class="p1">Антония, Перес и Николас бросаются к окну, смотрят на эту сцену.
Ключница. Отвечай, поганый попугай, повторяющий чужие слова, где сеньор Кихано? Куда ты девал его? Ты один? Отвечай, ты один вернулся?
Санчо. Я не настолько глуп, сеньора ключница, чтобы утверждать, что нас двое. Вы же видите, что я один!
Ключница. Куда ты девал, окаянный, сеньора Алонсо?
Санчо. Кто-нибудь, у кого доброе сердце, на помощь! Дорогая ключница, меня били за эти дни много раз, но каждый раз били к концу нашего пребывания где-нибудь, а теперь трепка начинается, лишь только я сунул нос в ворота! Помогите!
Антония. О боже, она терзает его!
Перес. Погодите, погодите, мы сейчас все узнаем.
Ключница. Куда ты девал моего господина?
Санчо. Спасите меня от адской ключницы! Сеньор цел, жив и здоров! Вы не имеете права бить меня! Не сегодня завтра я стану губернатором!
Ключница. Слыхали вы что-нибудь подобное, добрые люди? Кто вбил тебе в голову эту мысль, алчный чурбан? Где сеньор Кихано? Почему ты молчишь?
Санчо. О боже праведный! И нет никого, кто вырвал бы меня из рук ключницы, терзающей меня, как ястреб куренка!
Перес. Сеньора ключница!.. Почтенная сеньора, подавите свой гнев, который вы обрушиваете на этого ни в чем не повинного человека!
Санчо. Это кто же такой?
Ключница. Пусть он скажет, где он покинул сеньора Алонсо!
Перес. Мы узнаем это скорее, чем вы. Я очень советую вам, сеньора ключница, продолжать готовить нам пищу, нам предстоит неблизкий путь.
Ключница. Ну хорошо, сеньор. Но узнайте, умоляю вас, где бедный мой господин! (Уходит.)
Перес. Почтеннейший, оставьте вашего осла и подите сюда.
Санчо (входя в комнату). Доброго здоровья, глубокоуважаемые сеньоры и сеньор!
Перес. Позвольте, да это он!
Николас. Верить ли мне моим глазам?
Перес. Да, принцесса, это он, Санчо Панса, оруженосец прославленного рыцаря Дон Кихота. Я не успокоюсь до тех пор, пока не облобызаю его!
Антония. Нет, нет, первая это сделаю я!
Николас. Нет уж, пустите меня первую! (Обнимает Санчо.) Моя душа взволнована, а в этих случаях единственно, что может успокоить меня, — это музыка. (Играет на гитаре.)
Перес и Антония обнимают Санчо.
Санчо. Покорнейше вас благодарю за музыку и ласки, которыми вы осыпали меня, но скажите, откуда вы меня знаете?
Перес. Слава вашего рыцаря уже побежала по свету, как огонь бежит по лесу, а следом за ней, конечно, побежала и ваша слава. Садитесь, любимый нами всеми оруженосец, и скажите нам, где же ваш рыцарь?
Санчо. Сяду я с удовольствием, так как очень устал после побоев ключницы, а где находится мой господин, я не скажу.
Перес. Но почему же?
Антония. Что слышу я? Жестокий оруженосец хочет отнять у меня последнюю надежду?
Николас. Почему вы не хотите открыть нам место, где находится ваш господин?
Санчо. Потому что он приказал мне держать это в тайне.
Николас. Дорогой оруженосец, это странно! Вы уехали вдвоем, а вернулись один. Люди, чего доброго, могут подумать, что вы убили сеньора Дон Кихота.
Санчо. Пусть каждого, почтенная донья, убивает его судьба, я же не занимался этим никогда, и все знают это.
Антония. Нет, он скажет, где Дон Кихот. Знайте, Санчо, что перед вами принцесса Микомикон!
Санчо. Ага… Это очень интересно! Я никогда в жизни не видел принцессы.
Антония. Теперь, надеюсь, вы сообщите мне местопребывание вашего рыцаря, которого я разыскиваю для того, чтобы просить у него помощи и защиты.
Санчо. Нет, принцесса, не сообщу.
Антония. Так слушайте же, злой оруженосец, печальнейшую повесть моей жизни. Я жила в неописуемой роскоши в королевском дворце моего незабвенного отца Тинакрио Мудрого и безутешного ныне его брата…
Перес. Это я — перед вами.
Антония. Да, это он. Мне воздавали королевские почести, я сидела на золотом троне днем, а по ночам в парке принцы пели под моими окнами серенады.
Николас играет на гитаре.
Санчо. Повесть ваша очень интересна, принцесса, но только я не вижу в ней ничего печального.
Антония. Слушайте, несчастный, дальше! В один ужасный день полчища великана Пандофиландо напали на наше королевство…
Санчо. А!.. Вот это хуже… Это я представляю себе ясно… Небольшое полчище погонщиков-янгуэсов напало однажды… и до сих пор у меня… впрочем, не стоит об этом рассказывать. Ну и что же было дальше?
Антония. Мою мать, королеву Харамилью… и отца моего…
Санчо. Этого Тинакрио?
Антония. Да, да. Зарезали!
Санчо. Насмерть обоих?
Антония. Да, они в могиле оба.
Санчо (Пересу). А как же вы уцелели, королевский брат? Вы, наверно, сдались? В отчаянных положениях самый храбрый бережет себя для лучшего случая.
Николас (Пересу). До чего он придирчиво слушает, черт его возьми!
Перес (Николасу). Кажется, он немного растрогался.
Николас играет на гитаре.
Антония. И вот я в сопровождении моей дуэньи бросилась искать Дон Кихота Ламанчского, чтобы найти у него покровительство. Теперь-то уж вы мне, конечно, скажете, где Дон Кихот?
Санчо. Не скажу.
Николас (швырнув гитару). А, чтоб тебя совсем!
Перес. Милейшая дуэнья Долорида, вы напрасно сердитесь. Мне кажется, что оруженосец поступает правильно, сохраняя тайну, доверенную ему его господином. А скажите, добрейший Санчо Панса, что же вас-то привело сюда одного?
Санчо. Я привез письмо племяннице от моего господина.
Перес. Она уехала вместе с лиценциатом и местным цирюльником…
Санчо. Я его знаю, с Николасом.
Николас. Ну да, с Николасом. Прекрасный человек этот Николас!
Санчо. Хитрый очень.
Николас. Ну, ну, ну…
Перес. Погодите… в город, чтобы узнать что-нибудь о пропавшем дядюшке. А вы привезли важное письмо?
Санчо. Очень важное и, главное, приятное.
Перес. Скажите!
Санчо. Оно заключает в себе приказание выдать мне в награду за верную службу двух ослят. (Шарит в карманах.) Ах! Ах… Ах…
Перес. Что такое?
Санчо. Ах я несчастный олух и дон болван! Ах я скотина и свинья! Будь я проклят! (Бьет себя по лицу.) Вот тебе! Вот тебе!
Антония. Что с вами, оруженосец?
Николас. Что с вами, дорогой упрямец?
Санчо. Бейте меня, сеньоры, прошу вас, потому что мне самому бить себя неудобно! Я потерял это письмо, а стало быть, потерял и ослят! Я ехал всю ночь, мечтая о том, как обрадуется им моя Хуана Тереса! Ах, ослятки мои, ослятки! Я дрожал от радости, я как будто уже ощущал вас в своих руках, я ласкал вашу нежную шерстку, я видел вас в моем хлеву! Кто мне поверит без этого письма, что мой господин действительно подарил мне этих ослят? Пандофиландо,
