Читаем без скачивания Черное зеркало - Юрий Волузнев

— Извини, детка, — тихо произнес Арвид. Немного помолчал. — У нас крутой бизнес. Иногда приходится чем-то жертвовать…

— Тем более что я как бы и вне закона. Так?

— Что-то в этом роде…

— Спасибо, утешил… Ну а Игоря-то зачем было подставлять? Он ведь совершенно ни при чем.

— Ты что, жалеешь его? — хмыкнул Арвид. — По большому счету, ты же сама первая его и подставила… Да и на днях злилась на него за то, что тебе мало внимания уделял.

— Это же другое дело… А так-то он и не виноват ни в чем.

— Не виноватых ни в чем людей не бывает… Ничего, ему на том свете в случае чего зачтется.

— А нам?

— И нам, наверное, зачтется. Только по другому боку…

Арвид задумался. Затем его лицо приняло какое-то жесткое выражение.

— Ну и плевать! Зато на этом свете хоть поживем как люди. А то ведь может и так статься, что на загробный мир уповаем, сидим, как мышки, хвост поджавши. Чихнуть боимся… Все ждем, когда нам оттуда благоволение придет… А там, на небесах-то, может, и нет ни хрена… Вот и останемся в дураках. Обидно будет?

— Нет, не будет… — покачала головой Лариса. — Во-первых, все, что полагается, там есть… Может быть, и не так, как мы себе это пытаемся представить, но есть. А во-вторых, если даже и ничего нет, то и обижаться будет некому. Исчезнем — и все.

— Тогда тем более, нечего и голову пустяками забивать.

— Дай-ка сигарету, — сказала Лариса.

Закурив, глубоко затянулась и выпустила большое облако дыма. Арвид молчал, пристально глядя на дорогу сузившимися, металлически поблескивающими глазами.

— А я так думаю, — нарушил он затянувшееся молчание. — Эта наша жизнь — она как бы экзамен. Нет, не в том смысле, как об этом попы толкуют. А в том, что если ты здесь, на земле, проявил себя как личность, сумел подняться над остальными, то и там тебе почет и уважение. А если был лохом всю жизнь, так лохом и останешься. Даже после смерти. Ведь на тот свет те же самые люди уходят, среди которых мы на земле живем. И то, чего они здесь добились, и там пригодится… Ну подумай сама. Если был мужик здесь авторитетом, то неужели он на том свете какой-нибудь шестерке пятки лизать будет? Нет конечно. Чушь все это собачья!.. Вот и на кладбище так же, — продолжал он. — Солидный человек — у него и могила солидная. А если трудяга какой-нибудь безропотный — так и стоит над ним холмик распластанный, неухоженный. Его все, кому не лень, ногами топчут и окурки кидают…

— Любопытная у тебя теория, — усмехнулась Лариса.

— Нормальная теория, — отрезал Арвид. — Я на это еще в Лавре внимание обратил. Одними надгробиями, теми, что побогаче, люди любуются, надписи читают… А по другим ходят… Если будешь там, обрати внимание. Дорожки для удобства экскурсантов могильными плитами уложены. И, между прочим, тоже старинными!..

— Carpe diem… — пробормотала Лариса.

— Что? — не понял Арвид.

— Лови день, — пояснила она. — Иначе говоря, «ловите миг удачи». Так в Древнем Риме говорили…

— Правильно они говорили. Умные были люди, — одобрительно кивнул головой Арвид. — Скажи еще что-нибудь по-латыни.

— Et si male nunc, non olim sic erit… — вздохнув, произнесла Лариса.

— А это еще что?

— Это строка из Горация. Приблизительно переводится так: «Если сейчас плохо, когда-нибудь станет иначе…»

Арвид усмехнулся.

— Хорошо бы твой Гораций прав оказался… Ну а еще что-нибудь?

Лариса ничего не ответила. Только насмешливо покосилась в его сторону.

— Ты мне лучше скажи, зачем патроны из пистолета вынул, — вдруг вспомнила она.

Арвид удивленно обернулся:

— Какие еще патроны?

— Обыкновенные… Махал там в ложе пистолетом. А он пустой был совершенно. Вот, полюбуйся…

Потянувшись за сумочкой, Лариса наткнулась на торчащие из нее туфли и только сейчас вспомнила, что до сих пор сидит в одних чулках, пристегнутых к кружевным черным резинкам. Она достала парабеллум и протянула его Арвиду. Затем натянула туфли на ноги.

Арвид приостановил машину. Повертел пистолет в руках, вынул обойму. Недоуменно пожал плечами:

— С чего это ты взяла, что он пустой? Все на месте.

— Как?!. — подняла она голову.

Арвид показал обойму, до отказа набитую тускло сияющими латунным блеском патронами.

— Что-то ты, подруга, того… — недоверчиво засмеялся он.

— Старик тоже вынимал. Но там было пусто… Он еще издевался надо мной из-за этого…

— Да-да, припоминаю… — задумчиво произнес Арвид. — Действительно. С какой бы стати иначе он тебе его в руки дал?.. Ну хорошо. Старик вынимал обойму. А потом что?

