Молотов заявляет, что эти действия Британского Правительства неправильны, так как в Крыму Британское Правительство в лице Черчилля подписало соглашение, по которому линия Керзона признается границей между Советским Союзом и Польшей.
Бевин отвечает, что юристы убедили его в том, что выходцев из Западной Белоруссии и Западной Украины следует считать лицами без гражданства. Однако, он, Бевин, обещает заняться этим вопросом и проверить выводы юристов.
Молотов замечает, что юристы, видимо, подвели Бовина. Бевин говорит, дальше, касаясь работы Репарационной Комиссии, что британским представителям даны указания выполнить то соглашение, которое было заключено в Потсдаме.
Молотов замечает, что пока Репарационная Комиссия ничего не сделала, и что британские представители тормозят ее работу.
Бевин заверил меня, что они больше этого делать не будут.
Бевин говорит, ссылаясь на упоминание Молотовым заявления Вильсона, что британское министерство иностранных дел опубликовало соответствующее сообщение и добавляет, что поведение Вильсона расследуется военным министерством.
Молотов говорит, что при помощи своего опровержения министерство иностранных дел по существу умыло руки.
Бевин спрашивает, что именно Советская Делегация предложит обсудить, в связи с намерением Советской Делегации поставить в Совете Министров вопрос о Дальнем Востоке.
молотов отвечает, что Советская Делегация имеет в виду вопрос о создании контрольного механизма для Японии и что она готова принять такое решение по этому вопросу, которое будет близко к тому, что было предложено Британским Правительством в письме Керра на имя Молотова от 30 августа.
Бевин спрашивает, говорил ли Молотов об этом с Бирнсом и, получив ответ Молотова, что он намерен это сделать, обещает обдумать поставленный Молотовым вопрос.
Бевин просит в заключение беседы сообщить точку зрения Советского Правительства на возможное заключение договора между Францией и Великобританией в духе англо-советского договора.
Молотов обещает запросить Москву по этому вопросу и высказывает надежду, что такой франко-английский договор не встретит возражений Советского Правительства.
Беседа продолжалась 2 часа 15 минут.
Записал (В.Павлов)
тт. Сталину, Берия, Маленкову, Микояну.
ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ С БЕВИНОМ В ЛАНКАСТЕР ХАУЗЕ
26 сентября 1945 г. в 15 час.30 мин.
Присутствуют тт. Гусев, Павлов, Кадоган, Керр.
Бевин заявляет, что он не может пойти на то, чтобы обидеть Францию, выставив ее за дверь.
Молотов говорит, что, если будет выполнено берлинское решение, то это никого не должно обидеть.
Бевин говорит, что он не может согласиться на отстранение. Франции от участия в Совете Министров.
Молотов отвечает, что французская делегация сможет принимать участие в работе Совета Министров. Она лишь не будет принимать участия в обсуждении проекта мирных договоров с балканскими странами. Таково было решение, принятое в Берлине.
Бевин говорит, что британское правительство не может пойти на то, чтобы отстранить Францию от участия в балканских делах, в которых она столь сильно заинтересована.
Молотов отвечает, что он, в свою очередь, не может пойти на изменение берлинского решения.
Беседа продолжалась 35 минут.
Беседа происходила в условиях большой спешки и подробной записи не велось.
Записал Т В. Павлов
Разослано:
тт. Сталину, Берия, Маленкову, Микояну.
ПРИЕМ БЕВИНА 1 октября 1945 г. в 17 ч. 30 м. в Советском Посольстве.
Присутствуют — т.т. Гусев, Павлов, Британский Посол Керр.
