- Идемте, все вас жду. Стол накрыт, и мы сегодня будем праздновать ваш приезд. Маргрет плакала от радости, что вы вернулись целыми и невредимыми, а Малышка рассказала, что ты заработала деньги на боях. Это точно не шутка? – тараторил он, а мы шли за ним. – Ты покажешь мне как ты это сделала?
- Обязательно, но хочу тебя разочаровать – это получилось случайно, - пыталась остудить его пыл, но получалось плохо.
- Не скромничай, я думаю, ты стесняешься рассказать, ведь ты девушка, и такую сильную девушку могут просто не взять замуж, но я бы точно женился на тебе, - его язык «бежал» быстрее мыслей, и он уже пожалел о сказанном, когда Клер решила добавить масла в огонь своими словами:
- Ну вот, Элиза, теперь тебе нечего бояться – жених у тебя уже есть.
- Да я же не дурак, знаю к кому пришел Бернард. Он рассказал нам, что вышел из Плимута через несколько дней после нас, но все, что он знал, что это место недалеко от Квебека, и прошел мимо по горам. Если бы он спустился в долину, то обязательно заметил бы нас, - его рот не закрывался до нашей летней кухни, где Маргрет сейчас обнимала Барбару и Малышку поочередно, усевшись между ними.
- Какой прекрасный стол, - похвалила я девушек. Пэвэти принесла к столу много рыбы с огня, а Малышка разлила по кружкам виски. Его вкус казался волшебным, голова легко закружилась. Пока я тайком наблюдала за Бернардом, Клер рассказывала о письме губернатора. Сквонто улыбался, словно он изначально делал ставки на то, что Бернард невиновен. Может и правда, он больше знает о людях – чувствует их на каком-то высоком, недоступном нам уровне.
День был хорошим, и все решили сделать выходной. Мы купались, валялись на солнце, смеялись, рассказывая о нашем путешествии, а вечером, после коллективной поливки огорода за ранним ужином мне пришлось рассказать историю, в которую я попала. Охи и ахи сестер, их округлившиеся глаза, говорили о том, что такую ситуацию они рассматривают как из ряда вон выходящую, и теперь для них дорога в Квебек точно закрыта.
Спать мы укладывались рано, разложив все привезенное в недостроенном пока доме. Малкольм сколотил клетку для кур, которые в пути и в первый день пребывания в своем новом доме порадовали обитателей яйцами. У нас был кувшин скисшего молока, и на завтрак мы запланировали оладьи.
Голова кружилась даже когда я лежала – сказывались дни, проведенные на воде. Усталость наваливалась, но сон не шел. Я перебирала в голове все, что было задумано. Особенно меня интересовала тема кленового сиропа. Эта природная сладость позволит делать множество десертов, которые хорошо продадутся в Квебеке и Монреале. А сделать банальную пахлаву я смогла бы и на костре. В детском доме мы пекли ее из подручных продуктов.
Главное мы нашли замену дорогому и редкому пока сахару. Безе, что продали девушки, был с восторгом встречен в Квебеке, и, если чуть подкорректировать рецепт, заменив сахар сиропом, мы могли бы делать его огромными партиями. Хранится он даже в жару, упаковывать можно в корзины или ящики.
- Ты же не спишь, - прошептал вошедший в дом Бернард. Он с мужчинами должен был спать у костра, как Сквонто, мы отдали ему один из матрасов, отрез шерсти, чтобы накрыться.
- Нет, не могу заснуть, - тоже шепотом ответила я, боясь разбудить девушек, что давно уже спали. Режим здесь соблюдался сам собой – мы вставали с первыми лучами солнца, и спать уходили, как только становилось темно. Никакие телевизоры и интернет не мешали спокойному течению жизненного ритма.
- Что ты хотел? – спросила я, смотря на силуэт в дверном проеме.
- Элизабет, выходи за меня замуж, - откашлявшись, очень осторожно предложил мне Бернард.
Глава 54
- Ты знаешь, сегодня уже поздно, давай завтра, - ответила я дабы посмеяться, но он, похоже, не понял шутки, быстро ответив:
- Хорошо, я готов завтра, но у нас нет церкви, чтобы обвенчаться!
