Читаем без скачивания Зайчик для Волкова (СИ) - Таль Ная

Противный смех вонзается в затылок и не чувствуя своего тела я бросаюсь прямо на Полину. От неожиданности девушка валится на пол, а я вцепляюсь в длинные чёрные волосы.

— Юля! — Милана пытается меня стащить со смеющейся твари, но я упорно цепляюсь за всё до чего могу дотянуться. По ушам набатом бьёт треск ткани.

Нас разнимает мужчина. Ни слова не говоря, он одним ловким движением отбрасывает меня к двери, а потом помогает Полине подняться. Не понимая, что происходит вокруг и пытаясь найти опору, я кое как встаю на ноги. Перед глазами чёрные точки пляшут неведомую круговерть.

— Мы уходим, — встаёт передо мной Милана. — Уходим. Юля, ты как? — Спрашивает не оборачиваясь.

— Встала, — выговариваю с трудом.

— Дверь открывай, — непослушными руками нащупываю ручку и выполняю короткий приказ. — Отличный халатик, — кивает подруга девушке и одним ловким движением что-то хватает впереди. — Анжелике привет, — уворачивается от мужской руки и выталкивает меня из квартиры.

Подруга тянет меня за руку, и мы бежим вниз по лестнице. Перед глазами всё кружится и пролёты размазываются один за другим. Вываливаемся на улицу, задыхаясь и хватая ртом холодный воздух. Меня резко бросает в пот и проступает испарина на лбу, которую я пытаюсь стереть ладонью.

— Всё. Дыши, — слышу в темноте или это просто я ничего не вижу.

— Что ты… — зрение понемногу приходит в порядок, осматриваюсь вокруг и прислушиваюсь не бежит ли кто-то за нами.

— Они не погонятся. Документы на труп ей уже всё равно не нужны, — трясёт перед моими глазами бумажками.

— А если она заявит в полицию? — Смотрю наверх точно в нужные окна.

— Это ты наивная, как одуванчик. Думаешь, если ты такая честная, то и все вокруг такие. Не меряй по себе. Идём в машину, — обнимает Милана, пытаясь унять мою дрожь. — Эта дамочка точно никуда не пойдёт, она уверена, что Марселя больше нет. Могу поспорить, Полина сейчас открывает шампанское и празднует победу.

Ноги подкашиваются, и я падаю на ровном месте. НЕТ. ЕГО БОЛЬШЕ НЕТ. Грудь сдавливают огромные тиски, перед глазами наивная чёрно-коричневая мордашка, а в ушах уже родное ворчание.

«Если не будет поздно» — предупреждала меня дочка.

Глава 64

Мила ловко подхватывает меня под локоток и тащит к машине. Не знаю откуда в такой хрупкой девушке столько сил, но она, словно бульдозер, прёт вперёд не останавливаясь.

— С ней всё хорошо? — Выходит к нам Вячеслав.

— Гадов, не тупи, лучше помоги затолкать её в машину.

Меня подхватывают сильные горячие мужские руки. В нос бьёт запах его одеколона. Приторный тяжёлый и сладковатый, как сама смерть, и к горлу подкатывает комок тошноты. Ничего не могу сообразить. На ногах ровно стоять не получается, но я стараюсь. В голове круговерть из картинок и убийственных мыслей. Как она могла? Это же… Это… Невозможно! Что за жестокость? В чём виноват Марс? В том, что его сильно любят?

— Мне надо забрать свою машину, — цепляюсь мёртвой хваткой в руки подруги.

— Ты одна никуда не поедешь. Да сядь ты уже, — заталкивает она меня, и Слава помогает ей утрамбовать меня на заднее сиденье. Косолапова садится рядом, а Градов оббегает машину и буквально запрыгивает за руль. — Говори адрес, мы поедем вместе.

— Куда вы успели вляпаться? — Возмущается мужчина, поворачиваясь к нам.

Я называю примерное место, потому что точный адрес просто не помню. Буду на местности, сориентируюсь. С этим у меня проблем нет. Мила быстро рассказывает своему другу о наших приключениях. А я… Я даже заплакать не могу. Внутренняя дрожь растекается по телу и меня не просто колотит, а колбасит от ужаса. Что я хочу там найти? Увидеть своими глазами растерзанный трупик? Слава забирает телефон и выходит из машины. Вижу, что с кем-то разговаривает, агрессивно жестикулирует, потом копается в телефоне и возвращается к нам.

