— Вполне отчетливо.
Тренированная воля следопыта помогла Юрун быстро выкинуть каменного пленника из головы и целиком сосредоточиться на маршруте.
А вот Механика заколбасило не по-детски. Внешне он оставался невозмутимым и спокойным, но чудовищные воспоминания накрыли его со страшной силой. И невольно передались мне. Опять включились мои экстрасенсорные способности. Откуда-то из глубин подсознания начали подниматься яркие образы, сами собой складываясь в целостную картинку…
…Ведро холодной воды выдернуло Игната Панина из блаженного забытья. И тут же в истерзанное тело вернулась боль.
— Очнулся, — сообщил Айболиту один из скороходов. — Ну, что? Будем продолжать?
Тот не ответил. Подошел к подвешенному на дыбе строптивому рабу и посмотрел ему в лицо.
— Игнатушка, родной, — задушевным тоном произнес Айболит. — Ты у нас всего неделю, а я уже… впрочем, неважно сколько. Долго. Очень долго. И за это время повидал немало таких, как ты. Зубастых, непокорных, гордых. Инженеры, кандидаты наук. Был даже один член-корреспондент РАН. Ты помнишь того члена, Троян?
— А как же, — ухмыльнулся скороход. — Башковитый был мужик. Только слишком быстро спятил от своей учености.
— Ну, спятил-то он не от учености, а когда висел на дыбе и давился собственным… хм… причиндалом. Кстати, давно хотел спросить тебя, Троян. Зачем ты оттяпал у товарища ученого его мужское достоинство и запихал ему же в рот?
— А что такого? Весело же, когда член-корреспондент жует свой член. Ты тогда тоже смеялся.
— Не преувеличивай. Так, улыбнулся пару раз… — Айболит вновь уставился на раба. — Троян у нас вообще весельчак. Пошутить любит. Кстати, чтоб ты знал, Троян — командир гарнизона нашей базы. Главный вояка, так сказать. Советую с ним дружить, Игнатушка, и не огорчать по пустякам.
— Троян… дружить… — шевельнулись обожженные губы того, кого впоследствии назовут Механиком. Сказано было не столько для Айболита, сколько для себя самого. Игнат Панин умел делать выводы из ситуации и не собирался дважды повторять собственные ошибки.
— А вообще, Игнатушка, у тебя с этой дыбы есть только два пути, — продолжал Айболит. — Либо сдохнуть… причем легкой смерти не обещаю… Сколько дней подыхал тот член, Троян?
— Быстро загнулся. Слабак. Рану в паху-то мы ему прижгли, чтоб кровь остановить. И обезболивающее дали, чтоб от шока раньше времени не загнулся. Так он, гаденыш, от инфаркта сдох. Сердце не выдержало вкуса собственного хрена во рту. А вот после него у нас был один конструктор-оружейник… Как его звали-то? Уже и не помню… Так вот он долго на дыбе протянул. Дня три кричал. Поседел и охрип, а не сдыхал. Мои ребята даже ставки делали, сколько он протянет. Живучий, гад, был. На третий день мы ему брюхо вспороли, кишки вокруг шеи обмотали и на них его же и повесили. Так он еще минут десять ножонками сучил…
— Слыхал, что с бунтарями у нас делают? — Айболит стал серьезным. — Твои порезы и ожоги — это так, отеческая ласка. Всерьез Троян за тебя еще не брался… Так вот, Игнат. Ты отличный наладчик. И ты нам нужен. Но только послушным или… мертвым. От бунтаря проку мало. Так что решай прямо сейчас. Либо тебя снимают с дыбы и ты становишься нашим самым преданным псом, либо… Ну, Троян придумает, что именно с тобой сделать.
— Я… понял… буду… псом… гав-гав…
— Что? Я не расслышал, — принялся кривляться Айболит. — Игнатушка, повтори, пожалуйста.
— Бунтовать больше не буду!.. — как мог громко прохрипел Игнат. — Простите!..
Его сняли с дыбы и отвели к врачу. А на следующий день Троян пришел за ним и повел в ту же самую пыточную. Там на дыбе висел очередной строптивый раб. Скороход протянул Панину нож:
— На. Вспори ему брюхо.
Игнат попятился:
— Нет… Я не умею… Я же инженер…
— Ты никто. Дерьмо на палочке. Плевок под ногами, — отчеканил Троян. — Если я захочу, ты у него у живого кишки будешь жрать и спасибо мне говорить. Понял, чмо?
Игнату на миг показалось, что карие глаза Трояна покраснели, будто налились кровью, он в ужасе отшатнулся и забормотал:
— Не надо… Пожалуйста, не надо…
Троян сделал знак своим парням. Раба сняли с дыбы и вместе с Паниным погнали к пустоши.
