накрыл мои губы своими и выдохнул едва слышно: – Я хочу, чтобы король видел тебя такой, какой вижу я. Особенной. Невероятной.
Меня зачаровали его речь, мягкие губы, затуманенный взгляд. Он стянул с меня сорочку, и я даже не пыталась сопротивляться. Нет ничего желаннее близости с этим мужчиной. Мне всегда будет не хватать его. Вечный голод невозможно утолить, разве что приглушить ненадолго.
– Я люблю тебя, – всхлипнула, когда чуткие пальцы опустились по обнаженной спине к пояснице.
– Я тебя – сильнее.
Короче говоря, платье всё-таки пришлось напялить, но… не сразу.
* * *
Одно радовало: Грегг волновался куда сильнее меня. Он весь вспотел и постоянно взлохмачивал волосы. Кусал ногти и когда мы ехали до королевской резиденции, которая охранялась сотней магов и воинов, и когда шли по вымощенной дорожке среди увядающих осенью кустов, и когда хмурые стражники вели нас в зал аудиенций.
Кругом столько золота и хрусталя, что глаза слепит. Рот разинув от восхищения, рассматривала коридоры, опасаясь даже представить, как выглядят комнаты. Почему-то вспомнился пустой замок королевы Асиё. Разница, конечно, поразительная.
Так, не думать о плохом. Вообще лучше ни о чем не думать, а то напортачу.
– Обещай хорошо себя вести, – нервно хихикнула я, обращаясь к Марку.
В шутку, конечно. Чтобы разбавить напряженную до предела обстановку.
– Ты сдерживаешь меня, Ольга. Я твоя собственность, а потому никогда не причиню никому вреда, если ты не отдашь приказа, – ответил он на полном серьезе.
Шутить разом перехотелось.
Двери бесшумно отворились. Я вздохнула и перешагнула порог.
Длинный, на двадцать персон, стол пустовал, если не считать короля Коунта Великого, сидящего в одном конце, и магистра Хилла – в другом. Присутствие последнего – а в особенности его насмешливая улыбка – заставило меня мысленно выругаться.
Кажется, разговором здесь и не пахнет.
Нас будут судить со всей строгостью.
– Присаживайтесь, – кивнул после долгого церемониального приветствия (которое я разучивала в муках) король и указал стражникам на выход.
Невысокий, но язык не поворачивался назвать его низкорослым. Король источал настоящую силу. Уверенность в себе. Даже темные волосы его казались жестче проволоки.
Мы расселись, и в зале повисло молчание. Грегг поерзал на мягком стуле, обитом бархатом. Я мысленно досчитала до десяти, чтобы угомонить дрожь. Не помогло.
– Ольга, расскажи ещё раз всё, что описала мне в письме. – Коунт Великий развернул лист бумаги, исписанный моим мелким почерком. – Постарайся быть подробна.
– Если солжешь или умолчишь что-то важное, тебя ждет суровое наказание, – вмешался магистр Хилл. – В этот раз ты не уйдешь от правосудия, клянусь.
Меня прошибло, стоило вспомнить прикосновение пальцев мага и то, как выкручивало сухожилия.
– Не угрожайте ей, – тихо, но решительно попросил Марк, на что получил полный презрения взгляд магистра.
– Раб, знай своё место.
– Эдвард, юноша прав, незачем раньше времени обещать суровую кару той, которая пришла сюда добровольно, – осек его король. – Дай Ольге объясниться. Мне кажется, ей есть, что поведать.
Нас выслушали по очереди. Каждого по отдельности, давая возможность высказаться, не сбивая.
– Так, значит, ты маг, – подытожил король, когда Марк рассказал про отношения с Асиё и многовековой сон. – Будь добр, покажи свои возможности.
Мужчина медленно кивнул, а затем смежил веки. Зал затрясся, массивный стол заходил ходуном точно колченогая табуретка. Свечи погасли и тотчас воспылали вновь, зажженные энергией. Марк н невероятно силен, до одури, и эта сила может погубить нас.
Если король посчитает Марка опасным, на него нацепят сдерживающий ошейник или отдадут церковникам, или сотворят что-то ещё, дикое, непоправимое.
– Достаточно, – спокойно сказал король, который не выглядел удивленным, а вот в глазах Эдварда Хилла зажегся страх.
– Мой король, позвольте заметить… – начал он.
– Поговорим позже. Теперь ты, – Коунт Великий обратился к Греггу. – Скажи, ты добровольно согласился похитить диадему и отправиться в путь с Ольгой и её стражем?
– Да, – без сомнений ответил тот, хотя голос его и звенел от испуга. – Если вы думаете, что меня принудили к чему-либо, то… ошибаетесь. – Нелегко заявить королю, что он в чем-то неправ, но Грегг справился; за что я зауважала его только сильнее. – Мой выбор был осознанным.
Король кивнул. Он задал бесчисленное множество вопросов, а когда мы окончательно счесали языки, подытожил:
– На этом всё?
– Да, – в три голоса.
– Смею кое-что добавить? – вновь вклинился магистр Хилл, едва ли не задыхаясь от негодования.
– Теперь можешь, Эдвард. – Король сложил моё письмо, постучал пальцами по столу. – Дай свою оценку происходящему.
– О какой оценке может идти речь? – Он поморщился, как если бы говорил о самых отъявленных разбойниках. – Эта троица неоднократно нарушила закон. Они украли диадему. Они устроили побег из тюрьмы, усыпив обученную стражу как котят. Они перемещались по стране, распространяя мор. Они скрывались под ложными именами. Мисс Трозз ослушалась вашего указания находиться в родовом поместье, кроме того, она не доложила о магических способностях своей вещи. А этот… раб, – он с неприязнью глянул на Марка, – не только ведет себя неподобающим образом, но и обладает пугающей силой. Его нужно усмирить, пока он не возомнил себя выше всех и не перебил свободных людей во имя дурной прихоти.
Каждое слово отдавалось в затылке ударом крови. Во рту поселился кислый привкус. Мне пришла очевидная мысль: нас не оправдают. Кого волнует королева, которой могло и не существовать (разве что в наших фантазиях), а вот свершенные деяния реальны.
А это значит…
– И что ты предлагаешь, Эдвард? – уточнил Коунт Великий.
– Смертная казнь для раба и вечное изгнание для мисс Трозз и её товарища, – припечатал магистр Хилл. – Кроме того, род Трозз следует лишить аристократического статуса, потому как глава дома покрывала свою дочь, зная о преступлениях той.
В воцарившейся тишине было слышно, как шумно вздохнул Грегг. Марк оставался безучастным к происходящему, даже бровью не повел, когда услышал вердикт. Я тоже старалась держаться, но понимала, что ещё немного, и разрыдаюсь как соплячка, неспособная сдерживать эмоций.
– Оставьте нас с Ольгой, – подумав, попросил король, но голос его наполнился металлом.
– Разумеется, – подобострастно кивнул магистр. – Об одном прошу: сделайте правильный выбор, мой король.
– Не указывай мне, Эдвард.
Магистр разом сдулся и шмыгнул прочь, втянув голову в плечи. Мои спутники вышли вслед за ними, и я увидела за дверью воинов короны, которые тотчас заключили мужчин под стражу.
Надеяться больше не на что.
– За последнее время вы умудрились перешагнуть через столько запретов, что требования магистра Хилла не лишены смысла. – Король поднялся со стула, отошел к окну, возле которого застыл, сложив руки за спиной. – Я знаю твою мать с детства и глубоко уважал твоего отца, но твои поступки…
