жертвами и манипуляции ими. Однако не менее важно выяснить, какие методы применяются сексуальными хищниками, чтобы вовлечь в свою преступную деятельность в качестве сообщников тех, кто не горит желанием участвовать в этом. Эти методы иногда в чем-то совпадают, тем не менее для вовлечения в сферу своих интересов лиц, не склонных к совершению преступлений, сексуальным хищникам требуются особые усилия. Среди их методов может быть соблазнение этих лиц какими-либо вещами или деньгами, угроза насилия или лишения их того, что представляет для них ценность, или же просто продуманное развитие отношений до такого уровня, при котором незаконные требования уже не могут быть категорически отвергнуты.
Таких «помощников» называют партнерами, сообщниками, подельниками, соучастниками, подмастерьями или прислугой. Часто они связаны со своим доминирующим партнером каким-либо общим интересом или же влюблены в него. Иногда они оказываются втянутыми в сложную ситуацию, из которой им нелегко выбраться, и их доминирующий партнер помогает им в этом. Они могут стать сообщниками преступника в силу особенностей их личности (возрастная незрелость, психические заболевания) или каких-либо пикантных обстоятельств, в которых они оказались, не осознавая в полной мере всю степень предстоящей им уголовной ответственности. Если только они добровольно не стремились стать соучастниками преступления, то уровень их участия в этом преступлении не соответствует уровню участия в нем хищников, которые привлекли их к нему. Дэвид Брукс и Уэйн Хенли оказались вовлеченными в криминальный мир разными способами, и каждый из них участвовал в совершаемых преступлениях по-разному. Ни один из них не хотел никого убивать, но каждый стал играть свою собственную роль – ту, которую Дин Корлл навязал ему, и в соответствии с тем, как тот манипулировал им.
Сексуальные хищники, подбирая себе сообщников, проверяют их на различные уязвимости, прежде всего на эмоциональную, интеллектуальную и социальную. Многие сообщники являются неуверенными в себе личностями, которые легко попадают в зависимость от других людей и которыми можно манипулировать из-за испытываемого ими чувства вины или страха. Хищник для воздействия на своих сообщников может использовать свойственные им эмоциональные особенности, например, склонность к проявлению ярости, отчаяния, любопытства или страсти. Эти люди могут быть обижены на окружающих, поскольку им кажется, что никто не заботится о них и не удовлетворяет их потребностей. Они могут страдать из-за отсутствия родительской любви (обычно так бывает в неполных или неблагополучных семьях), и у них, как правило, бывает мало друзей, которые были бы способны сразу заметить критические перемены в их поведении и обеспокоиться ими. Они могут вести крайне уединенный образ жизни. С учетом всех этих факторов те, кого хищник выбирает себе в качестве сообщников и в этих целях заключает с ними своего рода условный тайный договор, испытывают совершенно новые для себя чувства: они ощущают себя особенными. Этим людям может не хватать уверенности в себе и чувства ответственности за свои собственные решения, поэтому они невольно ищут кого-то старше и сильнее себя, того, кто может повести их за собой или предложить им что-то такое, чего у них нет.
Исследователь Розалин Макэлвани представила в своих публикациях «жизненный опыт» такого человека, попавшего под влияние хищника. Его нельзя считать сообщником в буквальном смысле этого слова, однако его история наглядно иллюстрирует, как действуют хищники, подобные Дину Корллу. Объект исследования Розалин Макэлвани был ребенком, когда его вовлекли в тесное общение с «благотворителем», который выступал в качестве замены его отца, эксплуатируя плохие отношения ребенка со своим настоящим отцом. Хищник постепенно нарушал личные границы ребенка, одновременно позиционируя себя в качестве того взрослого человека, рядом с которым ребенок больше всего хотел бы находиться. Он создал у ребенка эмоциональную зависимость от себя, подготавливая вместе с тем «сообщество поддержки» ребенка для углубления своих отношений с ним. Хищник использовал подарки и деньги, создавая такой график, при котором наказание ребенка или жестокое обращение с ним чередовались с периодами его поощрения. Этот цикл обусловил принятие мальчиком жестокого обращения как части ожидаемого вознаграждения. Чем дольше продолжалась эта практика, тем с большей неохотой мальчик сообщал об этом окружающим (тем более что, как он считал, ему все равно никто не поверит). Спустя какое-то время мальчик даже стал защищать своего обидчика, которого стал воспринимать как источник получаемых им благ. Только оглядываясь назад, эта жертва смогла осознать, насколько серьезный вред ему причинил человек, которому он всецело доверял. Даже спустя длительное время этот мальчик не мог избавиться от мысли, что факт обнародования им всей правды об их отношениях является предательством.
Механизм периодического вознаграждения зависимого от тебя ребенка хорошо знаком тем, кто практикует сексуальное доминирование и подчинение. И Дин Корлл, безусловно, тоже использовал его в своих целях. В поисках партнера по своим преступлениям он искал того, кто был готов подчиниться или играть роль «сабмиссива». Как «доминант», Дин Корлл считался бы главным, а «сабмиссив» беспрекословно подчинялся бы ему. Такой тип отношений формировал бы близость, основанную на лояльности. Когда Дин Корлл совершал преступные действия (изнасилования и убийства), его «сабмиссив» приспосабливался к этому, покрывал эти преступления и помогал навести порядок. Дин Корлл смог приучить своих сообщников к этому.
Для подростков, особенно тех, для кого характерна неразвитость чувства идентичности (или самосознания), такая форма компромисса влияет на то, как они видят для себя формирование своей личности. «Доминант» предлагает им то, чего они хотят и не могут получить иным способом, поэтому они сдаются. А как только они окажутся скомпрометированы тем или иным преступлением, их уже бывает несложно убедить передать «доминанту» всю сферу ответственности за себя. Как результат, «доминант» получает над ними практически неограниченный контроль.
Психологический уровень тех, кто играет роль подмастерья в командах убийц, часто бывает достаточно низким. Однако не все сообщники хищников похожи в этом отношении друг на друга. Ниже приведенная типология сможет внести больше ясности в то, как работают такие партнерства.
Принцип равных партнеров предполагает партнерство двух (или более) человек, но такое сообщество было бы неверно называть «командой сообщников» в буквальном смысле этого слова. Эти лица действуют сообща, они оба хотят причинить вред своим жертвам, они расширяют сферу порочных наклонностей друг друга. У них пропадают стимулы, чтобы сдерживать свои порочные побуждения. Каждый из них, зеркально повторяя преступные действия своего партнера, усиливает и свое собственное, и его возбуждение. У них могут быть разные роли, но они полностью согласуют их друг с другом. Зачастую, если правоохранительные органы начинают расследование их деятельности, каждый из них старается возложить основную вину на своего партнера и заключить сделку с правосудием. В таких случаях эти лица склонны утверждать, что являлись
