присутствовал сам Фюрер, высший генералитет Вермахта я не раз поднимал вопрос о непредсказуемости русского характера. Говорил о том, что наше нападение на СССР может привести ко многим вещам и явлением, о которых мы ранее не думали и не принимали во внимание, планируя войну с Советским Союзом. Но и тогда генералы меня не слышали, как не слышат они меня и сейчас! Наши генералы неожиданно для себя вдруг оказались под сильным впечатлением от слишком быстрого продвижения на фронтах дивизий Вермахта, захватом такого огромного количества военнопленных, поэтому сейчас они находятся в нирване, попросту ничего вокруг не замечают! Но уже появились на захваченных территориях первые партизанские отряды, которые сейчас можно по пальцам пересчитать, но ведь партизанская борьба освободила Россию от Наполеона в 1812 году. Если говорить честно, и открыто, то мы уже проиграли войну с русскими, так как наши стратегические резервы полостью мобилизованы и используются, русские же еще не прикасались к своим стратегическим запасам, они только-только начали всеобщую мобилизацию. Одним словом, война будет долгой и тяжелой для обеих сторон. Хотя в душе я являюсь противником этой войны, но, как честный немец, до конца буду исполнять свой долг перед Фюрером и немецким народом!
Васька сидел, не шевелясь, ему так хотелось промочить горло чаем, но адмирал Канарис ни разу не протянул руки к своему стакану с чаем, поэтому Василий решил этого тоже пока не делать. Ему в чем-то был симпатичен этот маленький человек в черном адмиральском мундире и с пронзительно умными глазами. Тот закурил сигарету, немного помолчал, а затем продолжил свою речь:
– Вот я и решил, – снова заговорил Вильгельм Канарис, – пригласить вас, майор, к себе для того, чтобы предложить, стать моим личным куратором в Абвере по организации контрпартизанской борьбы новыми методами, которые вы должны разработать и нам предложить.
Глава 11
1
Выйдя из кабинета адмирала, Василий остановился, раздумывая о том, что было бы совсем неплохо посидеть в одиночестве в каком-либо берлинском пивном баре. Тогда он мог бы обменяться мнением с Альфредом по поводу только что завершившейся беседы с руководителем Абвера.
В коридоре его встретил капитан Шнейдер, который вежливо извинился за то, что пришел один, так как майор Ганс Вебер был вынужден вернуться в свой отдел, где ему поручили срочную работу. Курт Шнейдер ни словом не упомянул о том, что майор Вебер является ведущим аналитиком кадров Абвера 2. А также о том, что адмирал Канарис только что этому майору поручил разработать и создать аналитический образ-портрет майора Нетцке, что он может и что он не может сделать во время выполнения разведывательных или диверсионных миссий. Капитан Курт Шнейдер также ни словом не обмолвился о том, что здание Абвера только что покинул некий гауптштурмфюрер СС Вольфганг Дерек. Этот сотрудник РСХА все время беседы адмирала Вильгельма Канариса с этим майором Нетцке провел в соседнем от адмиральского кабинете. Он внимательно вслушивался в слова обоих собеседников, доносившиеся до него через звуковые динамики, установленные в кабинета адмирала, делая краткие конспективные записи в небольшой блокнотик.
– Господин майор, вам заказан номер в гостинице «Англетер», которая находится всего в нескольких от нас шагах, на Фридрихштрассе. На столе этого номера уже лежит железнодорожный билет, заказано отдельное купе на вас на одного, на ночной экспресс «Берлин – Варшава», а затем «Варшава-Минск». Ваш сопровождающий расположится в следующем купе вместе с другими пассажирами экспресса, но он будет готов в любую минуту прийти к вам на помощь, если такая потребуется! Вы теперь у нас важная персона, вы будете теперь иметь постоянного телохранителя!
– Извините, капитан Штейнер, но вы кого именно имеете в виду под словом «телохранитель»?
– Вахмистра вспомогательных войск Семена Нечипоренко! С этим человеком, насколько я понимаю, вы уже знакомы! Он несет прямую ответственность перед Абвером и РСХА за сохранность вашей жизни!
– Капитан, я понимаю, что Семена Нечипоренко мне навязали. И от услуг так называемого телохранителя я не могу отказаться. Но я категорически не понимаю того, причем тут РСХА, когда речь идет обо мне или о моей жизни. Я ведь к РСХА не приписан, а являюсь действующим офицером фронтового Абвера.
– Так точно, господин майор! Но, если у вас имеются какие-либо сомнения по этому вопросу, то вы можете обратиться в кадры Абвера, и там вам все подробно объяснят, что касается вопроса статуса вашей новой должности! Таким образом, я надеюсь, что с этого момента и до отправления поезда в десять часов вечера с Силезского вокзала вы свободны и можете заниматься своими делами. Если соберетесь на время покинуть гостиницу, то вот по этому телефону, – капитан Штейнер достал из нагрудного кармана своего кителя и передал Василию небольшой лист бумаги с номером телефона, – перезвоните мне и сообщите, куда направляетесь. Это делается для того, чтобы в случае необходимости мы могли бы вас быстро отыскать!
– Хорошо, капитан, я не вижу в этом особых проблем! Но уже сейчас я могу вам сообщить обо всех своих планах на сегодняшний день. Прежде всего, пару раз я побывал в Берлине, но особых друзей или знакомых так и не завел. Поэтому я ни с кем не планирую встреч, а после душа в гостинице собираюсь выйти на улицу, немного прогуляться и пообедать. Вблизи гостиницы найти какой-либо ресторанчик и там пообедать, заказав себе Айнсбайн13. А вечером, часов в девять, я выйду прямо к автомобилю, который доставит меня на вокзал! Надеюсь, что такой автомобиль мне будет предоставлен, что мне не придется самому добираться до вокзала!
– Так точно, господин майор, утренний шофер, который встречал вас на «Опель-Капитане», заберет вас от гостиницы и доставит на Силезский вокзал, поможет вам с вещами добраться до самого вагона поезда. И последнее, господин майор, вы поступаете в непосредственное подчинение майора Курта фон Круге, который прикомандирован к штаб-квартире группы армий «Центр», как представитель Абвера. Сейчас эта штаб-квартира располагается в белорусском городке Борисове, в семидесяти семи километрах от Минска. Вахмистр Нечипоренко обеспечит вас автотранспортом и охраной для поездки в Борисов!
В гостинице «Англетер» Ваську встретили, как старого знакомого. Дежурный портье своей физиономией и осанкой сильно напоминал армейского отставника. Он, не задавая лишних вопросов, даже не спрашивая его удостоверения личности, коротко кивнул ему тяжелым подбородком в знак приветствия, когда Васька к нему подошел, а затем обернулся и легким движением руки снял ключ от номера с аккуратной вешалки, укрепленной на стене за его
