особой гадостью, но те, кто его поймали, были настоящими охотниками. Они не только перебили лапы и хребет зверю, но и свернули челюсть. Даже имея энергию, воспользоваться ею тигр не мог.
Принцип питания был отработал чуть ли не до идеальности — мы с Вилеей брались за руки, я атаковал духовной стрелой, делая в тигре глубокую рану, бил в голову таранным ударом, чтобы он даже не думал о контратаке и пока зверь находился в отключке, моя девушка атаковала. Её личный рекорд за четыре тигра — семьдесят два меридиана. Столько она успевала поглотить, прежде чем зверь умирал. Лечить, как делал наставник, я не умел, тратить же свиток и полностью восстанавливать опасного противника ни разу не пришло в голову даже Вилее. На лице девушки появилась плотоядная ухмылка — она добралась до сущности. Вырвав её из раны, демон запихнула её в рот и проглотила, даже не жуя, продолжая вытягивать из тигра меридианы. Позади раздались странные звуки. Обернувшись, я увидел согнувшуюся Дарну, очищающую желудок. Это едва не сбило меня от подсчёта поглощённых меридиан, но духовное зрение помогло — с его помощью я видел, что сегодня старые рекорды падут. Вилея явно делала успехи. Поглотила не всё — у тигра было больше сотни меридиан, но девяносто два урвать смогла.
Обняв трясущуюся Вилею, получившую демоническую дозу энергии, я запустил процесс сопряжения. Оставалась кропотливая и в чём-то нудная работа. Требовалось покорить бушую энергию, нормализовать её в потоки и постепенно растворить в наших телах, становясь сильнее.
— Это… Это было ужасно! Как можно соглашаться на такое? Как можно жить рядом с тем, кто в любой момент может тебя съесть? Кто вообще допустил такую возможность?
Судя по широким зрачкам, Дарна всё никак не могла прийти в себя от увиденного, хотя прошло уже изрядно времени. Вилея, довольная и сытая, хотела было ляпнуть очередную свою великую мысль, но лёгким касанием руки мне удалось её остановить. Дарне сейчас не стоит мешать, пусть свыкнется, что за пределами её дворца существа творят всякое, что не всегда приятно взгляду. Одно дело знать, что кто-то идёт по пути зверя, другое — увидеть это воочию. Это ещё красноволосой повезло, что она не была с нами с самого начала, когда Вилея жрала средоточия людей и демонов. Путь демона тоже имел права на жизнь и какое-то время моя спутница шла по нему. Вот там был кошмар.
— Дарна, время отдыхать, — я подошёл к шокированной девушке. Называть её ученицей язык не поворачивался. Никак. — Твоя палатка уже стоит. На, выпей.
Наша временная спутница безучастно приняла флягу и даже сделала несколько глотков, после чего вскочила на ноги, как ужаленная и начала отплёвываться.
— Ты что мне дал⁈
— Чистая брага из одной деревни нулевого пояса. Местным нравится, а мы с её помощью этого особо устойчивые пятна на Манюне протираем. Разъедает на раз!
— Брага? Разъедает? Да я рот себе весь сожгла!
— Зато ты прекратила страдать и жалеть себя. Знаешь, вот чего я от тебя не ждал, так это такой слабости. Неужели тебе никогда до этого не доводилось видеть, как кто-то из тех, кто идёт путём зверя, питается? Или в центральном регионе им всё приносили на блюдечке?
— У нас никто не идёт по пути зверя! Не путай клан Феникса с Тиграми и демонами!
— Демоны, к слову, предпочитают собственный путь. Рассказать, в чём он заключается? Или, может, устроить наглядную демонстрацию? Дарна, то, что ты продемонстрировала — непозволительная слабость, с которой нужно бороться. Представь, откроется здесь внезапно червоточина, в нулевой пояс полезут демоны. Причём сначала прибегут низшие. Безмозглые твари, вся жизнь которых построена вокруг слова «жрать». Они настолько тупые, что начинают раздирать тела врагов прямо во время боя. И что, ты собираешься вот так впадать в истерику каждый раз, когда увидишь, как кто-то их них жрёт? Ты же прекрасно понимала, для чего мы тащим с собой тигра!
— Понимать и видеть всё вживую — разные вещи, — насупилась девушка. — Вилея тоже шла по пути демонов?
— Хочешь знать, жрала ли она людей и демонов? — усмехнулся я. — Мы впервые познакомились почти шесть лет назад. Нам тогда только-только по двенадцать стукнуло. Мать Вилеи купила своей дочери проход через червоточину нулевого круга, чтобы она здесь кормилась. Насколько я помню, порядка десяти деревень тогда Вилея сожрала, пока мы её не поймали. Потом мы какое-то время путешествовали вместе в мире демонов. Сколько она там сожрала своих сородичей, я даже считать не стал. Но последние три года Вилея ест сугубо тигров. Они ей больше нравятся. Кстати, Вилея! Нужно как-нибудь поймать кого-нибудь из клана Тигров! Вдруг они тоже понравятся тебе на вкус?
— Ловлю на слове! — моя спутница не поняла, что я пытаюсь поддеть побелевшую Дарну. — Вырвать ещё трепыхающееся средоточие, потянуть на себя меридианы, глядя при этом в обезумевшие от боли глаза… ммм… вкусняшка…
Нет, я реально считал, что Дарна более крепкая по натуре девушка. Однако после того, как она взглянула на Вилею, что ещё не успела вытереть кровь с лица и при этом плотоядно улыбалась, девушку вновь скрутило.
— Чего это она? — удивилась Вилея, когда серая Дарна сбежала в палатку.
— Тонкая душевная организация. Представила, как ты разрываешь грудную клетку даоса, вытаскиваешь его средоточие и запихиваешь себе в рот вместе с узлами.
Дарна услышала мои слова. Хоть из палатки успела выбраться, прежде чем её ещё раз скрутило. Забавная она. Как идти на смерть или кого-то убить — так это пожалуйста. А как представить, что кто-то может есть другого — тут же нервишки начинали шалить.
— Зандр, а про клан Тигров, надеюсь, не шутка была, верно? Я бы действительно хотела попробовать тех, кто поглощает тигров.
— Вилея, мы же договорились, что есть людей нехорошо.
— Откуда ты в клане Тигра людей нашёл? — Вилея посмотрела на меня таким незамутнённым взглядом, что я даже опешил. Она не шутила и не играла. Она реально считала, что те, кто идёт путём зверя, перестали быть людьми. И их можно с чистой совестью есть. Не то, чтобы я был сильно против, но… Ладно, разберёмся ближе к делу. Может, встретим таких моральных уродов, что я их сам Вилее на блюдечке поднесу.
Дарна пришла в себя только на следующее утро. Нацепив на лицо непроницаемую маску безразличия, она начала смотреть на нас как на предметы мебели. Даже разговаривать не стала. Молча села в Манюню, предоставив нам право самостоятельно сворачивать лагерь. Мы с Вилеей переглянулись и, даже не сговариваясь, приняли решение сейчас всё убрать, но
