Читаем без скачивания StarCraft: сборник рассказов - Майкл Когг

Вик почувствовал, как кровь вскипела адреналином. Все чувства резко обострились: на его территорию вторгся раненый зверь. Он поддался зову крови, и сознание вмиг наполнилось ощущением собственной неуязвимости. Он больше не был «трутнем». Вик стал воплощением инстинкта выживания, носителем генетической информации, формировавшейся естественным отбором на протяжении всего существования человеческой расы.

— Зарубите на носу, — обратился Иван к «трутням», ухватив Вика за ворот комбинезона. — Мой товар, мои…

Вик впился в руку Ивана зубами, вырвав кусок мяса. Он вскочил на ноги, ринулся вперед и со всей силы опустил личинку на грудь босса. Тот успел один раз выстрелить, но промахнулся, и шипы на панцире зерга пронзили ткань костюма, мягкую плоть и даже кости.

А Вик вдавил тело Ивана в землю и продолжил колошматить его личинкой. Удары панциря перемалывали кости с резким хрустом. Но жажда крови не ослабела, и он продолжал бить бывшего хозяина до тех пор, пока от того не осталось лишь мокрое место. Победивший врага «трутень» поднялся, победоносно держа личинку над головой. Кровь покрыла все его тело подобно новой шкуре, стала символом его превосходства, гораздо более красноречивым, нежели угрозы титулы или деньги.

Большинство свидетелей боя предпочли остаться в стороне. Кое-кто даже нагнулся к земле в некоем животном подобии поклона. Но один из «трутней» рванулся вперед, надеясь достать пистолет Ивана, чтобы прикончить новоявленного героя и стать новым царем горы.

С нечеловеческим ревом Вик ударил соперника ботинком прямо в грудь. «Трутень» завопил от боли и упал в грязь. Затем побежденный медленно отполз в сторону, глядя в землю. Вик заметил, что точно так же себя повели и другие «трутни». Никто из них не осмеливался посмотреть ему в глаза. Они были напуганы. Целиком в его власти.

— В мастерской Ивана открылся сезон халявы! Кто не успел, тот опоздал! — прокричал Вик изо всех сил.

«Трутни» одобрительно загалдели, торжествующе вскидывая к небу грязные кулаки, а затем дружно поспешили к мастерской. Вик и сам бы к ним присоединился, но у него в руках уже было целое состояние. Личинка остервенело размахивала в воздухе ножками. Вик задумался, понимает ли зерг, что они победили и как далеко дошли под его руководством.

Подъехав к пыльной площадке, гордо именовавшейся городским космопортом, Вик резко остановил грузовик Ивана, отчего тормозные колодки недовольно взвизгнули. Он выпрыгнул из машины, на нем были только грязная рубашка и брюки. Комбинезон он снял и обернул в него личинку, чтобы не привлекать внимания завсегдатаев порта. Зерг был полностью укрыт костюмом, и поэтому Вик ничем не отличался от прочих «трутней», ошивающихся по округе в поисках чего-нибудь полезного в грудах мусора.

Он чуть не проскочил мимо корабля покупателя. Яйцеголовый повел себя умно, и его побитый непримечательный космолет ни у кого не вызывал подозрений. Чего нельзя было сказать о полноватом гладко выбритом человеке в черном комбинезоне, ожидавшим встречи рядом с кораблем. Вик вспомнил слова Ивана и смекнул, что это и был помощник Бранамура. Его бы наверняка давно грабанули, если бы не вооруженная охрана, состоявшая, по-видимому, из наемников.

Вик уже направлялся к кораблю, когда на него наконец нахлынула волна усталости. Каждый ушиб и порез, полученный в последние двадцать четыре часа, отозвался острой болью. Личинка в обмякших руках внезапно стала неподъемно тяжелой. Он попытался ухватиться поудобнее и случайно выронил медальон пилота из кармана комбинезона. «Трутень» несколько секунд тупо смотрел на золотые крылышки, не сразу сообразив, что это.

Но какая-то часть его помнила. Овладевшие им полностью первичные инстинкты понемногу отступали. Осколки его «я», похороненные в подсознании, начали пробуждаться. Вик тщетно пытался отгородиться от них — от этих бесполезных и немощных частиц себя, которые лишь мешали выживать.

«Мы не такие, как они, и это самое важное. Мы не звери», — словно прозвучал в ушах голос Сержа.

— Заткнись!.. — прорычал Вик. Он придавил медальон ботинком, чтобы заглушить ненавистный голос. Но внутри другая половина его личности уже пробивалась наружу, вооруженная памятью, чувством ответственности и вины.

