— Роман Валерьевич, но «шеф» это же современно, лаконично, и эффектно! — искренне заверила я.
— Разве что лаконично — усмехнулся он. — Не буду задерживать. Идите, Маргарита, творите. Мы на вас большие надежды возлагаем. И в будущем давайте все-таки на «ты» переходить. Это еще более современно и эффективно. И не так обидно для еще не старого мужчины.
— Так точно! — ответила я с перепугу на военно-морской манер и выскочила из кабинета.
Это что сейчас было? Очень личная заинтересованность в успехе моего первого дизайнерского надзора? Или бантик повлиял?
Размышлять и гадать было некогда: накатили внезапные требования об изменении цветов в уже принятом проекте, потом я созванивалась с кузнечной мастерской… Потом у меня вырубился интернет.
Нужно признать, я немного обрадовалась. Сейчас придет Домовенок, наладит сеть, заодно немного поболтаем, и я сравню. Все же его сходство-несходство с ночным гребцом не давало мне покоя.
Но оказалось, что интернета нет во всем офисе. Промелькнул наш старший сисадмин, объявил, что «соблюдаем спокойствие! Проблемы у провайдера». Потом появился Юра, ничего объявлять не стал, прошел прямиком ко мне, оперся руками о стол и негромко сказал:
— Можно тебя на минуту? Вопрос есть.
Я поняла, что что-то случилось. И не в наших с ним неустойчивых личных отношениях, а что-то серьезное и, наверное, страшное. Таким серьезным я Домовенка не видела. Вот теперь он выглядел постарше меня. И чего я, дура зеленая-подкильная, вообще волновалась по этому возрастному поводу?
Мы вышли в закуток с образцами полеуритановых молдингов и потолочных плинтусов.
— Рита, твои золотые монеты откуда? — спросил Юра.
Я смотрела на его лицо и понимала, что уклоняться и размазывать никак не получится. Пришлось ответить глупо и честно:
— Монеты из сна.
Странно, но он не стал делать непонимающе лицо, уточнять и переспрашивать. Потер затылок — тут я осознала, что Юрка пострижен, причем хорошо и даже очень хорошо — но он уже начал кратко и по сути объяснять:
— Кирилла и Свету повязали. Не полиция. Один тип звонил мне на мобильный и сказал, чтобы привез тебя и все монеты. Иначе брату и Светке «вынут печень». Говорили с акцентом, предупредили, что «в стражу звонить нет смысла». Мобильник брата действительно не отвечает, в сети его нет. Боюсь, это не идиотская шутка. Я позвонил в полицию… — тут Юрка, так точно и внятно излагавший суть, запнулся.
— И что полиция? — с замершим сердцем пролепетала я.
— Ничего. Не дозвонился. Да, так не бывает, но посмотри на свой телефон.
Я торопливо посмотрела: сигнала сети не было.
— Потом я попытался выйти через сеть, провайдер отключился — продолжил Юра.
— А…? — я указала в сторону улицы.
— Доехал до метро. Там три антенны. Ноль сигнала. Рита, кто это может быть и чего они хотят? Воздействовать на городскую сеть вообще-то в принципе невозможно — Домовенок был на пределе, но все равно разговаривал со мной спокойно.
Вот это я оценила безмерно.
— Я не знаю, чего они хотят. Во снах нет прямой и сквозной логики. Но раз они отключают телефоны, значит, они это могут.
Во мне медленно, но неуклонно включался опыт Маргори-тян, Маргиты, и всех-всех-всех. Чувство довольно странное, но своевременное.
— Юра, поехали.
— Поехали. Если у полиции возникнут к тебе серьезные вопросы, адвоката и деньги я найду…
— Это прекрасно. Но об этом позже.
У меня было ощущение, что Юра не совсем понимает, с чем мы имеем дело. Я тоже не понимала, но у меня был солидный опыт снов. Там чуть иные законы, и именно поэтому ход событий пересечения сна с явью абсолютно непредсказуем.
Я вбежала в офис, схватила свою курточку, подскочила к столу Эли и хапнула ее телефон.
— Ритка, ты в своем уме? — изумилась бывшая подруга-начальница.
— Нет, не в своем, — я смотрела, как мгновенно погас индикатор сети на едва оказавшемся в моей руке телефоне. Вот же, дети каракатицы, мачту им в зад!
