машину и ждал полгода, пока ее изготовили и пригнали специально для него.
И что теперь? «Розовая радость» была рассыпана тонким слоем на заднем сиденье, впитавшись в дорогую кожу кресел. И даже, если ее отмыть, магический фон всё равно останется. А за это вещество его самого могут в тюрьму бросить, и даже не посмотрят на его заслуги перед Родиной. Уж сильно мерзкой была наркота, со стопроцентным привыканием, даже после первого использования. И сделанная, понятное дело, из тварей Разломов, да и стоила она, как... дохрена она стоила!
Как же так получилось?! Хорошо, что у него машина была тонированная, а то бы скрутили заслуженного работника полиции прямо там, на месте. А потом еще бы и казнили! А это уже нихрена не шутки!
Этот Галактионов! Откуда он, вообще, взялся?! И ладно, Тагиловы со своей невинной шалостью, но тут подвязались серьезные люди! На такую машину с зарплаты следователя не заработаешь, а еще дом, и первый взнос на дачу. Хотя, иногда, это выходит себе дороже.
Василий Иванович еще раз посмотрел на испорченную машину и горестно вздохнул. Возможно, обойдется заменой только салона. Нужно будет аккуратно завтра узнать.
Он достал из холодильника холодную водку, и прямо из горла, не закусывая, сделал несколько глотков. Потом зашел в спальню, чтобы переодеться, и увидел на своей подушке маленький пакетик с подозрительно знакомым розовым порошком.
— Да ну, нахер!!! — в сердцах бросил Василий Иванович, схватившись за сердце. Хер он когда-нибудь с этим бароном еще раз свяжется! Деньги деньгами, но жизнь дороже...
Глава 21
Утром я проснулся от звонка будильника, не сразу поняв, почему я лежу на диване. А когда вспомнил, то улыбнулся. Анна вчера нашла не только запасы еды, но и запасы вина. И когда я вернулся домой, то увидел, что она отрубилась прямо на диване. Удивительно было, что Карамелька лежала рядом на ковре, охраняя сон девушки. Ну, значит, они нашли общий язык, что не может не радовать. Честно говоря, я опасался, как пантера будет воспринимать новых людей в нашей команде. Но пока всё шло нормально.
В общем, осторожно, чтобы не разбудить, я отнес Анну в свою постель, а сам улегся на диване. Притом, что у меня есть гостевые комнаты, вот только вся мебель, еще с моего заезда, была прикрыта чехлами, да так и оставалась за ненадобностью. Собственно, из всей огромной квартиры, я бывал только на кухне, в обеих ванных, в спальне, и иногда в гостиной. Ну, и одну комнату я переделал под оружейную. А с Анной нужно что-то решать. Навсегда поселить её у себя — это не вариант.
Когда я вернулся с расстроенной Карамелькой с прогулки, в квартире вкусно пахло жареными яйцами и беконом. Карамелька опять не нашла ни одной белки, и напомнила мне о моем обещании прогуляться с ней в лесу. И я ещё раз ей пообещал.
Я зашёл на кухню, и мне тут же подали чашку кофе. Анна выглядела интересно — одетая в мой спортивный костюм, который был явно ей великоват. Но тут я сам себе «злобный Буратино» — не подумал даже за какими-то нужными вещами заехать в магазин. Выглядела она выспавшейся и довольной, хотя и смущённо улыбалась.
— Завтрак готов. Ты не против, что я взяла твою одежду?
— Да нет, конечно. Только надо тебе найти что-то получше, по размеру. Заедем к тебе на квартиру, — я грустно посмотрел на завтрак, который давал достаточно энергии для организма, но очень задолбал меня за последнее время.
А учитывая, что в холодильнике, кроме мороженого для Шнырьки и мяса для Карамельки, были только яйца и бекон, то выбор блюда для Анны был очевиден.
— Извини, но я вчера под вино съела твои пельмени, — еще раз смущенно улыбнулась девушка.
Блин, точно, пельмени.
— Вкусные хоть были?
— Да, неплохие, — кивнула девушка.
— Ну и хорошо. Значит мы туда ещё раз обязательно съездим.
Увидев небольшой испуг на лице девушки, я ее успокоил.
— Нет, не сегодня. Разберемся с делами, и обязательно съездим.
— Вообще-то, тебе не мешало бы прикупить продуктов, — она перешла на деловой тон, кивая на мой огромный, почти пустой холодильник.
Я задумчиво почесал щёку, попутно поняв, что надо побриться, и согласно кивнул.
— Да, надо бы съездить, и закупиться на неделю вперёд.
— Но у тебя всё ещё нет машины.
Экая она быстрая. Я принялся за яичницу.
— Об этом я тоже хотел с тобой поговорить, — улыбнулся я.
— Ты всё-таки созрел? — спросила девушка.
— В принципе, да. Вот только машина без водителя — деньги на ветер. Не посажу же я за руль тебя.
— Ну, я бы смогла, — начала девушка.
— К хренам. Крутить баранку может кто-то и попроще. Вот только этот «попроще» должен быть, во-первых, мне предан, а во-вторых, учитывая мои поездки, я должен иметь хотя бы небольшую уверенность, что когда вернусь из Разлома, то застану и свою машину, и своего водителя живым и здоровым.
— Но для этого есть конвои Центра, — уточнила Аня.
— Да знаю я. И это меня тоже не устраивает. Набирать кучу солдатиков, при всём уважении к ребятам, что делают эту нелегкую работу, мне не хочется. Мне нужен один человек. Рангом не ниже Ветерана. А лучше повыше, если такой уникум найдётся. Вот это и будет первым заданием для тебя.
Анна задумалась на секунду, а затем улыбнулась.
— Да, есть у меня пару вариантов. Я подготовлюсь и расскажу тебе позже.
— А нет, это вообще второй вопрос. Я кое-что вспомнил. Первый вопрос — мне нужен перечень собственности в Иркутске, так или иначе аффилированный с Королем, — я на секунду задумался. — Ну, и с этим графом, как его... хитрожопым, что мне землю отдал.
— А как же «Тагиловы и компания»? — спросила она.
— Ну, если попутно и на них что-то найдёшь, то тоже пусть будет. Собственно, я на них уже вроде зла не держу, но подозреваю, что они, как раз, твари злопамятные.
— Сделаю, — улыбнулась она.
Я, соблюдая приличия, запихнул всю яичницу в рот, с грустью посмотрев на разлитый желток на тарелке. А ведь у меня даже хлеба не было, чтобы его подобрать. Вздохнул и сказал.
— Спасибо! У меня запланирована встреча, которая должны была состояться еще вчера. Я туда смотаюсь, и потом переговорим. На связи.
— Карамельку будешь брать с собой? — кажется, Анна всё-таки была напугана вчерашней встречей с Королем, да и вообще, последними событиями.
— Нет! — покачал я головой. — Она останется с тобой.
Я прямо увидел облегчение на лице девушки.
— Из дома никуда не выходите. Если