«Когда-нибудь мы уберемся из этой дыры и займем свое место среди людей. Станем НАСТОЯЩИМИ терранами.»

Вик споткнулся. Воспоминания о прожитом дне выбили из него дух, точно скоростной поезд на магнитной подвеске. Он вспомнил, как разлеталось на куски тело Джейса, как псы перегрызали шеи испуганных наемников, как останки Ивана растекались по улице. Тогда Вик не обращал на все это внимания, словно это был не он, а кто-то еще. Или что-то.

— Вик… — промолвил «трутень», падая на колени. — Я Вик.

Представитель покупателя с отвращением посмотрел на Вика, не подозревая о сокровище, укрытом под окровавленным комбинезоном. Взгляд у мужчины был холодным и расчетливым, совсем как у Ивана. «Трутень» прижал личинку к себе, будто хотел защитить, а сам думал о бесчувственных людях в белых халатах, которые будут мучить пришельца и испытывать на нем непонятные устройства. До свободы оставалось лишь несколько шагов, и заплатить за нее нужно было всего лишь чужой жизнью, жизнью неразумной инопланетной твари. Оставалось принести всего только одну жертву на пути, уже щедро политом кровью…

— Мы оба забыли… — Вик подобрал медальон с земли и отвернулся от помощника Бранамура. —

Мы оба виноваты. Мне надо было остаться… и отговорить тебя. Мы бы нашли другой способ.

На самом краю космопорта он опустился на землю, совершенно обессиленный. Несколько часов он сидел и наблюдал, как корабли взлетают, а на их место приземляются новые. В конце концов, несолоно хлебавши, отчалил и яйцеголовый.

Той же ночью умерла и личинка. Крохотные ножки перестали двигаться, а тело окоченело. Вик выкопал в земле яму и положил в нее зерга. Он стоял над могилой и вспоминал репортажи СНВ, в которых говорилось об этой расе. Любой другой терран назвал бы личинку чудовищем, но не «трутень». Это маленькое создание не успели превратить в настоящего монстра. Зерги, превращаясь в хладнокровные орудия убийства, меняли свое обличье, но соплеменники Вика оставались прежними. Терраны скрывали зверя в себе под аккуратно слепленными масками норм и правил. Возможно, именно поэтому его собственный вид был гораздо опаснее миллионов кровожадных зергов, надвигающихся на беззащитную колонию. По крайней мере, всегда знаешь, чего от них ожидать.

Вик начал забрасывать могилу землей, и в горле у него встал ком. Сперва поглощенный ужасом, а затем погрузившись в свою отрешенность, он не оплакивал Сержа. Но теперь при виде уже наполовину закопанной личинки чувства захлестнули его. Впервые в жизни он посмотрел на мертвое существо и ощутил настоящую горечь… впервые в жизни он почувствовал себя человеком.

На следующее утро Вик обменял грузовик Ивана у контрабандистов на место в трюме их старой консервной банки. Он не спрашивал, куда они летят. Не считая одежды и медальона Сержа, он все оставил позади. В тот день на борт корабля взошел Вик — и только Вик. Мечтатель. Друг. Терран.

Дэнни МакАлисс

Импульс

Все взрывы вдруг разом стихли.

На долгий ужасный миг повсюду воцарилась тишина. Затем вверх стали лениво подниматься клубы белого и серого дыма, застилавшего поле боя. Словно по мановению какого-то жестокого фокусника, за дымом взору постепенно открывалось то, что осталось на нем после сражения.

Протоссы атаковали жестоко и методично. Повсюду валялись в разной степени покореженные и изломанные боевые скафандры, в которых покоились останки морпехов. Некоторых морпехов сожгли расщепители, и на их скафандрах виднелись дыры от беспощадного огня сталкеров. Другие были умерщвлены с большей точностью — зилоты нарезали их на куски псионическими клинками. Все эти бойцы уже не дышали.

Или почти все.

Внезапное движение нарушило кажущееся спокойствие келморийского лагеря. Солдаты начали один за другим ползком пробираться вперед. То были мародеры в огромных громоздких скафандрах — бойцы, тащившие с собой почерневшие и блестящие огнеметы «Погибель». Их некогда ровный строй сейчас был изломан, в руинах были и постройки, которые им поручили оборонять. Но они продержались. Они были еще живы. И для них это была победа.

Капитан Марий Блэквуд ничего этого не видел. По обе стороны от его мчащегося во весь опор осадного танка мелькал странный келморийский ландшафт. Вокруг простирались обширные равнины, покрытые красной пылью, но Марий сосредоточился исключительно на узкой полоске пейзажа впереди. Вместо пронзительных гудков в укреплении он слышал лишь успокаивающий гул двигателя, доносящийся снизу.