Сон, и без того плохой, рассеялся. Я поняла, что он не шутит, посмотрела на дверной проем – он был пуст. Ничего себе заявление! Мало того, что в мои планы не входило жить в семнадцатом веке, а уж выходить замуж, да еще и здесь, я точно не хотела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мне показалось, что я закрыла глаза на секунду, и в тот же момент девушки начали шептаться – неужели слышали все, и хотели обсудить, как только я засну, но открыв глаза, я поняла, что уже день. Солнце светило не по-утреннему, дело подходило к обеду.
- Элиза, твои шуточки стоило оставить в двадцать первом веке, потому что Бернард уже рассказал всем, что ты согласилась выйти за него замуж, - надо мной стояла Клер. – Рабов мы еще завести не успели, поэтому, поднимай свою тушку, и отправляйся в огород. Я уже два часа там отпахала. Нужно рыхлить землю. Раз засеяла колхозное поле, то и работать придется как колхозная лошадь.
- Встаю. Даже и не знаю, как я столько проспала. А шутка с Бернардом – случайность. Я не думала, что он поймет все буквально, - мне было неудобно, но выходить все же надо.
- Да, давай, теперь попробуй сказать ему, что ты просто пошутила, потому что он не дает стучать все утро, чтобы ты выспалась, - со смехом ответила Клер и вышла.
- Черт подери, ну кто тянул меня за язык, ведь мы же знаем, что шуточки здесь не в почете, - сказала я сама себе, потерла лицо руками и поднялась, намереваясь сразу пройти до озера, чтобы искупаться и переодеться в легкое платье.
Возле дома Сквонто и Малкольм аккуратно складывали доски. Бернард и Барбара возле леса пилили бревно. Одна из сестер держала распорку, чтобы бревно не сжимало место реза. Они смеялись так громко, что слышно было и здесь.
- Малкольм, нам нужно искать глину, чтобы замазать стены первого этажа. Как делали это в Плимуте, - обратилась я к парнишке.
- А ничего не надо искать, мы уже нашли. С ней мы начали класть очаг, хорошо, что отец научил этому. Она и на кирпич подойдет, только вот нам нужна будет печь, чтобы обжигать его, - Малкольм болтал, а я боковым зрением заметила, что от леса в нашу сторону направился Бернард, и я решила сделать то, что логичнее всего было сделать девушке – бежать.
Схватила с веревки свое платье, отрез ткани, который использовался, как полотенце, мыло, и рванула к озеру, в место, где кусты образовывали естественную ширму. Он не должен был заметить мое направление, так как за домом дорога уходила вниз и терялась среди мелколесья.
Я осмотрелась, было тихо. Разделась и вошла в хорошо прогретую воду. Если бы не эти чертовы распри между индейцами и англичанами, французами и англичанами, скорым заселением этих земель, можно считать, что мы поселились в раю. Но Клер обещала, что ближайшую сотню лет у нас будет тихо, и я ей верила. Я намылила голову, положила мыло, что научил нас делать Сквонто, на камень, и вошла в воду, тщательно промывая волосы.
- Сквонто проводит нас в Монреаль, там есть священник, - раздалось прямо передо мной. Я машинально присела, хоть и так была в воде по подбородок, и стояла на носочках, чтобы не хлебнуть воду. Я быстро смыла мыло с головы, протерла глаза и увидела на берегу Бернарда.
- Ты с ума сошел? Это место для купания женщин, мужчинам здесь нечего делать, давай, вали отсюда, чего уставился? – я была зла как черт.
- Ты моя невеста, Элиза, и я не смотрел. Я только что пришел, - ответил Бернард и присел на берегу рядом с моим платьем и полотенцем.
- Ты же понимаешь, что это шутка? Ты сошел с ума? Сейчас же уходи. Я не собираюсь выходить замуж вообще, понял? – я орала так, что птицы взлетали с деревьев.
- Ты очень смешно злишься, Элиза. - Он и правда, улыбался!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Да, да, обхохочешься. Прошу, уйди, и дай мне закончить. Я была не права так пошутив с тобой, но это правда Бернард, я не хочу выходить замуж.
- За меня, или вообще?
- Вообще не хочу, потому что никто не может дать мне то, к чему я стремлюсь.
- И к чему же ты стремишься, позволь узнать?
- К покою. Я хочу жить спокойно.
- А вдвоем это сделать невозможно?
- Нет, через некоторое время люди начинают спорить, ссориться. Ты начнешь мне указывать – что мне делать и чего не делать. Я не хочу всего этого, понимаешь?
