за это в словесной форме.
Когда все разошлись, мы вновь остались наедине с Мэй Танакой. Так вышло, что мы стояли на удалении от ресторана в относительно темном местечке.
— Спасибо тебе, Кайто, ты снова хорошо себя показал, — сказала глава компании.
— Разве что в поедании дорогой еды и в поглощении лучших вин, — отшутится в ответ.
— И в том, что мне с тобой было спокойно, — подметила Мэй.
— Не стоит, а то я умру от смущения, — сказал, вспомнив самое главное.
— Танака-сан, не посвятишь меня в главную тайну? Не думаю, что нас могут слышать. Если хочешь, говори шепотом. Так вот, где находится комп, о котором ты говорила? Только не говори, что его вживили под кожу, как в фильме?
— Аха-ха, ты смешной, — бросила Мэй слегка подвыпившим голосом. — Моя кожа слишком хороша, чтобы я позволила ее портить.
У меня в глазах замер немой вопрос. Мэй сразу поняла, что надо сообщить правду, иначе я попросту ее придушу. К тому же, я рисковал жизнью ради тех образцов. Кому как не мне быть в курсе событий?
— Контактные линзы, — спокойно сказала девушка. — Вставляются в глаза, и ты видишь перед собой как бы облачный сервис. Это сложно объяснить, надо пробовать. Но по ряду причин ты не сможешь пока стать испытателем.
— Чего блин? — выругался, забыв о приличиях.
Нет, я знал, что есть микросхемы размером несколько миллиметров. С их помощью создают важные гаджеты, медицинские приспособления и те же прослушивающие устройства.
Но чтоб полноценный компьютер уместился в контактных линзах. Да так, чтобы это было не видно со стороны… Такого я еще не встречал.
Мне довелось рассмотреть Танаку во всей красе при хорошем освещении. Ее глаза были вполне обычными, либо я совсем уже спятил и потерял зрение.
— Все просто. Линзы служат монитором, не более. Сам процессор размером с пару смартфонов, может находиться неподалеку, транслируя сигнал, — пояснила Танака и улыбнулась, видя, как я шокирован.
— Ладно, я сейчас тебе докажу. В моих глаза, на первый взгляд, нет ничего необычного. Но стоит только включить подсветку, и вот… — добавила глава фирмы.
Он моргнула глазами, и в них появилось синее свечение. Вокруг глазных яблок образовалась светящаяся окантовка. Мэй стала похожа на робота или существо из другого мира.
Не ужели это реально? Кто бы рассказал, не поверил бы. Хотя, совсем недавно смартфоны казались чем-то диковинным.
Выйти в интернет с телефона звучало так же, как погладить белье холодильником. А теперь, у каждого в кармане свой комп, плюс студия в придачу.
Что говорить, многие становятся звездами с помощью одного мобильника. Свет, камеры, декорации, эфирное время? Не, не слышали. Станцевал в бабкином платье на фоне шторки, снял на мобильный, наложил смешную музыку и вуа-ля.
Так что это просто новый рывок прогресса. Но стоять у истоков рывка слишком волнительно. Справляюсь с эмоциями, пытаюсь делать понимающее лицо.
Тем временем, Мэй, рассказывает, как она заходила в сеть, просто моргая глазами. Как сверхбыстрый интернет и удобный интерфейс помогли найти нужную информацию в считанные секунды, чем она явно удивила наших новых партнеров.
— Там нет обычного браузера и поиска, все куда проще. Можно быстро выполнить несколько операций, немного напрягая глаза. Если такие гаджеты поступят в продажу, люди будут экономить много времени и сил на работу в сети, — восторженно закончила Мэй, немного повысив голос.
— А мы станем у истоков этого дела и получим все лавры, — добавил я.
— Можно и так сказать. Все же мы коммерческая компания, а не благотворительный фонд, — радостно заявила Танака.
Образовалась неловкая пауза. Мы внезапно посмотрели друг другу в глаза и замерли, не в силах сказать ни слова.
Свет контактных линз имел некий эффект гипноза. Я понял, что не могу себя контролировать. Выпитый алкоголь тоже дал о себе знать.
Я будто в тумане подался немного вперед, Мэй сделала тоже самое. Можно было сказать будто нас что-то остановило. Но нет, на сей раз все отлично сошлось.
Поцелуй с Мэй Танакой состоялся по высшему классу. Он был долгим, крепким и страстным. И холодная осеняя ночь стала будто немного теплее.
Глава 9
Могло показаться, что это счастливый финал. Теперь мы будем встречаться, потом начнем вместе жить, заведем ребенка, собаку и кактус на компьютерном столике.
Но жизнь далека от красивых сказок. На следующий день Танака сделала вид, что не помнит нашего поцелуя. Сухо поблагодарила меня за помощь, сказала, что не останется в долгу и пожелала плодотворной работы.
Последняя снова была рутинной. Ничего нового не происходило. Разве что Ходу повеселел, постоянно травил байки и лез ко всем с разговорами. За что получил замечание от Ямагути, который напомнил, что парень все еще не прощен до конца после прошлого раза.
Как следует погорбатив в офисе, пришел домой поздно вечером. И тут, моя жизнь заиграла новыми красками.
Хозяин квартиры, в которой жил это время, решил меня выселить. Обычно, это страшная катастрофа. Найти хорошее и дешевое жилье в Токио очень сложно.
К тому же японцы не любят менять насиженные места, считая, что лучше жить хуже, но постоянно. Или что-то подобное.
Я не разделял подобную философию, мне вынужденное переселение было на руку. Заработал достаточно денег, чтоб не ютиться в каморке. Нужно было делать шаг вверх по социальной лестнице.
Но насыщенная жизнь не позволяла этим заняться. Теперь можно смело сказать: это не моя прихоть, просто не было выбора. Хозяин квартиры подчеркнул, что не держит на меня зла. Я должен съехать по вине самого хозяина, который чувствует себя неловко, дико извиняется и готов дать нужное время на поиск нового места.
Я знал, что хитрый японец лукавит. На меня давно косо смотрели соседи. Все эти драки, появление мутных типов, человек-собака и многое другое. Это не оставляло равнодушными многих людей.
Те капали на мозги владельцу недвижимости. А капля, как известно, может проточить камень. Можно было пролить много слез и соплей. Но я ни раз менял место жительства. К тому ж, недавно присмотрел парочку неплохих вариантов. Да и деньги на платные консультации риелторов тоже водились.
Весь вечер просидел за компьютером, на следующий день уже были интересные варианты. Еще немного, и можно спокойно свалить из каморки, оставив позади старую жизнь.
А пока приходится заниматься фигней, изображая молодецкий азарт и бодрость духа. Пришел
