Она лениво раздумывала, нужно ли усилить персональную охрану, нанять телохранителя. Любой знает, как найти ее. Здесь, в Челси Мьюз, Джорджина является настоящей приманкой.
– Дебора, вы знаете, я не принимаю по утрам. Так я никогда не управлюсь с делами. Попросите ее условиться о встрече.
Обычно собранная и четко выражающая свои мысли Дебора замялась.
– Я с-сказала ей, что наши правила запрещают курить и попросила п-потушить сигарету и… – она запнулась.
– И?..
– Ну, на самом деле это не сигарета, а настоящая маленькая сигара…
– И?..
Интуиция подсказала Джорджине, что это может быть только один человек. Прошло шесть месяцев с тех пор, как Ник Элбет появился на ее пороге. Интересно, что задержало Лягушку так надолго?
– Она погасила ее о мой стол и опрокинула чашку с кофе прямо на новый ковер.
Никто не знал о Нике. Джорджина решила, что это будет лучше для них обоих.
– Возможно, неудовлетворенная клиентка? Дверь кабинета распахнулась.
– Я пришла забрать своего мужа.
Лягушка. Это было неизбежно, она догадывалась.
– Мне упаковать его в подарочную обертку, или желаете съесть его здесь?
Ошибка, глупая шутка и ужасная ошибка. Если бы Джорджина глянула повнимательней, то поняла бы, что Роксана полубольна. Нельзя игнорировать пистолет, выхваченный из стеганой сумочки от Шанель.
– Где он?
– Уберите пистолет, Роксана, Ника здесь нет. Понятия не имею, где он.
– Лгунья! Чертова лгунья! Он мой! Я убью тебя прежде, чем позволю завладеть им! – пистолет опустился дулом вниз, словно ее запястье ослабело.
Позади нежданной гостьи Дебора бесшумно двигалась к двери с очевидным намерением позвать на помощь, чего Джорджина хотела меньше всего. Полиция, репортеры, сумасшедшая, размахивающая оружием и обвиняющая ее в краже мужа? Не совсем подходящий образ, благодарю покорно.
– Дебора, все в порядке, ситуация под контролем. Не нужно беспокоиться.
– Но, Джорджина…
– Думаю, что сейчас необходимо, так это чашечка хорошего чая.
Роксана презрительно выругалась.
– Чай? Милая чашечка чая? Поросячья моча! Вот, в чем беда англичан! Принесите мне коньяку!
– Отличная идея. Налейте два бокала, Дебора, дорогая, если вас не затруднит. И помните…
Дебора замерла на пороге.
– …ни слова, Дебора. Никому. Понятно?
– Понятно.
Роксана уселась на стул для посетителей, держа перед собой пистолет обеими руками. Серебристое дуло было направлено в грудь Джорджины.
– Даю тебе пять секунд сказать, где он.
Обычно в этот час Ник заканчивал утренний заплыв в бассейн и присоединялся к остальным для групповой терапии. Маленькая частная клиника на южном побережье рядом с Брайтоном была миниатюрной копией центра Бетти Форд в Калифорнии. По заключению команды врачей, обследовавших Ника, невероятное чудо, что он был все еще жив. Его печень сморщилась и почернела, как испорченный грецкий орех, почки почти отказали. Функционирование легких не поддавалось логическому объяснению.
Слишком ослабевший и больной, чтобы сопротивляться, он боролся за последние крохи самоуважения, снова и снова повторяя шутку, что вернется в Челси Мьюз «прежним Ником». До того, как кто-нибудь заметил, что в ее доме гость, Джорджина тихо организовала его прием под вымышленным именем в санаторий на побережье и успевала навещать возлюбленного еженедельно. В начале прогресса не наблюдалось. Врачи не понимали, почему, пока Ник не впал в коллапс от отказа почек. Тогда выяснилось, что выпивку и наркотики ему передавал крошечный, как мышь, человечек, представлявшийся его кузеном.
Комбинация из почти полного отказа жизненно важных органов и угрозы Джорджины бросить его, стала достаточной причиной для основательной встряски. После шести месяцев врачи и психотерапевты согласились, что его здоровье восстановлено, и вскоре Ник будет в приемлемой форме, чтобы покинуть клинику. Приехав к нему в предыдущий уик-энд, Джорджина была счастлива. Ее сердце запело, когда он появился перед ней, выглядевший, как прежде. Высокий и снова элегантно самоуверенный, Ник был по-мальчишески худощав. Отеки спали, тонкие черты лица подчеркивали поэтичность голубых глаз и волнистую непокорность волос.
Когда-то дедушка учил Джорджину, что лучший способ остановить змею от нападения – это сохранять спокойствие и неотрывно смотреть ей в глаза. Сейчас, находясь лицом к лицу с Роксаной, она видела, что сходство француженки с Ником действительно потрясающе, как в тех дурных снах, когда люди перевоплощаются в других людей. Почему-то пистолет не испугал Джорджину так, как это сходство. Вероятнее всего, он не заряжен, хотя никогда нельзя сказать наверняка.
Зачем она рискует верить, что в пистолете нет патронов? Что привлекательного в наблюдении за дулом пистолета в руках умственно ненормальной женщины? Возможно, опасность. Контроль. Мона Девидсон прислала ей статью из журнала о преуспевающих женщинах. Суть исследования состояла в том, что удачливые в делах женщины стремятся не столько к деньгам, сколько к контролю. Они жаждут контролировать собственные жизни и жизни других людей, включая своих любовников.
– Предупреждаю, Джорджи на. Я даю тебе пять секунд сказать, где Ник.
Именно в этот момент вернулась Дебора с двумя бокалами лучшего бренди Джорджины.
– Спасибо, Дебора. Можете идти.
Роксана взяла бокал одной рукой, а другой продолжала держать пистолет, нацеленный на хозяйку кабинета. Не отрывая от нее взгляда, француженка одним глотком выпила бренди.
– Неплохо. Не хорошо, но и не плохо.
– Очень любезно с вашей стороны.
– Хватит болтать. Я сказала, пять секунд. Один… два… три…
Звонок личного телефона Джорджины прервал отсчет. Очень немногие люди знали этот номер, Ник Элбет один из них. Испугавшись, что звонит Ник, что он выбрал абсолютно неподходящий момент для разговора, Джорджина не подняла трубку.
– Почему ты не отвечаешь на звонок? Ты что, туга на ухо?
– Я не хотела казаться грубой, Роксана. Дебора снимет трубку.
Дебора, конечно же, не может подключиться к частной линии Джорджины. Боже, сделай так, чтобы он перестал звонить!
Джорджина молила, совершенно забыв, что после шести сигналов включится автоответчик.
– Дорогая? – безошибочно узнаваемая медлительная речь Ника Элбета. Его голос разносился через громкоговоритель. – Какого черта тебя нет на месте, когда я звоню? Ах ты, непослушная моя. Но неважно. Хорошие новости, любимая. Я только что вышел на свободу. Успеваю на поезд из Брайтона. Увидимся за ланчем. Прими к сведению, я чертовски изголодался!
При звуках голоса Ника обе женщины привстали и замерли, как парализованные, как замороженные существа в Музее Ледникового периода, пока Роксана не прицелилась в игрушечного медведя в натуральную величину, которого Джорджина нарядила в тренировочный костюм из своего магазина. Она выстрелила ему прямо между глаз и взглянула на часы.
