патрулю. За превращение маггла в свинью, тем более временное, тем более почти без свидетелей, тем более если ты местный аристократ, отделаться можно и штрафом.
Но после того как я представился адвокатом, пусть и магическим, который выиграл дело «Вернон Дурсль против Сириуса Блэка» и спросил, куда девать положенную денежную компенсацию, глаза Дурсля потеплели…
Дальше больше — вскоре я им уже сказал, что силы зла и расисты в магическом мире повержены. Именно поэтому вы по программе свидетелей отправляетесь…
Никуда не хотите? Жаль. А ведь в программу защиты свидетелей входит десять тысяч фунтов стерлингов на человека в месяц, бесплатная смена внешности и магическая медицина. На этом месте слегка ожиревший Вернон загорелся идеей. А Петунья посмотрела на ребёнка и решила, что тому тоже можно похудеть, но при этом есть всё, что хочется.
Зачем я так вожусь с магглами? Это не просто троллинг Лили.
Гарри будет изображать из себя мишень. Я уже подготовил колоссальный рунный рисунок по ацтекской методике. Альбус Дамблдор убьёт пацана и умрёт. Систему рун он не заметит — нарисую водой, ему будет не до полного сканирования. Лили будет изображать из себя последнюю линию обороны крестража — материнский инстинкт против Бузинной Палочки.
Но вдруг всё пойдёт не так, как надо? Вдруг пацан выживет, а Лили нет? Куда девать Гарри? Правильно! У него есть родственники! Которые его полюбят. Такие, как Том — озлобленные волки, мне не нужны. А домашнему мальчику всегда найдётся место в моём мире…
Я-9 отпускал Абидеми в отпуск в Африку. Бедняга остался без головы деда, поехал искать замену.
Я-10 читал газеты. Обожаю прессу!
На одной из страниц газет Альбус Дамблдор, одноногий и одноглазый, обнимал Аластора Грюма, одноного и одноглазого. Оба они стояли на палубе пиратского корабля. И они пели, действительно пели: « …в пучину грабежа ты нырни поскорее, стоя по пояс в крови…»
Или вот из рубрики анекдотов в газете: «Почему Грин-де-Вальду крови по шею, а Альбусу Дамблдору — по щиколотку? Потому что Альбус Дамблдор залез Грин-де-Вальду на плечи!»
Но особенно меня порадовали стихи про Альбуса:
«…Он зачитает приговор,
а после — заавадит вас в упор.
А может, пустит в дело Гриффиндора меч?
Хотя он любит просто жечь!
Большой простор для добрых дел,
секс с Грин-де-Вальдом не предел…»
Журнал придира отличился, на мой взгляд совсем не плохо написано про Альбуса:
«Властью одаренный,
Верный света пёс,
Прочитав молитву,
Кару я принёс.
Разрезаю плоть,
Душу спасаю в священном огне,
Я выше закона -
Этот грех я несу,
В одном лице я судья и палач,
Истезая плоть, мне не ведом плач,
Враг прячется всюду,
Маску лжи я сдеру.»
А ведь ещё будет речь безутешного Эдварда Лестрейнджа в газетах: «Альбус убил моего сына. Разрушил мой дом. Он убил даже домовиков! Что домовики — он убил даже домашнего бегемотика, что жил в аквариуме!»
Я, правда, так и не понял, зачем Эдвард держал дома обычного бегемота, но ладно… У Невилла были попугаи, Эдвард большой мальчик, вот и игрушка была большая.
Но даже на фоне этого выделялась газета «Придира». Я решил, что Лавгудам пора расширить издательскую деятельность, благо Пандора — Пожиратель Смерти, и ей так писать можно.
В последнем выпуске рассуждали, чем Альбус Дамблдор отличается от Сам-Знаешь-Кого. Если вкратце: Дамблдор запрещает Тёмную Магию, разрешает Поцелуи Дементоров, ворует деньги и убивает детей. Сам-Знаешь-Кто разрешает Тёмную Магию, запрещает Поцелуи Дементоров, раздаёт деньги и спасает детей. А ещё Сам-Знаешь-Кто — натурал.
Я-11 читал новость о неожиданном самоубийстве Августы Лонгботтом. И правда неожиданном! Я всего лишь выслал ей информацию, кто и как убил её внука. И доказательство того, что ребёнок был у меня на воспитании и с ним хорошо обращались.
Я надеялся, что старуха присоединится ко мне. Или выступит против меня — тогда её можно будет просто посадить. Всё лучше, чем неопределённость. А она самоубилась! Ладно, тоже выход. А источник магии… И на него найдётся охотник.
POV Альбуса Дамблдора.
Собрание остатков Ордена Феникса пришлось прервать после того, как Северус принёс весть, что Волан-де-Морт воскрес. Альбус надеялся, что у него будет больше времени, что удастся использовать отсутствие Тёмного Лорда, чтобы посеять раздор между слугами и к моменту возвращения Волан-де-Морта от организации его врагов уже ничего не осталось… Не вышло.
Альбус Дамблдор напряжённо думал в одиночестве под звёздным небом. Тоненько поскуливал ветер, а в мыслях маг до сих пор слышал вой оборотней и видел взрывы заложников изнутри.
Рядом с каждым из крестражей Волан-де-Морта он оставлял часть себя. Воскрешающий Камень забрал его жизнь, пусть и дал время уладить земные дела. Во время охоты за, как он понял потом, медальоном Слизерина, он убил своего брата и впервые со времён боя с Грин-де-Вальдом использовал Тёмную Магию. А ещё пришлось оставить там свою руку. Василиск-крестраж разбил его иллюзии, что он может защитить других — жалко учеников Хогвартса, а то, что пришлось засветиться с Тёмной Магией — мелочь.
Операция с дневником в доме Малфоев казалась удачной, но Волан-де-Морт использовал её, чтобы окончательно утопить его репутацию и выставить вором и грабителем.
Гринготтс… Всё прошло как по нотам, но пришлось рассориться с гоблинами. А с гоблинами даже Грин-де-Вальд не стал ссориться…
Но хуже всего последнее дело. Он правда пытался спасти заложников — не вышло. Все мертвы. Он пытался отделить крестраж от Невилла, хоть и знал, что это бесполезно — не вышло. Даже самозаклинающийся режим Бузинной Палочки не помог: на просьбу отделить крестраж Волан-де-Морта от носителя палочка оставалась холодной.
Он оказался не готов к тому, что крестражем Волан-де-Морта окажется Невилл Лонгботтом! Что нужно было делать? Пощадить его? С радостью бы пощадил при других обстоятельствах. Например, если бы Волан-де-Морта удалось нейтрализовать. Какая жизнь была бы у Невилла? Гарант бессмертия, собранный безумцем? Не было уверенности, что цель возьмёт Авада, не было желания резать ребёнка гоблинским клинком, попытка вскрыть сферу для изучения объекта закончилась потерей адамантовой руки… Поэтому пришлось сжечь. В своё оправдание он может сказать только одно — всё прошло так быстро, что боли Невилл не почувствовал.
Он попытался уничтожить дух Волан-де-Морта — не вышло. Он пробовал захватить бесплотный дух Волан-де-Морта в плен — не хватило времени. Слуги его врага подоспели слишком быстро. На этом месте оставалось только умереть. Он бы так и сделал, но у Волан-де-Морта есть
