Лионетта попятилась назад. Эрин подозвала её ближе, и девушка неохотно подошла. В руках у неё был шар света… оказалось, она знала заклинание, хотя и не имела класс [Мага].
— Я думаю, это всё же пчелы. А ты что думаешь, Лионетта?
Девушка заколебалась. Она вздрогнула, когда одна из теней подлетела ближе.
— Это… это жуки! Я не думала, что они живут зимой! Почему тебя это волнует? Они ужасны!
— Да, но это пчёлы или осы?
Эрин нахмурилась, глядя на пчёл. По крайней мере она думала, что это пчёлы. Девушка смутно различала в них какую-то пушистость, а шершни выглядели иначе. Более злыми. Итак. Пчёлы зимой. Вот уж чего она точно не ожидала увидеть, особенно в пещере. Но, с другой стороны, пчёлы должны же где-то жить. В конце концов, они не мигрируют. Или мигрируют? Может быть, это особые зимние пчёлы?
Последние три пещеры, которые они посетили, были необитаемы, за исключением некоторых растений и грибов. Эрин заставила Торена соскабливать плесень и мхи, собирать грибы и складывать их в стеклянные банки. Она, правда, сомневалась, что из плесени что-то получится, но трактирщица чувствовала в себе прилив научного интереса. А также авантюрную жилку, именно благодаря которой не побежала сразу же, когда увидела в темноте пещеры летающих насекомых.
Одна из фей, решившая свить гнездо в шерстяной шапке Эрин, зашипела на насекомых. Насекомое, казалось, услышало это и подлетело ближе. Когда его черты стали более отчетливыми, Эрин и Лионетта быстро отступили назад.
Это была пчела. Большая пчела. На самом деле, это была самая большая и ужасающе огромная пчела, которую Эрин когда-либо видела в своей жизни. Она слышала о гигантских японских шершнях, которые могли вырасти длиннее человеческого пальца, но эти пчёлы были совсем из другой категории.
Они были размером с её ладонь… нет, даже больше. Пчела подлетела ближе, и Эрин увидела огромное жало, длинные лапы и знакомое желтое пушистое пятно на задней стороне панциря. Девушка замерла на месте, когда пчела приблизилась и, казалось, уставилась на Морозную фею на голове Эрин.
И пчела была не одна. Словно почувствовав вторжение, к захватчикам вдруг начал слетаться рой пчёл. Они вылетали из огромного гнезда, которое фактически загораживало значительную часть пещеры. Массивный улей был прикреплен к каменным стенам, и Эрин слышала, как изнутри раздавался гул.
Ведущая пчела жужжала всё ближе, и Лион с Эрин замерли на месте, когда она приблизилась. Торен смотрел на пчелу с любопытством, но без намёка на страх. Эрин решила, что в подобной ситуации лучше всего не раздражать насекомое. Любые резкие движения могли его разозлить, но, к счастью, Торен нападать не собирался, а Лионетта была напугана до смерти. У них получится отступить, не провоцируя…
— Жалкое насекомое! Знай свое место! Сгинь!
Морозная фея на голове Эрин взлетела вверх и ударила пчелу по голове. От того места, где она коснулась насекомого, распространился иней, и оно отпрянуло. Пчёлы вдруг заволновались, и Морозная фея полетела на них, выкрикивая оскорбления.
Эрин увидела достаточно. Она повернулась.
— Бежим!
Лионетты уже и след простыл. Торен наблюдал, как Эрин с криками выбежала из пещеры, а фея отступила, продолжая выкрикивать оскорбления в адрес пчёл, которые роились за ней. Скелет неторопливо пошел следом; пчелы совершенно не обращали на него внимания, преследуя двух людей и одну бессмертную снаружи.
Эрин бросилась в снег и попыталась зарыться поглубже. Лионетта делала то же самое. Над собой трактирщица слышала возмущённые крики остальных фей и ужасное, пугающее жужжание.
Спустя, казалось, целую вечность криков и шума, Эрин осмелилась высунуться из своего снежного укрытия. Она увидела несколько мёртвых пчел на снегу вокруг себя… все они были заморожены, а торжествующие феи смеялись и гнали немногих оставшихся пчёл в улей.
— Получите, вы, пещерные глупцы!
— Знайте, как нам докучать!
