Исходя из изученных ими древних Писаний, иудеи, к которым писал Иаков, понимали, что грешники – это неверующие. Порочные, нечестивые «жители… Содомские были злы и весьма грешны пред Господом» (Быт. 13:13). Псалтирь начинается словами: «Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых, и не стоит на пути грешных, и не сидит в собрании развратителей» (Пс. 1:1). Из 5-го стиха этого псалма еще яснее следует, что под «грешниками» понимаются неверующие: «Потому не устоят нечестивые на суде и грешники в собрании праведных». Давид говорил о необходимости учить «беззаконных» путям Господним, дабы «нечестивые [грешники] к Тебе [обращались]» (Пс. 50:15). Исаия заявлял, что «всем… отступникам и грешникам – погибель, и оставившие Господа истребятся» (Ис. 1:28) и что «приходит день Господа лютый, с гневом и пылающею яростью, чтобы сделать землю пустынею и истребить с нее грешников ее» (Ис. 13:9; ср. Ам. 9:10).
Также в новозаветные времена, как на это явно указывают Евангелия, термин hamartolos использовался в отношении тех, кто ожесточился в грехе, не желал каяться и вел откровенно аморальный образ жизни. Иисус наставлял Своих слушателей: «Пойдите, научитесь, что значит: “милости хочу, а не жертвы?”. Ибо Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию» (Мф. 9:13). В другом случае Он сказал: «Я пришел призвать не праведников, а грешников к покаянию» (Лк. 5:32; ср. Мф. 9:13; Мк. 2:17). Марию из Вифании, до того как она обрела спасение, Лука называет «грешницей» (Лк. 7:37; ср. Ин. 12:3). В храме кающийся «мытарь… стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: “Боже! будь милостив ко мне грешнику!”» (Лк. 18:13). Павел напоминает верующим, что «Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками» (Рим. 5:8), и что «как непослушанием одного человека сделались многие грешными, так и послушанием одного сделаются праведными многие» (5:19). В своем Первом послании к Тимофею апостол, говоря о «беззаконных и непокоривых, нечестивых и… развратных и оскверненных», наряду с ними упоминает и грешников (1 Тим. 1:9). Чуть позже он в еще более яркой форме причисляет грешников к неспасенным, говоря: «Верно и всякого принятия достойно слово, что Христос Иисус пришел в мир спасти грешников» (ст. 15).
Посему не вызывает никаких сомнений, что, как и в Ветхом и Новом Завете, грешниками Иаков называет неверующих, тех, кто не обрел спасения.
Исправление сердца
исправьте сердца, двоедушные (4:8в)
В данном древнееврейском параллелизме оборот исправьте сердца соответствует выражению «очистите руки», а двоедушные – это то же, что и «грешники»; вторые фразы добавляют еще одну грань к этим понятиям. Подобно Давиду, Иаков проводит параллель между греховными делами рук и грехами сердца. «Кто взойдет на гору Господню или кто станет на святом месте Его? – вопрошает Давид. – Тот, у которого руки неповинны и сердце чисто, кто не клялся душою своею напрасно и не божился ложно» (Пс. 23:3-4; ср. 50:12). Неверующему надлежит не только перестать делать беззакония, но и, что еще важнее, перестать согрешать в сердце своем, из которого, как известно, берут начало все грехи. «Ибо из сердца исходят злые помыслы, – говорит Иисус, – убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления» (Мф. 15:19). «Смой злое с сердца твоего, Иерусалим, – призывает грешных евреев Иеремия, – чтобы спастись тебе: доколе будут гнездиться в тебе злочестивые мысли?» (Иер. 4:14). «Отвергните от себя все грехи ваши, которыми согрешали вы, – взывает к своим соотечественникам Иезекииль, – и сотворите себе новое сердце и новый дух» (Иез. 18:31). После этого, обещает Господь,
...
[Я] окроплю вас чистою водою, и вы очиститесь от всех скверн ваших, и от всех идолов ваших очищу вас. И дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное. Вложу внутрь вас дух Мой и сделаю то, что вы будете ходить в заповедях Моих и уставы Мои будете соблюдать и выполнять (Иез. 36:25-27).
Живший в XVIII веке евангелист Джордж Уайтфилд писал: «Всякий человек по природе своей должен ненавидеть Бога. Но когда он обращается к Господу с евангельским покаянием, его воля претерпевает изменения; его совесть, ныне ожесточенная и подавленная, пробуждается и исцеляется; его черствое сердце размягчается, его неуправляемые страсти распинаются на кресте. Таким образом, через покаяние преображается вся душа человека, он обретает новые наклонности, новые желания и новые привычки».