Время превращается для меня в бесконечность. За окнами мелькают фонари и деревья, а я не могу и рта раскрыть, словно внутренности залили патокой и губы склеились. Милана прижимает к себе крепко и что-то шепчет. Вот только слова не успокаивают.

— Он справится. Он сильный. Ты же сама жаловалась на то, как он вокруг себя всё уничтожает, — не унимается она.

— Что он может? — С трудом раскрываю непослушный рот. — Перегрызёт поводок или прутья у клетки и сбежит?

— Ты должна верить, — напирает она. — Насколько я поняла, всё только началось.

— Пока мы едем его уже загрызут! — Моментально закрываю рот ладошкой, словно говорю какую-то гадость, за которую получу от мамы шлепок по губам. — Сейчас я так похожа на мать и даже понимаю её, — тихо жалуюсь подруге на себя за дурные мысли и то, что моя забота перерастает в панику.

— Все мы когда-то становимся похожими на родителей. Ты вот не веришь в ребёнка, думаешь, что он не справится и пытаешься смягчить все углы, чтобы он не наделал глупостей. А я пью, чтобы расслабиться и уйти от проблемы хоть ненадолго. Слав, передай шампунь, в горле пересохло, — тянется она за бутылкой.

— Проблемы? — Переспрашиваю и забираю шампанское прямо у подруги из-под носа, делаю глоток. Воды бы, но искать сейчас магазин нет времени. И какие у неё могут быть проблемы?

— Не отпустил, — поясняет Градов для таких не соображающих, как я.

— Да плевать, прорвусь, — бодро отвечает Мила, забирая у меня бутылку и делая глоток. — Всего-то заменить его помощницу, пока она лечится, но неимоверно бесит, что он нашёл куда надавить. Давайте, сейчас не об этом. Отвратительный день и шампанское закончилось, — жалуется она нам, тряся бутылкой перед моим лицом, но сочувствия никто не испытывает.

— А о чём? — Меня её перипетии с Демьяном отвлекают от дороги и мучительных мыслей, а она предлагает «не об этом».

Слава беспощадно матерится на светофоры и неповоротливых соседей по полосе и периодически посматривает на телефон. Хороший он всё же. Не отказывает в помощи и даже не особо и спрашивает нужен ли он там, просто едет.

— Надеюсь, после всего этого я заслуживаю автограф? Тем более, что теперь везу не просто любимую девушку, а невесту. Поздравляю, кстати, — обращается он ко мне.

— Вас всех кто ужалил? Ничего объяснить не хотите? — Спрашиваю с раздражением.

— Ещё скажи, что не смотрела интервью, — взрывается подруга. — Я уже посмотрела, а ты нет? Да тебе сейчас даже мужики завидуют. Слава все углы у Ольги обоссал от таких новостей и заставил всех посмотреть видео. Дважды!

— Не смотрела, — прикусываю нижнюю губу.

— Слышал? Она не смотрела, — обращается к Гадову Милана. — Не-не-не, без спойлеров! — Пресекает она попытку хоть что-то рассказать одним взмахом указательного пальчика. Слава бурчит, смотря на нас в зеркало заднего вида, но потом кивает.

— Да, что я? Думаете, не понимаю, что ли? Там написано было про невесту. Волков опять наболтал кучу всего, а у меня не спросил. Может, я не согласна? Он торопится слишком, а я…

— А ты дурочка, — заканчивает за меня Милана.

— Сама же говорила, что секс из жалости ни к чему хорошему не приводит, — возмущённо таращусь на неё, выбираясь из удобных объятий.

— Говорила — не говорила, у тебя должна быть своя голова на плечах и ничьё мнение тобой не должно руководить. Скажи ещё, что откажешься.

— Мне пока и не предлагали, — отрубаю разговор, потому что на выезде из города перед нами появляется огромная тонированная машина.

Таких монстров на дороге можно по пальцам одной руки пересчитать. Это ж практически танк, только на колёсах. Громадина притормаживает перед нами, требуя остановиться, и Слава за ней съезжает на обочину.

— Гадов, какого хера? — Орёт Милана, подбираясь, словно для броска.

— Я не собираюсь рисковать вами и собой, ясно Мила? Вы думаете там будет спокойно? Просто зайдёте и выйдете? Никто не подумал, кто там есть и сколько их? А теперь посиди тут, я поговорю с Русланом, и мы поедем.

Он выходит, а Милана и не думает оставаться на месте. Открывает свою дверь и с грацией дикой кошки, которая без раздумий попортит коготками физиономию любому, кто вздумает встать у неё на пути, идёт на встречу этому Руслану.