— Потом нас увели. Этого — пристрелили и в люк сбросили, а меня — к врачу на осмотр и в баню…

— А потом?

— Снова к старику привели. И в постель.

— А пистолет где все это время находился?

— Да так и лежал на столике, куда его положили…

— Любопытненько… — озадаченно пробормотал Арвид. — Хотелось бы узнать, кто все это проделал.

— Думаешь, его кто-то разрядил, а потом снова патроны вставил?

— Наверняка… Только вот кто и зачем?.. Жаль, никогда, наверное, этого не узнаем.

Арвид помолчал немного. Затем махнул рукой:

— Хрен с ним! Главное — дело сделано и мы оба живы. Бабки получим, поделим — и за новые дела примемся. У меня уже еще кое-что на примете вырисовывается.

— И опять я в роли дурочки окажусь?

— Нет. Теперь все по-честному. Можешь мне поверить. На пару работать будем. Без посторонних… А если не хочешь — я не держу. Можешь полностью собой располагать…

Лариса невольно улыбнулась:

— Ты уже, помнится, отпускал меня на все четыре стороны… Правда, с бомбой в сумочке…

Арвид покосился на нее. Потом рассмеялся:

— Ладно, не бери в голову.

Протянул ей парабеллум.

— На, убери на место.

Лариса вскинула брови.

— Разве ты у меня его не отбираешь? — удивленно спросила она.

— Теперь — нет. Поехали дальше…

Некоторое время снова молчали. Вдруг Арвид сплюнул:

— Черт! Не допер сразу. Надо было с него хоть куртку содрать.

— С кого? — не поняла Лариса.

— С кого, с кого… С Васьки…

— Зачем?

— Ну как зачем? Для тебя же… Мы сейчас эту тачку бросить должны. Не на ней же нам через пост ГАИ в город въезжать!.. А потом пешим ходом на станцию переться надо. В Горскую… Первого поезда дожидаться. А ночь холодная… Да и видок у тебя тот еще… Весь Питер будет пальцами тыкать. Школьница какая-то…

— Это меня по приказу старика так вырядили. На мне даже и трусов нет…

— Да, это проблема! — хохотнул Арвид. — Придется померзнуть. Ну да потерпи немного. Дома отогреемся. От Новой Деревни сразу тачку берем — и до хаты. В метро соваться не будем: рискованно. А там, возле дома, проскочим как-нибудь, пока еще народу немного. Скамеечные старухи дрыхнут пока… Мало ли мы откуда идем… С маскарада, может быть…

— А где же твоя машина? — спросила Лариса. — Сейчас-то мы на чьей едем?

— Бензин кончился. Встали на полдороге. Пришлось на перекладных добираться… Какая-то сволочь, наверное, у нас бензин слила. А может, этот козел Васька просто заправиться забыл…

— Как это, на перекладных?

— А вот именно на том, в чем и сидим… Короче, взяли напрокат у хмыря одного. Ничего, потом найдет свою тачку, если ее кто-нибудь другой снова не уведет… А пока и пешком потопает. Полезно для здоровья…

— А пиджак с бабочкой?

— В нашей тачке… Я это все скинул к чертям. В куртке удобней по подвалам лазать… А тачка в надежном месте укрыта… Потом заберу.

Арвид замолчал. Затем неожиданно свернул в лес. Проехал несколько метров между деревьями. Остановился в густом кустарнике.

— Скоро открытое место. Аэродром… Пересидим здесь пока. Все ж таки лучше, чем на перроне мерзнуть и лишний раз перед ментами светиться… Когда пойдем, мою куртку наденешь. Ничего, сойдет для сельской местности… А для сугрева у меня еще кое-что в бутылке плещется…

Достал сигарету. Предложил Ларисе. Оба сидели в машине, скрытой зарослями. Курили и думали каждый о своем…

Приспустив стекло и выщелкнув в темноту недокуренную сигарету, Арвид как-то многозначительно хмыкнул. Повернулся к Ларисе:

— Что ты там насчет трусов говорила? Что? Совсем голая?..

Она внимательно посмотрела ему в глаза. Кивнула.

— Так, может быть… погреемся?.. Как ты на это смотришь?

Лариса усмехнулась про себя.

И снова кивнула…

Глава 8

На следующий день, ближе к вечеру, она, свободная и, несмотря ни на что, счастливая, с высоко поднятой головой гордо шагала по проспекту. На ней были все те же потрепанные Светкины джинсы, та же немыслимая зеленая курточка, стоптанные кроссовки… Но она была свободна.

Она шла в свое новое жилище, из которого вышла несколько дней назад, намереваясь вернуться часа через два, но поневоле задержавшись почти на целую неделю. Фантазия рисовала ей радужные картины новой, безоблачной жизни, не зависимой ни от кого, наполненной солнечным светом и ощущением своих неограниченных возможностей.