Термин dipsuchos (двоедушные) в Новом Завете использует только Иаков (см. также 1:8, где это же слово переведено как «человек с двоящимися мыслями»). Так называют того, кому недостает прямоты, кто говорит одно, а делает другое. Это лицемер в стане верующих, к которому часто обращается Иаков. Перед нами еще одно подтверждение тому, что Иаков говорит о неверующих и с неверующими. Сам Господь ясно дал понять, что «никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть» (Мф. 6:24), и что «кто не со Мною, тот против Меня; и кто не собирает со Мною, тот расточает» (12:30). Следовательно, двоедушные не могут быть христианами по определению.
Исаия призывал двоедушных грешников очищать сердце, взывая к ним: «Ищите Господа, когда можно найти Его; призывайте Его, когда Он близко. Да оставит нечестивый путь свой и беззаконник помыслы свои, и да обратится к Господу, и Он помилует его, и к Богу нашему, ибо Он многомилостив» (Ис. 55:6-7).
Страдание
Сокрушайтесь (4:9а)
Три следующие заповеди выражены глаголами без определений. Первый – talaipöreö (сокрушайтесь) – употребляется в Новом Завете только здесь, хотя в форме прилагательного и существительного его можно встретить и в других фрагментах (см. Рим. 3:16; 7:24; Иак. 5:1; Отк. 3:17). Он передает идею душевной надломленности и ощущения несчастья, обусловленного обстоятельствами, – в данном случае это греховность, потерянность и разобщенность с Богом. Именно это чувствовал мытарь, о котором Иисус говорил, что он «не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: “Боже! будь милостив ко мне, грешнику!”» (Лк. 18:13).
Чарльз Сперджен писал: «Существует тесная взаимосвязь между печалью души и здравой доктриной. Верховная благодать дорога тем, кто глубоко страдает от осознания собственной греховности».
Страдание, о котором говорит Иаков, не имеет ничего общего с грустью по поводу неблагоприятных жизненных условий и желанием с Божьей помощью изменить жизнь к лучшему. Не связано оно и с религиозным аскетизмом, или крайней степенью самоотречения и самопожертвования, которые должны смирять человека и делать его достойным в глазах Божьих. Павел явно отвергает такой вид страданий, на которые человек сам обрекает себя, заявляя, что...
Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам-обольстителям и учениям бесовским, через лицемерие лжесловесни-ков, сожженных в совести своей, запрещающих вступать в брак и употреблять в пищу то, что Бог сотворил, дабы верные и познавшие истину вкушали с благодарением (1 Тим. 4:1-3).
Как разъясняет апостол колоссянам, «это имеет только вид мудрости в самовольном служении, смиренномудрии и изнурении тела, в некотором небрежении о насыщении плоти» (Кол. 2:23). Такое страдание вызвано сокрушением о собственных грехах, нарушением святого закона Божьего и боязнью наказания.
Плач
плачьте (4:9б)
Сокрушаясь, кающийся грешник должен оплакивать свой грех. Под этим подразумевается глубокая скорбь и раскаяние, совершенное отчаяние, побуждающее оплакивать грех точно так же, как мы оплакиваем смерть близкого родственника или друга. Это одно из требований, предписанных верующим Самим Господом во время Его земной жизни: «Блаженны плачущие, ибо они утешатся» (Мф. 5:4). Вместе с сокрушением и рыданием, плач сопровождает чувство покаяния (ср. 2 Кор. 7:9-11). Фрэнсис Фуллер прозорливо заметил:
...
Каяться – значит обвинять и осуждать самого себя; приговаривать самого себя к мукам в аду; вместе с Богом судить самого себя и оправдывать все ниспосылаемые нам наказания Божьи; стыдиться собственных грехов; всегда видеть их и ощущать в сердце своем, дабы ежедневно их оплакивать; осуждать грехи, которыми мы дорожили не меньше собственной жизни, дабы никогда больше не впадать в них, и ненавидеть их до такой степени, чтобы искоренять их, как то, к чему по своей природе мы должны испытывать отвращение. Ибо по природе своей мы любим и уважаем самих себя, скрываем собственные несовершенства, принижаем значение своих грехов и стараемся оправдать их, позволяем себе всевозможные удовольствия, одержимы своими похотями и идем у них на поводу к собственной погибели (Цит. по Спирос Зодиатес, «Поведение веры» [Grand Rapids: Eerdmans, 1973], 2:286).