Провели обоих по Змеиным тропам к одной из каменных пирамид. Игнату велели остаться у пирамиды, а раба столкнули с тропы. Он окаменел. Троян указал на новоявленный памятник и пояснил Панину:
— Ты останешься с ним. Без воды. Без еды. Я дам тебе только пистолет с одним патроном. Мы заберем тебя отсюда, когда этот раб будет мертв. Но учти, самостоятельно он будет подыхать очень долго — несколько месяцев.
— А… Но ведь… Я не продержусь без воды и еды столько, — пролепетал Игнат.
— Не продержишься, — согласился Троян. — Сдохнешь гораздо раньше. Но ты можешь прикончить его сам. Стрелять надо в глаз. Не промахнись. У тебя будет лишь одна попытка. Один-единственный шанс выжить.
— Я не смогу убить… не умею…
— Научишься. Или сдохнешь. — Троян равнодушно пожал плечами.
— Нет! Не надо… Как же так… Ведь я хороший инженер… Я нужен вам! Вы не оставите меня здесь!
Троян усмехнулся и повернулся, собираясь уходить.
— Погодите! — завопил Игнат. — Скажите, что мне нужно сделать? Я сделаю все! Все!!!
— Я уже сказал, — напомнил Троян. — Мы заберем тебя отсюда, когда он сдохнет. Хотя ты можешь застрелиться сам. Или попробовать пройти через пустошь в одиночку.
— Не советую, — ухмыльнулся один из бойцов Трояна. — Лучше загнуться от жажды или пустить себе пулю в лоб, чем быть заживо превращенным в камень.
…Панина забрали с пустоши на пятый день. К этому времени раб был уже мертв. Игнат не промахнулся.
В тот самый миг, когда смертоносный свинец пробил рабу мозг, мягкий, порядочный интеллигент Игнат Панин тоже умер. На свет появился циничный, жесткий и расчетливый Механик…
Несколько месяцев после этого Механик проработал в Избах скороходов под началом Айболита, который являлся кем-то вроде руководителя по научной части. Мех был услужлив, предан, исполнителен и ни разу не нарывался на наказание вообще и Трояна в частности. И все же их дорожки снова пересеклись.
В тот день Троян и Айболит напились и затеяли интеллектуальную беседу на тему человеческой природы. Мол, все ли люди дерьмо и как это можно проверить. Слово за слово, Троян предложил провести эксперимент.
Пьянка происходила в одной из лабораторных изб, где в этот момент, как назло, трудился Механик. В качестве подопытной мыши Троян решил использовать его.
— Но-но, ты мне не покалечь парнишку, — предостерег Айболит. — У него руки золотые.
— Это уж как получится, — пьяно загоготал Троян. — Ничего, на крайняк другого инженеришку найдем. Хозяин с Большой земли любого спеца тебе доставит, только скажи.
Механика бросили в выгребную яму. Типа, если он дерьмо, то не утонет. Сначала Троян и Айболит с интересом наблюдали за экспериментом. Троян даже взял длинную палку и периодически топил Механика в дерьме с головой, но тот всякий раз всплывал, отфыркиваясь и отплевываясь. Через некоторое время Трояну и Айболиту надоело развлечение, они отправились спать и забыли о Механике. Тот проплавал в яме всю ночь. Утром пришел Троян, увидел его и очень удивился:
— Ты чего не вылез-то?
— Без приказа? — проблеял Механик сведенным судорогой ртом. — Я бы попал на дыбу за непослушание.
— Это точно, — согласился Троян. — Ладно, вылезай.
— Сам не смогу. Бросьте веревку, — попросил Механик.
— Э, нет. Либо вылезай сам, либо подыхай. Тони в дерьме.
— Если подохну, то не смогу гнать для тебя отличный самогон. Знатное пойло, а не ту ослиную мочу, которую ты жрешь сейчас, — нагло заявил Механик.
— А ты борзый, да? — развеселился Троян.
— Как и положено вашему преданному псу, — парировал Мех.
Посмеиваясь, скороход бросил ему веревку.
С тех пор между Трояном и Механиком завязалось подобие жестокой дружбы. Трояну нравилось брать раба с собой на вылазки по окрестным лесам. Скороход показывал Меху разные таежные хитрости. Учил стрелять — по живым мишеням, в качестве которых использовал рабов. Обучал ночевать в лесу и распознавать аномалии. Правда, последнее делал зачастую излишне жестоко. Например, действие все той же «Сорокапятки» Механик испытал на собственных кишках. Трояна весьма развеселило, когда его воспитанник отлетел, получив барический удар.
Проблевавшись, Механик посмотрел на Трояна слезящимися от боли глазами и попросил анальгетик.
— Обойдешься. Терпи. Ну и потеха — смотреть на тебя!.. — загоготал Троян. — Ну ладно. Двинули на базу. Когда вернемся, так и быть, разрешу, чтобы тебя осмотрел врач.
— Но я не могу идти, — простонал Механик.
— Значит, ползи, — откликнулся Троян и ухмыльнулся: — Ты, как я успел заметить, парень живучий. Доползешь, не загнешься…
