, чтобы ни один чиновный «горшок» с плеч не упал. Безопасность главы государства, и это ранний Ельцин понимал очень хорошо, – понятие куда более широкое. Это лишь одна из сфер деятельности созданной им СБП, основные задачи которой – обеспечение безопасности института президентства России, гарантирующего конституционные права и свободы граждан, а также исключение коррупции в высших эшелонах власти.
На вопрос, что же случилось с Ельциным как с человеком, ответить на самом деле нетрудно. Повлияли не столько внешние обстоятельства, сколько самые что ни на есть внутренние. И мозги, и сердце стали уже далеко не те. Окружение, так называемая Семья, в стремлении продлить свою сладкую жизнь решило, что может заменить эти органы собой. Как это получалось, знает, увы, вся Россия.
В предисловии к первому изданию я писал, что «так и не решился написать про ГКЧП-3, созданный по указанию Ельцина весной 96-го, про назначение Дмитрия Якубовского, про финансирование семьи Президента…».
Что касается первого, то за прошедшие семь лет в ряде журналистских публикаций, а также в свидетельствах тогдашнего министра внутренних дел Анатолия Куликова, вице-спикера Госдумы Артура Чилингарова тема эта нашла адекватное освещение. Б.Н. Ельцин так и не решился дать команду на упразднение Государственной думы второго созыва, поскольку во время совещания по этому поводу его не поддержали Черномырдин и Куликов.
Якубовский, которого Гайдар и его команда хотели посадить над всеми правоохранительными органами, действительно был посажен, но не «над», а «в». Отсидел и сейчас является неплохим адвокатом, консультантом по поведению подследственных и осужденных. За что же пинать человека, уже отбывшего наказание и искупившего свой грех перед обществом?
Финансисты Семьи? Одни периодически шлифуют нары Европы и Америки, другие пытаются перекукарекать лондонский Биг-Бен, третьи покупают футбольные клубы. Нельзя не учитывать и «морганатические» браки (в данном случае от фамилии американского миллиардера Моргана). Татьяна Борисовна в третий раз официально вышла замуж, теперь уже за мелковатого для нее (ну что же, любовь зла…) Валентина Борисовича, а тот выдал свою дочь за алюминиевого магната Дерипаску. По-прежнему патронирует Семью Александр Мамут…
Многие из этих вопросов вправе поднять сегодня правоохранительные органы. Многие уже отражены в книгах моего соратника и бывшего подчиненного В.А. Стрелецкого «Мракобесие» и бывшего Генерального прокурора России Ю.И. Скуратова «Вариант дракона».
Эпилог
На ситуацию с моей отставкой и последующим выходом книги потрачено много журналистского труда. Оценки были диаметрально противоположными, от возвышенных до откровенно хамских, что в общем-то логично, ведь не зря говорят: «сколько людей, столько и мнений». Всего я сегодня и не вспомню, но кое на чем остановлюсь.
В одной газете авторы, анализируя произошедшие события, корили меня тем, что я, дескать, сильно зарвался и забыл мудрое высказывание генерала Драгомирова: «Адъютант должен разделять заботы и тяготы полководца, но не его положение и заслуги». Что ж, я отлично знаю эту фразу блестящего русского штабиста и хочу ответить: что касается забот и тягот того периода, то я их вынес с лихвой и более. Что же до заслуг самого «полководца», то я бы и рад был их разделить, но сама жизнь доказала: делить-то, увы, нечего. И как ни парадоксально, виной этому оказалось именно его положение, последствия которого сегодня, думаю, ощущают и авторы той статьи!
Ну а закончить я хочу фразой другого человека, в истории знаменитого не менее генерала Драгомирова. Английский ученый Фрэнсис Бэкон как-то заметил: «Ничто не приносит такой популярности, как прощение своих врагов».
Лично я их простил. Согласится ли на это Россия?
