Фермер открыл люк, под которым лежали сияющие синие доспехи.
Космодесантник взял шлем, в луче света, падавшем на белую поверхность, были видны пылинки. Рий почтительно достал каждую часть древних доспехов терминатора из хранилища. Его взгляд задержался на знаках отличия, полученных за храбрость за десятилетия битв на сотне планет. В нем взыграла гордость, когда он скользил взглядом по каждому изгибу большого черного знака на левом наплечнике. Только самые благородные ветераны воинства Императора носили Крест Терминатора.
Крылатый череп, вырезанный на нагрудной пластине доспеха, напоминал об еще одной праведной победе над врагами человечества. Печать Чистоты, дарованная ему капелланами Ордена, также была цела. Ее благословение доказало свою силу: оно спасло его, тогда как остальное отделение погибло в результате нападения проклятых тиранидов в остове «Громового ястреба». Гордость превратилась в грусть, когда он оплакал судьбу своих павших братьев. Он никогда больше не сразится с ними плечом к плечу. Грядущее испытание он пройдет за них, как и за Императора и за людей этой жестокой планеты.
— Я хочу побыть один. — сказал космодесантник, разворачиваясь к Джерену. — Мне нужно подготовиться к бою.
Когда Рий вышел из амбара, он был совершенно не похож на того, кто туда вошел. Его смертная плоть была заключена в металлическое тело терминатора, и выглядел он грозно. Он почтил доспех предков и произнес литании войны. Теперь он был готов встретить врага. Он обратился к изумленным фермерам, собравшимся у амбара.
— Сегодня я встречу свою судьбу.
— Ты вернешься? — спросил Джерен.
Рий посмотрел вдаль через щиток шлема. Эти люди выказали столько сочувствия, гостеприимства и дружелюбия. Теперь он наконец отплатит им.
— Если такова воля Императора. Если же нет, моя смерть послужит высшему благу.
— Как тебя зовут, воин?
— Я — брат Рий из первой роты ордена Ультрадесантников Империи, да преумножатся дни её.
— Тогда удачи, брат Рий. Да пребудет с тобой дух Императора, как и наши благословения.
Рий отдал человеку, столь много для него сделавшего, честь, перед тем, как уйти.
— Джерен, ты выполнишь мою просьбу?
— Конечно, друг мой. Говори.
— Помни меня.
С этими словами Ультрадесантник отвернулся от людей и пошел по следу зверя от фермы, навстречу своей судьбе, лежащей в первобытных джунглях.
* * *
Брат Рий замер. Да, вот еще раз, что-то шелестит в подлеске. Он проверил датчик движения. Там что-то явно было, но это его жертва или очередная лиса? Он уже три дня без передышки охотился на зверя, идя по его следам от разоренных угодий, лежавших теперь во многих километрах позади.
С диким ревом карнифекс вырвался из сплетения лиан перед ним, бешено молотя всеми четырьмя лапами-косами по растительности. Тяжелобронированный Рий инстинктивно метнулся в сторону, сам проламываясь через подлесок. Когда он рухнул на землю, его штурмовой болтер уже выплевывал снаряд за снарядом в направлении бушующего тиранида.
Все еще визжа, карнифекс поднялся и развернулся в сторону Рия, готовясь к атаке. Крикун-убийца не зря получил свое прозвище и следовавшую за ним репутацию. Пронзительный крик карнифекса мог обратить в бегство даже храбрейших, а его прочные, как алмаз, лапы-косы вполне могли разрезать керамитовый доспех Рия с той же легкостью, что и его плоть. Его хитиновая шкура была практически непробиваема для обычного оружия, а огромный вес туши давал мало шансов остановить разогнавшееся чудовище на поле боя.
Рий подумал, что это, должно быть, последний представитель вида на планете — брошенный, как и сам десантник, после поражения сил разума улья.
Пока космодесантник пытался встать, чуть ли не проклиная неуклюжий доспех, в который был запакован, тварь набросилась вновь. Карнифекс ударил терминатора с силой артиллерийского снаряда, чуть не выбив из него дух и запустив в воздух. Рий грохнулся на землю, ломая ветки деревьев по пути, на вершине крутого густо поросшего лесом склона. От силы удара и из-за инерции собственного тела десантник кубарем скатился по склону между деревьев.
Он остановился только у подножия холма, оглушенный и кричащий от боли. Это же как с танком драться! Отчаянно пытаясь подавить боль усилием воли, Рий встал. Падение вырубило сервопривод в левой ноге доспеха, так что теперь при ходьбе он заметно прихрамывал, да и двигался еще медленнее.
