не дописав строчку, положил мел. Выражение на доске так и осталось незаконченным, знак неравенства обратился в минус. Итянь подавил в себе желание встать и дописать.
Итянь отвел глаза от доски и оглянулся на безликую аудиторию – серый свет, с трудом проникающий сквозь грязные окна, ряды однокурсников. Некоторые украдкой дремали. Итянь быстро собрал вещи. Ему предстояло воплотить в жизнь одну идею, над которой он размышлял все утро.
Студенты высыпали из аудитории и бросились в столовую, чтобы включиться в борьбу за наиболее съедобные блюда. Итянь же зашагал в противоположном направлении, на исторический факультет.
Он отправлялся туда каждый день после занятий. Пока однокурсники дремали или ели, Итянь слушал лекции по истории, он так примелькался на истфаке, что студенты спрашивали, с какого он курса.
Здание исторического факультета находилось на самых задворках университетского городка, на берегу живописного пруда. Корпус был построен в стиле династии Цин – из серых кирпичей, с красными колоннами по бокам, на окнах ставни с изящно вырезанными узорами, карнизы изнутри выкрашены сапфирно-синим, а по фризу покрыты позолотой. Раньше Итянь представлял себе университет именно таким, а не громоздкой бетонной бандурой советского стиля наподобие той, где находился его математический факультет. Именно в такой Пекинский университет съезжались когда-то ученые, сдавшие императорский экзамен. Единственным признаком того, что зданию исторического факультета пришлось пережить несколько бурных десятилетий, была облупившаяся местами краска, под которой обнажилось дерево, – в эти годы забота о красоте почиталась за буржуазный предрассудок.
Вот в таком здании ему и следовало бы учиться. Войдя внутрь, Итянь, как всегда, вспомнил дедушку. Занятия математикой оказались интереснее, чем он ожидал, и все же Итянь не сомневался, что на самом деле ему нужно изучать историю. Он решил спросить декана исторического факультета о возможности перевестись к ним. Куратор курса предупреждал, что подобное невозможно, однако Итянь надеялся, что не случится ничего страшного, если он обратится напрямую к декану.
Перепрыгивая через ступеньку и бормоча вызубренную речь, Итянь добрался до верхнего этажа. Сперва он расскажет декану о дедушке. Затем перескажет все, что знает, об истории страны – так он продемонстрирует декану, что уровень подготовки у него не ниже, чем у студентов истфака. Если же и это не сработает, то он встанет на колени и будет умолять.
Итянь взялся за ручку двери и глубоко вдохнул, готовый на выдохе начать речь.
Помещение, в котором он оказался, совершенно не соответствовало его ожиданиям. Никакого массивного дубового стола и никакого сидящего за ним декана Итянь не увидел. Вместо этого в углах стояли три обшарпанных конторских стола, а за ними сидели три женщины. Они старательно наносили иероглифы на вощеную бумагу. При его появлении они дружно подняли головы.
– Простите, вы к кому? – спросила женщина, сидевшая в дальнем правом углу. Ее волосы были безжалостно стянуты в плотный блестящий пук, отчего кожа на лице тоже выглядела натянутой.
За ее спиной Итянь увидел дверь и решил, что вот она-то и ведет в кабинет декана.
– Я к декану. – Он надеялся, что благодаря тренировкам голос прозвучит уверенно и твердо, однако получилось так жалко, что Итянь поежился.
– По какому вопросу?
– Я… я предпочел бы не говорить.
– Я не могу впустить вас к декану, пока не узнаю причину вашего обращения.
– Ясно. – Итянь сглотнул и заговорил, уставившись в пол, чтобы не видеть осуждения в глазах женщины: – Я пришел просить о переводе на ваш факультет.
– Значит, вы не с нашего факультета?
– Нет. Я только хочу перевестись.
Итянь поднял глаза и встретился с надменным взглядом.
– Декан встречается только с теми, кто относится к историческому факультету. Так что, боюсь, с вами он встретиться не сможет.
– Но ведь в этом все и дело. Я хочу перевестись на ваш факультет.
– Будучи студентом, вы должны знать, что переводы с факультета на факультет строго запрещены.
– Я знаю, но надеялся на исключение. Мой случай особый.
– В этом правиле нет особых случаев. – Женщина прищурилась: – Вы точно у нас учитесь?
Итянь поспешно показал студенческий билет.
– Ладно. Но правила есть правила. Вы что-то еще хотели?
– Пожалуйста. У меня особый случай. Мне бы просто объяснить декану… – начал было он, но женщина уже не смотрела на него.
Вторая женщина тоже вернулась к работе. Шорох перьев отдавался в ушах Итяня. И лишь девушка, сидевшая прямо перед ним, с неприкрытым изумлением смотрела на него, явно пораженная степенью его отчаянья.
Он опустил взгляд на свои простые резиновые боты, и внезапно его охватил стыд. Итянь быстро попятился к двери и бросился прочь по коридору. Завернув за угол, он глубоко вдохнул и вжался в стену, чувствуя, как она холодит ему затылок.
В коридоре позади послышался стук каблуков о линолеум. Итянь быстро двинулся дальше.
– Подождите! – окликнули его.
Голос звучал вежливо и явно принадлежал не той высокомерной секретарше. Итянь обернулся и увидел девушку из кабинета, откуда он только что вышел.
Она подошла к нему и тихо проговорила:
– Зайдите через двадцать минут, декан как раз вернется. – Она почти шептала, так что Итяню пришлось податься к ней. – Все остальные уйдут на обед. Если вы зайдете в это время, я вас провожу к декану.
– Правда? А у меня проблем не будет? – Он вглядывался в ее лицо, стараясь понять, нет ли тут какого подвоха, но глаза девушки смотрели на него по-доброму. Над верхней, чуть подрагивающей губой у нее темнела родинка-мушка. Девушка боялась нарушить правила еще сильнее, чем Итянь.
Она покачала головой:
– Декан не такой, как они.
– Не знаю, как вас и отблагодарить…
Но девушка уже быстро удалялась.
* * *
По ее описанию Итянь представлял себе декана эдаким добрым старичком, поэтому был озадачен, когда простоял перед его столом уже добрые три минуты, а декан даже не посмотрел на него. Он что-то яростно писал.
Минуты шли, и тело Итяня наливалось тяжестью, его будто утягивало на дно реки. Чтобы успокоиться, он оглядел кабинет, взгляд остановился на двух застекленных книжных шкафах за спиной декана. За исключением одной полки, занятой лишь портретом Председателя, все остальные были плотно забиты книгами. Из-за корешков дверцы с трудом закрывались. Итянь узнал двадцать четыре тома “Династийных историй”. Живьем он эти книги никогда не видел.
Декан кашлянул.
– Значит, вы хотите перевестись с другого факультета.
Итянь удивился: декан говорил не на гортанном пекинском диалекте, который с момента приезда сюда Итянь слышал отовсюду, а по-южному, четко выговаривая слова.
– Да, господин декан.
– Уверен, куратор вашего курса предупреждал, какой ответ вас ждет? Если так, то не совсем понимаю, зачем вы