Бевин заявляет, что он пытался найти тот метод, при помощи которого можно было бы достойно закончить конференцию. Во-первых, он, Бевин, хочет заверить Молотова, что он, будучи членом кабинета Черчилля, последовательно защищал решения, принятые на конференциях в Москве, Тегеране и Ялте. Во-вторых, он, Бевин, хочет сказать, что у него не было никаких задних мыслей, когда он составлял проект решения от 11 сентября. Главная трудность, перед которой он, Бевин, предстал сейчас, связана с Францией. Если бы Франция была допущена в Совет в качестве полноправного члена, то это позволило бы ему, Бевину, избежать многих трудностей. Что касается Болгарии и Румынии, о которых он, Бевин, беседовал с Молотовым два раза, то после обмена мнениями между Молотовым и Бирнсом он, Бевин, сделал свое предложение с целью примирить точки зрения Молотова и Бирнса. Как известно он предложил послать объективных представителей на Балканы для изучения обстановки на месте. Задача этих представителей состояла бы в том, чтобы сообщить правительствам о действительном положении вещей с тем, чтобы правительства могли проверить те выводы, к которым они пришли. Если бы их доклад доказал, что британское правительство ошиблось в своем выводе, тогда вопрос о признании правительств был бы решен немедленно. Если их доклад подтвердил бы выводы британского правительства, то признание нынешних правительств Болгарии и Румынии было бы затруднено. В этом случае отчет представителей не был бы опубликован, а между союзниками состоялись бы дружеские переговоры с целью урегулирования вопроса. Он согласен принять за основу требование Молотовым того, чтобы в соседних с СССР странах были дружественные СССР правительства. С другой стороны, он считает, что эти правительства не должны быть враждебными Великобритании. Далее Молотов поднял вопрос о том, чтобы правительство Великобритании признало правительства Румынии и Болгарии после выборов. При этом Молотов ссылался на выборы, которые имели место в Финляндии. Британскому правительству представлены доказательства того, что те выборы, которые имели место в Финляндии, будут невозможны в Румынии и Болгарии. Речь идет о том, правильно ли это, или неправильно. Это могут проверить объективные наблюдатели, которых можно было бы послать на Балканы.
Бевин говорит, что затем имеется вопрос о признании правительства Австрии. Британское правительство будет согласно с любым решением, которое будет вынесено по этому вопросу союзным Советом.
Молотов говорит, что процедурные дела Совета Министров возникли скорее в силу недоразумения и вообще он, Молотов, считает этот вопрос мелким. Он, Молотов, исходит из необходимости придерживаться Берлинского соглашения. Он полагает, что можно было бы договориться на том, чтобы в общий протокол не вписывать решение от 11 сентября. Это решение должно быть лишь вписано в протоколы, которые будут подписываться соответственно двумя, тремя и четырьмя министрами, которые пригласили Францию и Китай принять участие в обсуждении, но в эти же протоколы приглашающие державы должны внести соответствующее примечание, которым будет отменено решение от 11 сентября.
Бевин говорит, что в этом случае решение от 11 сентября будет, например, в протоколе по мирному договору с Италией гласить примерно следующее: "Правительства Советского Союза, Соединенных Штатов, Франции, Великобритании пригласили Китай участвовать в дискуссии без права голоса". В случае мирных договоров с Балканскими странами в качестве приглашающих Францию и Китай будут упомянуты Советский Союз, Соединенные Штаты и Великобритания.
Молотов говорит, что это правильно.
Бевин замечает, что при такой форме протокола Франция попадает в неловкое положение, поскольку ее как бы просят выйти за дверь.
Молотов отвечает, что Франция не попадает в неловкое положение, поскольку она уже не будет подписывать решений об отстранении себя от участия в работе Совета по определенным вопросам.
Теперь, он, Молотов, хотел бы высказать несколько замечаний по существу вопроса. Главное затруднение для советской делегации заключается в том, что британское и американское правительства не согласны признать правительства Румынии и Болгарии. Если британское и американское правительства в данный момент не готовы договориться с советским правительством о признании румынского и болгарского правительств, Советское правительство не торопит с этим и оно готово подождать до того момента, когда британское и американское правительства будут готовы к этому. По вопросу о Франции он, Молотов, ничего другого не может сказать, кроме, как подтвердить необходимость выполнения Берлинского решения, которое пока остается в силе и которое министры не имеют права изменить.
Молотов говорит, что Советский Союз не претендует ни на какие права Великобритании, ни на особую роль СССР в государствах, в которых заинтересована Великобритания. Советский Союз в действительности, ни в чем не мешает Великобритании. Советское правительство не вмешивается в греческие дела, хотя Советскому правительству не все нравится в Греции. У Советского правительства не будет возражений, чтобы Великобритания заключила с Францией или с любой другой демократической страной такой же договор, какой существует между Великобританией и Советским Союзом. Советский Союз не виноват в том, что Франция попала в очень неудобное положение. Однако нужно учитывать, что Франция Петена и Лаваля помогала Гитлеру.
