- Это уж точно, - кивнул тот. – Но до моего родного Люцерна отсюда уже рукой подать, так что навещу своих, а там может и контракт какой-то подвернётся. Желаю тебе милости от епископа, - серьёзно произнёс он. – Ты хороший человек, и не твоя вина…
- Моя, - перебил его де Бельзак. – Mea maxima culpa.[38] И никакая, даже самая строгая епитимья, что может назначить мне епископ, не сравнится с муками моей души. Ничем мне не искупить своей вины.
Я не стал ничего говорить ему – сейчас ни одно слово не доберётся до убитого горем и раскаянием разума преподобного де Бельзака. Лучше оставить его одного. Пускай возвращается, и если епископ д’Абруаз разумный человек, он назначит ему достаточно строгую епитимью, чтобы раскаяние совсем не сгубило несчастного де Бельзака. Сейчас, наверное, лишь вера не даёт ему покончить с собой.
- Ну а ты, Рейнар? – спросил у меня де Бельзак.
- Продолжу своё путешествие, - сказал я в ответ. - Нам по пути до Люцерна, Скрипач, ты не будешь против моей компании в дороге?
- Такой хорошо вооружённый спутник лишним не будет, - произнёс Скрипач, покосившись на рукоять шестопёра. Он явно сам нацеливался взять его после гибели капитана Гальярди, но я его опередил. – Но всё же, что стряслось ночью? Как случилось, что ведьма на свободе, а эти двое перебили друг друга.
- Парня прикончила ведьма, - покачал головой я. – И теперь она сильнее, чем прежде, раз съела его сердце.
- Святый Боже на небесах, - перекрестился Скрипач, - да что же это такое делается…
- А что тут непонятного, - хохотнул проходивший мимо костра с набитым под завязку тюком Агирре, - парень прикончил капитана и выпустил ведьму. Ну а та его в благодарность и приголубила.
- А до нас чего не добралась тогда? – удивился Скрипач.
- Да, видать, Рейнар и вправду её пугал слишком сильно, вот и решила убраться от него подальше подобру-поздорову.
Тут он скорее всего был прав – ведьма, даже с силой, полученной из только что съеденного сердца парнишки, вряд ли знала, что делать со мной, и как противостоять моим проклятьям.
- Но почему вы решили, что именно юноша выпустил ведьму? – спросил у него де Бельзак.
- Не так всё было, - прервал не успевшего начать говорить Агирре дон Бласко. – По следам в грязи всё отлично видно. К ведьме рвался именно капитан Гальярди, видимо, не выдержали нервы и он решил прикончить её. Они долго топтались на месте, после капитан отошёл на пару шагов и вынул меч. Парень не хотел сражаться, капитан теснил его, и он упёрся спиной в клетку. Ведьма воспользовалась шансом и коснулась юнца.
Что было дальше, понятно и без объяснений. Ведьма легко подчинила себе парнишку, дав ему всего на пару мгновений силу и ловкость, в несколько раз превосходящие человеческие. Он прикончил капитана, и открыл клетку, а после ведьма, по образному выражению Агирре, его приголубила.
- Есть ещё три лошади, - отходя от догорающего костра, сказал нам со Скрипачом де Бельзак. – Возьмёте их?
- Да мне как-то пешим привычней, - пожал плечами арбалетчик. – За животиной этой ещё ухаживать надо, кормить опять же. Ну его… Мороки больше, чем пользы от них.
Я тоже отказался от лошади. Не вести же её в поводу, раз мой новый спутник так негативно настроен по отношению к верховым животным.
- Отведите тогда коней на заставу, - сказал де Бельзак. – Мне одной лошади хватит вполне, а тащить с собой целый табун смысла нет. Да и волки могут их перегрызть, разве за всеми разом уследишь.
Кастилец с баском уехали не прощаясь, ни один не обернулся к нам.
С преподобным де Бельзаком мы рассталась после короткого и не самого простого прощания. Скрипач только пожал ему руку, ничего не став говорить, я же не удержался.
- Не вини себя, де Бельзак, - я намерено опустил официальное обращение. – Не ты первый, не ты последний, кто не справился с порученной задачей. Переступи через это и живи дальше.
Он кивнул, ничего не сказав в ответ, и я не уверен, услышал ли он меня по-настоящему, или для него существовал лишь голос его горя и разочарования в самом себе.
Преподобный подтянул подпругу и быстро вскочил на коня. Он тоже не стал оглядываться.
Мы со Скрипачом собрали оставшихся лошадей – и верховых, и упряжных – погрузили на спину одной из них собранную палатку и направились к заставе. Палатка такого размера нам была без надобности, поэтому не сговариваясь, мы решили оставить её на заставе вместе с лошадьми, и пускай стражники сами решают, что с ней делать. Всю нужную поклажу мы распределили по заплечным мешкам.
Оба мы были достаточно опытными путешественниками, чтобы сборы не заняли много времени. Так что не прошло и часа, как мы подошли к деревянному форту, защищающему мост через Люцернское озеро.[39]
Нас встретили привычно настороженно, и даже довольно приличная взятка в виде подаренного де Бельзаком имущества и коней, не особо повлияла на отношение к нам. Мрачноватые уроженцы кантонов даже на своего сородича Скрипача поглядывали с подозрением, а уж мне-то с моими татуировками по всему телу и вовсе досталось крепко. Всё время за моей спиной крутился тип с взведённым арбалетом, из такого даже с подрастянутой тетивой можно прикончить. Особенно с небольшого расстояния. Я старался не обращать на него внимания, старательно делая вид, что его не существует вовсе.
Командовал фортом коренастый дядька почти до самых глаз заросший бородой, такого запросто можно принять за легендарного гнома. Тем более что и выражался он вполне соответствующе. Понять его речь, перемежающуюся с руганью на трёх языках, можно было только с большим трудом. То и дело Скрипач брал на себя обязанности переводчика, сообщая мне смысл самых забористых выражений командира.
- Драть его, не стоит и полкроны, а лезть туда – сущая погибель, - вещал командир форта. - Под им жеж, почитай, с полсотни бушелей чистого алхимического зелья принайтовлено. И не закурить рядом – рванёт так, что до рая господнего слетаешь, и обратно на задницу шлёпнешься, и всё от одной искры. А уж в избе рядом торчат на голову больные сапёры, что подновляют зелье, и алхимик с ними такой же. Сперименты свои проводит без конца – почернели уже все, а всё туда же!
- Командир имеет в виду Чёртов мост, - сообщил мне Скрипач, - что за перевалом Сен-Готард. Именно там удобней всего перебираться через горы в Шварцвальд. Он отлично заминирован и рядом с ним дежурит смена сапёров во главе с алхимиком. В общем, командир не советует тебе идти этим путём.
- Отчего же? – не понял я.
- Помнишь его пассаж про чёрных и жужжащих, так вот, это он имел в виду бездушных, держащих карантин по ту сторону моста. Видимо, в Шварцвальде всё настолько неладно, что сапёры готовы взорвать мост и ждут только, когда командор ордена отзовёт своих людей с той стороны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
