— Они хотят на пастбище, травку просят, — уточняет папа. — Ты же вчера нам всем сказал, что справишься и горазд на любую работу. Полина тебе составит компанию.
— Если со студентами справляешься, то с овцами тем более сможешь, — успокоила мама и дала нам с собой, собранную сумку с едой на перекус.
***
Глеб
Пока мы добрались до так называемого у них пастбища, я несколько раз вспотел, вступил в овечьи свежие кучки и голос сорвал. Я зову этих животных, а они разбегаются. Пришлось признать, без Полины бы я их никуда не довел, она во всем помогала.
— Наверное, быть пастухом не мое.
— Ну-ну, не надо себя недооценивать, Глеб. Еще пару дней так погоняешь все стадо, то станешь намного уверенней. Потом в академии ни одна муха мимо тебя не проскочит.
— То есть, это не одноразовый забег? Завтра опять повторится? — кажется, я влип.
— Лучше не думай про завтра, нам сегодня еще столько всего предстоит, — весело машет Полина, и показывает место для пикника.
Ладно, не думать, так не думать. Пользуясь возможностью, пока овцы ведут себя тихо, траву жуют, и мы присели на большое бревно. Достали пирожки, чай. Моя Полина рядом, обнимаю и трогаю ее шелковистые волосы. Целую свою девочку в сладкие губы. Ради таких моментов и овец можно пригнать иногда.
— Эй, а ну не нападать на пирожки!
Поворачиваюсь на крик Полины.
А эти, чтоб их, овцы, тоже к нам пожаловали на пикник. Такие они смешные, кудрявые, выстроились в очередь и принюхиваются, черными глазенками таращатся. Учитывая, что с нами отпустили почти сотню, я себя почувствовал, как командир большого батальона.
— И что с ними делать?
Встаю, а овцы бе-бе-кают, окружают со всех сторон. Вот не гуляется им!
— В дудку дуй, что тебе подарили, — Полина подает со смехом.
Раз дунул, другой дунул, овцы посмотрели на меня, как на полоумного, трухнули шерстью и снова к траве потянулись. Ого, я какой всемогущий!
Совру, если скажу, что сначала мне было комфортно в деревне Полины. Меня даже клюнул петух. Сломал пилу, пока пытался дров нарубить. А потом еще и раздавил случайно глиняную жабу, исполняющую желания, — одно из мистических изделий Виктора, папы Полины.
На меня никто не ругался, но Виктор попросил его жабу с ним отработать. Вот так я на два часа и застрял в мастерской. Своими глазами видел, как изготавливаются компасы и другие интересные вещицы для продажи туристам. Полина присоединилась ко мне и мы, смеясь и болтая, разукрашивали новенькие дудки.
Нет, я не помню, чтобы когда-то отправлялся в похожее путешествие. Столько всего необычного здесь повстречал. Больше всего понравились люди, простые и добрые, очень веселые. Под конец нашей поездки даже к овцам привык. К барану не привык, нет, он злой на меня, ревнует к Полине, покушался своими рогами.
Вечером перед нашим отъездом снова собралась вся улица. Я своих соседей по дому почти никого не знаю, не считая парочку знакомых по парковке, консьержа и, само собой, любимую соседку. Зато в деревне Полины за пять дней ни осталось никого, кто бы ко мне не подошел и не попытался узнать: Правда, я препод из города? Это меня в телеге везли?
В общем, теперь все свои, знают обо мне, раньше, чем увидели. У них тут связь работает быстрее интернета.
Вижу, как отец Полины встает с бокалом в руке, на меня поворачивается.
— Что могу сказать, наша дочь выбрала хорошего парня. С испытаниями справляться пытался, только вот опыта еще маловато. Что думаете? Дадим ему шанс?
Жду, как все подхватят: «Дадим, дадим!»
Тишина.
Эм-м…
Да, я одной овцы не досчитался, но ее потом нашли живой-здоровой в густых зарослях. На музыкальных инструментах не играю, как многие местные тут. Вот еще с жабой, исполняющей желания, тогда промахнулся. Откуда я знал, что она в священном месте стояла, а не просто валялась возле забора на земле?
На Полину глянул, она вполне расслаблена. Хоть бы посочувствовала, что ли?
