Читаем без скачивания Агрессия - Маргарита Епатко

– Так вот вы какие, – задумчиво произнесла она, глядя на зверя с горящими глазами. – Хочешь драться? Я не уступлю.

– Я пр-ришел с мир-р-ром, – зверь склонил голову в поклоне. – Меня зовут Гор-напш-тик-нер-р, – прорычал он.

– Приятно познакомиться, я Инесса, – женщина присела в реверансе. – Не знаю, что заставило вас перейти на мою сторону, но сейчас не время для разговоров. Не могли бы вы оказать мне услугу, добрый господин, – улыбнулась она.

Зверь склонил голову, словно ожидая приказаний.

– Моя сестра безумна. Мне боязно оставлять ее одну в этом лесу. Не могли бы вы побыть с ней. Моя клятва зовет меня в дорогу, – она подняла руку, по которой всполохами бегали синие огоньки.

– Хор-ро-шо, – зверь медленно подошел к Матильде и сел рядом с ней. – С-сколько?

– Я думаю, до завтрашнего полудня будет достаточно, – сказала Инесса.

– Пр-ринято, – прорычало животное.

– Пока сестричка, – произнесла Инесса и, не оборачиваясь, вошла под тень вековых дубов.

– Этого не может быть! – вскочила на ноги Матильда. – Ты должен служить мне, а не ей. Она и тебя то же околдовала. Ненавижу! Ненавижу, – затопала она ногами и вдруг поняла, что чары недвижимости больше не действуют. Матильда бросилась на колени, ища на земле, нужные для заклинаний растения.

– С-сядь, – она почувствовала на шее чье-то горячее дыхание.

Матильда осторожно подняла голову. Над ней нависал мощный зверь с пылающим взором. Он явно сердился, обнажив громадные клыки.

– Хорошо, – Матильда сглотнула слюну и села на землю, продолжая шарить руками в траве.

– Р-руки, – рявкнул на нее зверь. Несколько искр, вылетевших из его глаз, с треском опустились на лиф ее платья, прожигая материю.

Матильда положила руки на колени, тщетно придумывая как найти выход из этого положения. Она уже собиралась открыть рот, чтобы высказать этому созданию свои доводы. Она была уверена, они смогут договориться.

– Лучш-ше молчи, – выдохнул зверь. Он лег напротив и уставился на нее немигающим взглядом.

Коннетабль Альберт всего на мгновенье смежил веки. Ночь выдалась на редкость спокойной и к утру, дрема навалилась на него с такой силой, что он не выдержал, позволив себе слегка расслабиться. Но первый луч солнца, выглянувшего из-за стоящего перед замком стеной леса, заставил его открыть глаза. Альберт вздрогнул от увиденного. Он машинально нащупал рукой рог и затрубил тревогу. Потом, знаком приказав заспанному рыцарю занять свое место, слетел по лестнице во внутренний двор. Бегом пересек его. Войдя во внутреннюю башню, по переходам заспешил в оружейную. Он уже занес руку над обитой железом дверью, чтобы постучаться в покои баронессы, как дверь открылась и вышел Эрмон. Он на секунду остановился, давая Элеоноре возможность затянуть кожаный ремень на плече, скрепляющий доспехи.

– Доброе утро, коннетабль, – широко улыбнулся он. – Я и моя жена рады приветствовать вас.

Элеонора покраснела и смущенно опустила глаза.

Альберт кивнул, буравя взглядом Эрмона. Он понял его правильно и повернулся к Элеоноре.

– Я думаю, вам лучше вернуться в башню, мадам.

– Разумеется, – Элеонора послушно наклонила голову и протянула Эрмону ключ от башни.

– Думаю, Вам лучше закрыться изнутри, – отрицательно покачал головой рыцарь. – Мне достаточно того, что я получил ключ от вашего сердца.

– Я буду молиться за вас, – Элеонора подняла глаза на Эрмона. – И за вас, – она перевела взгляд на Альберта.

Дверь закрылась, загремел засов. Рыцари переглянулись и стали молча подниматься к выходу из оружейной. Когда они подошли к широкому проему башни, смотрящей на лес, там сгрудились почти все защитника замка. Они оживленно размахивали руками и переговаривались. Но притихли, увидев двух подошедших к ним коннетаблей.

– Рыцари, – громко произнес Альберт. – Провидению было угодно, чтобы мы оказались здесь. От нас зависит не только спасение нашей жизни, жизни баронессы или замка. Вы видите, нам приходится воевать с демонами. И если господь доверил нам совершить этот подвиг, значит, он знал, что мы справимся. Время вспомнить наши клятвы. Победа или смерть, – прокричал он, поднимая меч.

Ему ответил дружный хор голосов. Каждый из рыцарей кричал свой девиз.

– А теперь все по местам, – скомандовал Альберт.

– Хорошая речь, – произнес Эрмон, продолжая смотреть в сторону леса.

– Спасибо, – кивнул Альберт, – но я не услышал вашего девиза.

– Лучше смерть, чем бесчестье, – сказал Эрмон.

– Неплохо, – прокомментировал Альберт.

– А по мне так слишком длинно, – ответил Эрмон, – Девиз достался мне вместе с гербом от приемных родителей. В бою я, обычно, кричу «че-е-есть», – продемонстрировал он крик, делая зверское лицо. – Противник ничего не понимает и сдается от ужаса, – и Эрмон расхохотался.

– Мне нравиться ваше настроение, – улыбнулся Альберт – Спокойный воин привлекает к себе удачу.

– А вы мудрец, – удивленно посмотрел на него Эрмон.

– Так говорил прежний коннетабль, Леон. Он посвятил меня в рыцари.

Они переглянулись и вновь посмотрели в сторону леса. Картина, разворачивающаяся перед их глазами, невольно приковывала взгляд. На всем протяжении леса до линии горизонта из него выходила волна серовато-бурого цвета. Она заливала пространство, не оставляя просвета для клочка зеленой травы или пяди черной земли. Мутный поток неумолимо приближался к замку. Вот он подошел настолько близко, что уже стали вполне различимы клыкастые морды зловещих тварей. Они шли, рассекая когтями землю. Маршируя плечом к плечу, как заправские солдаты. И следящие за ними рыцари, невольно чувствовали, как леденящий ужас прокрадывается им в души, замораживая все желания и мысли, парализуя волю.

– Победа или смерть! – закричал Альберт, выводя рыцарей из замешательства. Они, вздрогнув, словно очнулись ото сна, крепче сжимая в руках оружие.

– Лучше смерть, чем бесчестье! – впервые за всю жизнь серьезно произнес свой девиз Эрмон. Только теперь он полностью осознавал смысл сказанных им слов.

Агнесса бросилась обратно к пещере. Она не понимала, почему эта страшная тварь встала на ее защиту. Но слова о ребенке привели ее в чувство. Через пару минут, оказавшись у пещеры, она увидела Марион. Девочка сидела рядом с телом Бриана, положив руки ему на грудь. Мягкое, розоватое свечение от ладошек девочки, заставляло светиться кинжал, торчащий груди рыцаря.

– Госпожа, что вы делаете? – бросилась к ней Агнесса.

– Ты во время пришла, – девочка подняла на нее безмятежное личико. Словно не было вокруг этих трупов и разбросанного в беспорядке оружия. Будто не прижимала она окровавленные ладошки к груди бездыханного рыцаря. – Помоги мне вытащить кинжал. У меня сил не хватает.