Когда мужчина миновал брод и вышел из воды, он прикоснулся к подвеске на своей груди. Казалось, этот жест разом собрал все обрывки тумана, плававшие над рекой. Фигуру незнакомца стремительно окутала дымка, но не настолько плотная, чтобы полностью скрыть его силуэт. Туманный покров был явно плотнее обычного трясинного тумана, и, одевшись им, незнакомец уверенно двинулся вперед.
Лежавшие на скалах молча переглянулись. Как и в прошлый раз, о котором рассказывал Оберн, мужчина из королевства углубился в Трясину. Но где же местные жители, которым следовало его заметить? Пока барабанной дроби не слышалось.
Барабанной дроби действительно не было. Зато высоко в небе раздался пронзительный крик, от которого у всех заложило уши. Этот жуткий вопль был Оберну знаком. Он посмотрел вверх. Над ними стремительно кружились три птицы, подобные тем, с которыми им уже приходилось сражаться. Оберн только успел растерянно подумать, что, похоже, эти твари всегда охотятся по три.
Касер уже наложил стрелу на тетиву. У Дордана был похожий лук чуть меньшего размера, позволявший стрелять с более близкого расстояния. Оберн не раздумывая обнажил меч. Они благоразумно отступили под прикрытие скалистых уступов. Прятаться от отряда ренделцев они больше не пытались. Пусть люди из королевства защищаются без их помощи.
Птицы кружили в небе, и было совершенно ясно, что они собираются атаковать Морских Бродяг, а не людей из Рендела. Внезапно одна из птиц камнем упала вниз, прижав к туловищу огромные крылья, каждое из которых по длине было не меньше высокого мужчины. Отвратительный клюв открылся в вызывающем крике.
Крик нарастал, становясь все пронзительнее. Стрела ударила в одну из когтистых лап, но отскочила, не пробив ее. Похоже, что перья и кожа чудовищного хищника служили ему неплохой броней. Оберн внезапно заметил, что птица метит не в лучника, пустившего в нее стрелу, а в него самого. Он сделал шаг назад и чуть пригнулся, выставив перед собой меч. Когда ему показалось, что птица находится достаточно близко, он взмахнул мечом. Огромная голова тянулась вперед, угрожая изогнутым клювом. Удар Оберна пришелся по лапе, готовой вцепиться в него когтями. И, как только что птицу защитило ее оперение, так же и его кольчуга уберегла его плоть от глубоких ран, которые могли нанести ему эти огромные кривые когти.
Если бы только ему удалось поразить клинком голую шею этой твари! Но он не смог нанести хороший удар. Напор атакующей птицы оказался неожиданно мощным, и Оберн пошатнулся. Метнувшись в сторону и снова оглушительно крикнув, чудовищная тварь устроилась на вершине скалы прямо над их убежищем.
Оберну не удалось восстановить равновесие. Казалось, ноги отказываются повиноваться отчаянным приказам его мозга. Край скалы был совсем рядом, и Оберн попытался отклониться всем телом назад. Его подвела россыпь мелких камней. Подошвы скользнули вперед — за край ненадежного уступа. У него было лишь одно мгновенье на то, чтобы сообразить, что происходит, а потом… Тьма и ощущение далекой, но обжигающе острой боли…
И больше ничего.
16
Ясенка видела след, оставленный убившим Кази иноземцем, когда он продирался сквозь кустарник. Его сапоги оставили отпечатки на мягкой почве, и кое-где в них даже собрались лужицы воды. Иноземец резко поменял направление и теперь шел на юг, к краю Трясины. Однако барабаны продолжали отбивать дробь, и девушка знала, что повсюду разбросаны сторожевые посты, на любой из которых мог наткнуться иноземец. И тогда ему несдобровать.
Сама она привычно пользовалась бесценными уроками, полученными от Зазар, чтобы избежать этих постов. Места их расположения были тщательно охраняемой тайной, и каждый пост организовывал какой-то один поселок. Ясенке оставалось положиться на то, что она правильно прочла пролегший перед нею след и поняла, куда спешит иноземец; самой же ей следовало пойти в противоположную сторону, чтобы попасть туда же, куда и он, другой дорогой.
Трясинный народ проложил охотничьи тропы к восточным скалам. Во время своих тайных вылазок Ясенка не решалась ходить в ту сторону. Пограничная река вблизи от гряды скал уходила под землю, а потом низвергалась вниз в море — большое водное пространство, о котором девушка знала лишь понаслышке, но ни разу не видела. Была ли там тропа, по которой можно добраться до моря, а потом вернуться, следуя вдоль реки?
Ясенка решила попытаться найти такую тропу — двигаясь очень осторожно и оставаясь начеку. Барабаны продолжали стучать, что означало: трясинный народ по-прежнему находится в боевой готовности. Однако девушка решила, что иноземец постарается выбрать самый короткий путь из Трясины и побоится заблудиться в топи.
Поправив лямки дорожного мешка и убедившись в том, что ноша не помешает ей идти, Ясенка срезала с ближайшей ивы ветку — самую толстую. Держа ее в руке, она повернула на восток. Ясенка видела свою цель — темная неровная линия на горизонте, означавшая скалы.
Сигнальные барабаны снова начали стучать, однако теперь дробь была размеренной, не той, что призывает трясинный народ к бою. Просто охотники кого-то выслеживали, но не человека, а зверя. И боевых волынок тоже не было слышно, так что, похоже, ее иноземца пока не заметили. Сама Ясенка не особенно боялась встречи с дозорными. Кроме того, при ней был амулет, подаренный Зазар. И Ясенка знала, что таинственный убийца Кази рассчитывает на помощь сходного предмета, который способен укрыть его от таящихся в Трясине опасностей. Ясенка шла вперед, прощупывая все подозрительные места ивовой веткой, и продолжала гадать, что могло случиться с Зазар.
За те годы, что она жила со знахаркой, к ним в дом много раз приходили закутанные в плащи незнакомцы, которые о чем-то подолгу шептались с Зазар. До этого дня Ясенка отгоняла от себя подозрения, что это были иноземцы. Однако теперь выяснялось, что Зазар была настолько сильна, что могла обеспечить безопасный проход по Трясине…
Ясенка задумалась над тем, что за связи знахарка поддерживала с помощью этих тайных посещений. Иноземцы? Если Джол заподозрил, что Зазар имеет с ними дела, тогда понятно, почему он обратился против нее и заставил Кази рассказать ему все, что та знала. И удивляться тут нечему…
Барабаны смолкли. Внезапная тишина заставила Ясенку отвлечься от размышлений. Либо незваного гостя поймали — в чем она сильно сомневалась, — либо ему удалось каким-то способом уйти от преследователей. А в это ей тоже трудно было поверить.
Палка, которой она прощупывала сырой мох у себя под ногами, внезапно ударилась о твердую поверхность, почти не погрузившуюся в воду. Возможно, это были каменные плиты, подобные тем, с которыми она уже несколько раз сталкивалась за последние дни. Поскольку мощеная тропа, похоже, вела в ту же сторону, куда направлялась Ясенка, девушка пошла на ней. Начали сгущаться сумерки, и она надеялась найти укрытие раньше, чем настанет ночь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