Но как бы там ни было, мне неважен вердикт горных жителей. Все равно я Полину потерять не хочу. Не отпущу я ее никуда, будет только моя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
У них своя мистика, а у меня тоже есть свои желания. С одним, главным из них, я собирался сказать в первый вечер, но потом решил еще глянуть на дни испытаний, чтобы потом поставить свою твердую точку.
Встаю и достаю из кармана маленькую коробочку с кольцом. Да, я не был бы Глеб Романович Звягин, если бы не подготовился к поездке.
Мне хотелось сделать предложение как-то особенно, в таком месте, где Полине запомнится и будет больше шансов получить ее согласие. Здесь, в горах, то самое место, самое близкое, родное и особенное для нее.
— Полина, ты была для меня соседкой, студенткой и, что уж там, свалившимся чудом на голову прямо из гор. Ты согласилась стать моей девушкой и сделала меня тогда счастливым. Но мне и этого мало! Хочу с тобой быть всегда, хочу тебя видеть женой. Выходи за меня, любимая?
Горные жители растянули довольные улыбки. Мама Полины вытирает глаза, а папа ее направил на нас какой-то свой новый чудодейственный компас. Тестирует.
***
Полина
У меня голове закружилось, когда я поднялась. Неужели Глеб меня настолько любит?
— Я люблю тебя больше, чем ты даже думаешь.
Ну вот. Опять мои мысли читает.
В руках моего невероятного мужчины зажато кольцо, а я дышу, дышу, дышу поглубже, подбирая слова. Как всегда, в нужный момент слова растерялись.
Просто прижимаюсь к любимому со словами:
— Я согласна упасть тебе на голову навсегда. Согласна стать твоей невестой!
Глеб меня крепко прижимает к себе, забываемся и целуемся прямо при всех. Ох, такие эмоции не сдержать, взлетела бы даже без крыльев.
— Ваша дочь согласилась, прошу и у вас одобрения, — почтительно, мой уже жених, обращается к родителям: — Давайте мне шанс, а я обещаю сделать Полину счастливой.
— Для нас это самое главное, — мама подходит к нам, обнимая по очереди.
— Куда же мы денемся? Конечно, дадим! Теперь точно понятно, что ты парень серьезный, — подхватывают соседи, поднимая бокалы.
И папа к нам подошел.
— Мой новый компас показал на вас в будущем — двое детей. Так что жду.
— Витя! Ну, сколько можно?
— Папа! Опять ты за свое?
Мы с мамой налетаем на нашего изобретателя.
— А что я такого сказал? Всё видно же, — показывает нам, куда стрелка в виде аиста ткнула. — Тем более Глеб верит в мои компасы. Сам признавался.
Мы повернулись на Глеба. Думала, он в шоке будет, но нет, воспринял новость спокойно:
— С появлением в моей жизни Полины, мне кажется, что я уже верю во всё. Ваши компасы не подведем.
Эпилог
Спустя пять лет…
Полина
Просыпаюсь от запаха пригоревших тостов из кухни. Все ясно, муж опять готовит свое коронное блюдо на завтрак. Глеб уже много чего научился готовить. Но тосты для нас остаются неизменными по выходным.
— Ты уже проснулась, милая? Мы тебя только ждем. Вместе тосты готовили.
В спальню заглядывает сначала Глеб, а следом протискивается маленьким хвостиком наша трехлетняя доченька. Подскакиваю поскорее с кровати и обнимаю семью. Какие же они у меня ранние и заботливые.
— Мама, идем, идем, — Лиза тянет меня своей маленькой ручкой показывать, что же они с папой наготовили.
— О, здесь тосты с вишневым вареньем!
— С твоим любимым – с гор, — подкалывает муж.
Мы смеемся, а дочке пока непонятно. Наблюдает с интересом и хихикает за компанию. Но мы ей расскажем потом, как мама сюда однажды приехала. Думала, что ненадолго, на время учебы, а вот и осталась уже навсегда.
Завтракаем. Собираемся. Я бегаю по нашей квартире в поисках нужных вещей и игрушек Лизы. Бегать реально приходится, с одного конца в другой приличное расстояние.
Моя тетя решила полностью обосноваться за границей, с последним мужем у них все хорошо. Приезжали к нам на свадьбу. И три года назад Глеб выкупил квартиру тети, расширяя для наследников пространство. С тех пор ничего не осталось от нашего соседства. Зато вся двойная квартира только для нас.