Он стоял на поляне на краю огромного плато и, глядя с обрыва, видел доисторическую местность, затянутую дымом от далеких ворчащих вулканов. Внизу, на широкой равнине, частично скрытые слоем пепла, слабо виднелись останки чужацких экзоскелетов и гнутые пластины от бронетехники. Здесь была выиграна битва за Ярот — и здесь произойдет последняя битва этой войны.
С пронзительным воплем огромная туша проламывалась к космодесантнику через джунгли. Карнифекс прорвался через деревья и остановился. Омерзительная лиловая жидкость текла из нескольких небольших ран в его груди, где невероятно толстые кости и хрящи были пробиты. Ему удалось ранить тварь, слава Императору! Впрочем, радость мгновенно сменилась разочарованием. Кровь чужака перестала течь, и на его глазах раны стали закрываться. Карнифекс регенерировал!
Плечи великана вздрагивали, тиранид тяжело дышал. Наконец, оглушительно заревев, карнифекс начал рыть землю шипастыми копытами. Вокруг его лап-кос потрескивало поле биоэлектрической энергии. Стоя неподвижно, Рий увидел, как чудовище содрогнулось и из его клыкастой пасти вылетел сверкающий зеленый сгусток плазмы. Удерживая его силовым полем когтей, карнифекс смог определить направление полета раскаленного снаряда.
Рий отпрыгнул от обжигающего сгустка плазмы, запущенного в его сторону. Пылающий шар взорвался за спиной у терминатора, опалив доспех зеленым огнем. Керамит зашипел и начал плавиться. Все еще находясь в безопасности доспеха, Рий поднял болтер, тщательно прицелился и выстрелил. Хотя множество снарядов отскочило от укрепленного экзоскелета, даже те, что его пробили и ранили тварь, казалось, ничуть не побеспокоили тиранида, обладавшего сверхъестественной выносливостью и единственным желанием — рвать на части. Боль прокатилась по нервной системе Ультрадесантника, когда биоплазма добралась до кожи через броню. Рий понял, что оставалось только одно. Он взял себя в руки. Когда чудовище понеслось на него, он приготовился встретить удар, не вздрогнув, пока расстояние между ними стремительно сокращалось.
Когда тиранид врезался в него, Рий схватил тварь поперек туловища. Неспособный сдержаться, он закричал от боли. Зазубренный загнутый коготь пробил его доспех и глубоко вошел в бок. Ультрадесантник оказался с тиранидом лицом к лицу. Удивленный ходом противника, чужак споткнулся на бегу, и они оба покатились к обрыву на краю плато.
Громадная тварь давила на него. Рий задыхался от ее зловонного дыхания, а ее уродливая морда была всего в нескольких сантиметрах от его шлема. Десантник чувствовал, как жизнь вытекает из него вместе с кровью. Сейчас или никогда.
Из последних сил он поднял болтер и вбил ствол чудовищу в пасть. Нажав на спусковой крючок, он выпустил остаток магазина в безобразную башку карнифекса. Некоторые снаряды пробивали ее насквозь и вылетали через затылок, некоторые — рикошетили от стенок толстенного черепа, разрывая маленький мозг в клочья.
Рий знал, что он уже мертв, но это ничего не меняло. Он вернул себе честь и личность, отплатил спасшим его от бесчестья людям. Благодаря им, он мог умереть смертью Ультрадесантника. Сжатый в тисках хватки карнифекса, он не мог остановить огромную тушу, волокшую его к краю плато. Сцепившись в неразрывных объятиях смерти, брат Рий и тиранид рухнули в бездну. Битва за Ярот наконец закончилась.
Мёртв к рассвету
1
Ни единое дуновение ветерка не тревожило лесной покров. Несмотря на это, Тигурий чувствовал выхлопы допотопного орочьего топлива уже за много миль. Вульгарно — первобытное эхо разумов зеленокожих врезалось в его мысли, их варварская жажда разрушения застилала разум зловещим красным туманом. Ища спокойствия, он глубоко вдохнул и повторил про себя мантры защиты и охранения. Неглубокая зеленая аллея выглядела безмятежной, дорога вилась между тремя командными бункерами, затем уходила за горизонт, в сторону ближайшего поселения планеты. Тигурия раздражал факт того, что орки попали на Эспандор, но другого пути заманить вождя Раззекая в ловушку не было.