Казалось, что между этими видами существовал определенный антагонизм. И даже пока Эрин наблюдала, феи начали есть одну из пчёл. Они разорвали её на части и…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Эрин потребовалось немало времени, чтобы вытащить Лионетту из снега. Девушка только кричала и пыталась зарыться поглубже, когда Эрин к ней прикасалась. Когда она наконец вылезла, лицо её было красным от мороза.
— Я больше туда не пойду! Ты меня не заставишь! Я отказываюсь!
— Не волнуйся, Лион, мы туда не пойдём. Я обещаю.
Эрин пыталась успокоить Лион. Наконец, та затихла, и Эрин сделала несколько глубоких вдохов, чтобы и самой успокоиться.
— Ну, да. Это страшные пчёлы. И даже если Морозные феи могут их победить…
— В любое время!
— Мы не боимся жал!
— Выводите свою Королеву! Мы устроим с ней дуэль!
— …Мне не очень хочется, чтобы меня ужалили. Итак. Торен!
Скелет поднял взгляд. Он собирал мёртвых пчёл и запихивал их в стеклянную банку, и Эрин не была уверена, одобрять это или нет. Наверное, она бы и так сказала ему это сделать, но в банке пчелы выглядели ещё ужаснее.
Эрин достала большую банку и бросила её Торену.
— Иди в гнездо и принеси мне немного мёда! И соты. Не наноси много вреда улью и не вреди пчёлам… если сможешь. Хорошо?
Скелет уставился на Эрин с таким видом, что это выглядело почти как обида, но потом кивнул и ушел обратно в пещеру. Эрин села в сани и перевела взгляд на Лионетту.
— С ним всё будет в порядке. Наверное. Ну, то есть, он уже мёртвый и он скелет. Они не смогут причинить ему вреда, так?
Лионетта просто пялилась на Эрин. Она не была ранена, но всё ещё тяжело дышала.
— Ты сумасшедшая! Я думала, что ты просто необычная, но ты явно… Сумасшедшая!
— Нет, я не сумасшедшая.
Эрин задело это обвинение. Лионетта принялась качать головой. [Трактирщица] повернулась обратно к пещере и прислушалась.
— Ух ты. Их жужжание даже отсюда слышно.
Жужжание из пещеры действительно было слышно, и оно чувствовалось даже на их позиции, словно басы из динамика. Эрин и Лионетта подождали ещё минуту, а затем услышали, как жужжание изменилось в качестве. Внезапно оно стало намного, намного громче, и в нём послышались нотки угрозы.
— О-о-о. Похоже, Торен добрался до улья.
— М-может нам спрятаться?
— Зачем? Это он собирает мёд.
Эрин чувствовала самодовольство. Даже медвежонок Винни-Пух не справился бы так хорошо, как она со скелетом-помощником. Лион покачала головой.
— Но даже если он будет цел и невредим, что будет, когда они пойдут за ним и найдут нас здесь?
Эрин уставилась на Лионетту. Та уставилась в ответ.
— Бежим!
Сидящие на санях Морозные феи рассмеялись, когда две девушки спрыгнули в снег и стали снова закапываться.
— Ха! Глупые смертные! Пусть жужжащие твари приходят!
— Да, мы заморозим их крылья. Мы не будем бегать ни от каких мух-переростков!
Они рассмеялись, когда жужжание перешло в рёв, а затем замерли, когда из пещеры появились пчёлы. Не одна, не две и даже не сотня, а тысячи пчёл высыпали из входа, охватив что-то в центре, что дико извивалось и боролось.
Феи уставились на тысячи пчел, сгрудившихся вокруг Торена… рой был настолько огромен, что затмевал солнце над головой. Они обменялись взглядами, а затем нырнули в снег к Эрин и Лионетте.
Эрин выглянула наружу, когда пчёлы сердито загудели. Она не могла разглядеть Торена среди всех этих пчёл. Где он? Пытается вернуться к саням? Но тут её глаза расширились, когда она его увидела.
Её скелет находился в центре роя. И он был не на земле… он был в воздухе! Они поднимали его! Разъяренные пчелы оторвали сопротивляющегося Торена с земли, не обращая внимания на его потуги отбиться, и продолжали уносить его ввысь, пока он не превратился в пятнышко в небе. Затем они его бросили.
Эрин, Лионетта и феи наблюдали за тем, как Торен падал на землю. Они почувствовали, как он ударился оземь, и снег нисколько не смягчил его падение. Они видели, как его кости разлетелись повсюду, и все пригнулись, когда пчёлы полетели обратно в свой улей.