Юра со шлемами в руках уже ждал меня в коридоре. Мы пронеслись мимо ресепшена– вслед нам что-то сказали. Но уж какой тут дизайн и трудовая дисциплина?
Через две минуты мотоцикл остановился у ближайшего отделения полиции.
— Что-то не то… — проницательно пробормотал Юра.
Свежее, со стеклянным входом, здание полиции действительно выглядело странно вымершим. Мы торопливо вошли: пусто, даже эхо гуляет по коридору со стендами «их разыскивает». Как это может быть⁈ Может, совещание какое-то архиважное? Типа «всегородская облава на гражданку Маргариту Слебову, рецидивистку, садистку и разрушительницу кораблей». Черт, какие глупости не вовремя лезут в голову.
Тут справа хлопнула дверь. Мы увидели спину офицера полиции:
— Товарищ капитан! — обнадеженно окликнул Юра. — Мы с заявлением…
Офицер уходил, полностью нас игнорируя. Вообще не слышит, кальмара ему в оба уха.
— Эй, гражданин-правоохранитель! — повысил голос Домовенок. — К вам обращаюсь!
Полицейский свернул за угол и исчез.
Пустое здание с серьезными надписями на открытых дверях нагоняло страх. В душе-то мы все законопослушные граждане, даже я, и пусть часто не любим полицию, ее полное отсутствие пугает.
Впрочем, например, на Маргиту это самое отсутствие действовало иначе. Она точно знала, что нужно делать.
— Юр, ничего не поможет. Нужно ехать и попробовать разобраться на месте.
— Ты туда не пойдешь! — категорично заявил Домовенок. — Даже не думай.
— Я о другом думаю — я посмотрела на камеру наблюдения под потолком. Работает или нет?
На мое предложение о наших действиях Юрка сказал, что я спятила. Тогда я уклонилась от его останавливающей руки. Предложила подождать меня снаружи, и попыталась шмыгнуть в полицейскую «дежурку».
— Куда⁈ — страшным шепотом заорал сисадмин и с внезапной ловкостью ухватил меня за куртку. Вот хватка какая, невольно поверишь, что и весло он ворочать умеет. Наверное, он? Как бы там не было, курточку мне было жаль, я к ней привыкла, и вообще больше такая не попадется.
— Я только позвонить попробую — не очень точно объяснила я.
Юрий молча выволок меня наружу и отстегнул от мотоцикла шлем. Разумно, глухие шлемы могли уберечь от кое-каких неприятностей с камерами наблюдения.
— И перчатки! — рявкнул мрачный Домовенок.
Я натянула простые рабочие перчатки, хранимые для обслуживания мотоцикла. Хорошо, что синие, белые и грязные едва ли сочетались с моей курткой и черным шлемом. Домовенок разумно прихватил плоскогубцы и пару отверток. А ведь догадывается, на что я целюсь.
— Юрочка, ты бы здесь подождал. Из-за меня началось, мне, если что, и отвечать.
— Я, по-твоему, полная свинья, что ли? — довольно резко вопросил сисадмин.
Бесспорно, Юрка на свинью ничуть не походил, кабаном его назвать тоже язык не поворачивался. И вообще мужчины очень обидчивы в подобных ситуациях, не буду я его расстраивать.
В молчании мы вновь вошли в полицию, на этот раз шлемоголовые и интересные. Если дежурный вернулся, встретит нас пистолетным огнем на поражение.
Никого не было. Дверь дежурки открыта, Домовенок многозначительно кивнул мне в сторону решетки «обезьянника». Напугал. Когда я была Маргитой, мне регулярно дела лепили, уж и здесь отсижу как-нибудь.
Для порядка я сняла трубку телефона. Аппарат успел издать половину гудка и онемел. Наплевать, звонить из полиции в полицию все равно как-то глупо. Я шагнула к оружейным шкафчикам.
— Рита, нам все равно не открыть — в отчаянии прошептал Домовенок. — Еще ведь и сигнализация.
— Тогда объясним, что в отчаянии трясли все двери, вызывая дежурного. Но вообще-то, полагаю, нас время поджимает.
Юра хотел что-то сказать, но передумал. Как я и предполагала, он мне не все пересказал про разговор с преступниками, захватившими брата. Там более серьезные угрозы должны были звучать и лимит времени упоминался.
