Раз обычный шпионаж не помогает, то теперь ставка сделана на разведку боем.
Изначально Хокаге рассчитывал, что другие какурезато попробуют заставить Орочимару и его Отогакуре показать свою силу. Это было бы выгоднее для Конохи, не было бы риска настроить население страны против себя. Но после переговоров Рюсея с Эйем и Оноки в Санро надежд, что Кумо или Ива начнет полномасштабную операцию в Ото стали близки к нулю, а у Кири и Суны в Стране Звука интереса нет. Поэтому Хирузену все же пришлось самому сделать первый шаг.
А если точнее, не Хокаге лично, а подчиненным ему шиноби.
К вечеру улицы города стали еще боле многолюдными, чем были днем. Хотя воздух был свеж и не располагал к длительным прогулкам, но горожанам и гостям столицы это сейчас, похоже, было только кстати. Отовсюду доносились звон струн или колокольчиков, трели флейт и пение. Суета, которая началась еще днем, подходила к своей кульминации, но сохраняла чинность.
Трем шиноби Конохи, которые к этому времени уже оставили свою маскировку, общее возбуждение было на руку. Несмотря на броский цвет волос Кушины и Минато, несмотря на протекторы Листа и форму шиноби, внимания на них обращали лишь чуть больше, чем на простых прохожих. Люди в основном были больше увлечены едой, музыкой и танцами. Правда, возникла проблема в центре города, где толпилось слишком много народа. Здесь пришлось попрыгать к храму по столбам уличных фонарей, но даже так никто, кажется, не обратил на них внимания.
Пока все шло даже слишком хорошо.
Фугаку остановил свою команду, запрыгнув на перекладину последних торий, вереницей выстроившихся вдоль пути к храму Инари, как его называли местные жители. Кушина встала слева от Учиха, быстро осмотрев площадь перед святилищем. Здесь тоже было много людей, но плотность толпы все же заметно уступала той, которая собралась у подножия храмового холма. Хотя часть людей терялась в поднявшемся от прудов и ручьев тумане, в сумерках, разгоняемых светом многочисленных фонарей и поднимающейся от горизонта луной, все же можно было рассмотреть пару десятков одетых в бело-красные одеяния жриц, несколько расхаживающих в латах самураев и еще с полсотни людей в гражданской одежде, определить род деятельности которых с ходу не получалось.
— Все они владеют чакрой, — предупредил, вставший справа от Фугаку Минато. — Чувствую много разреженной чакры вокруг.
— Туман, — коротко ответил Учиха, обозревая территорию храма шаринганом. — Об этом нас предупреждали. Вариация техники Киригакуре. Видимость шарингана в тумане из-за разлитой в воздухе чакры ограничена. В нем может скрываться противник. Кецурьюгану, как и бьякугану, туман не помеха. Помните тренировки?
— Поняли.
Шиноби Конохи, как правило, не встречаются с пользователями додзюцу, если не считать дружеских схваток с Учиха и Хьюга. В данном случае Фугаку имел в виду именно их внутригрупповые тренировки, когда Кушина и Минато пытались справиться с гендзюцу шарингана. Иллюзии кецурьюгана работали схожим образом, поэтому сегодня наработанные ранее приемы и тактики могут пригодиться.
Спрыгнув вниз, на покрытую каменными плитами дорожку к храму, шиноби, словно в воду, окунулись в туман. Серая масса слабо всколыхнулась, принимая в свои объятия трех ниндзя. Кушина заинтересованно провела ладонью по воздуху, с удивлением отмечая, что туман не особо-то холоден и на удивление сух.
— Словно и не туман вовсе, а дым, — тоже подметил странность Минато. — Но без запаха.
— Не похоже на Сокрытие в Тумане, — хмуро согласился Фугаку. — В нем не видно чакры Суйтона или других элементов. Но эффект тот же, что и у техники Киригакуре.
Кушина не имела шарингана, способного видеть чакру, и не владела сенсорными техниками, но все же почувствовать чужую чакру была в силах. Особенно, если она обволакивает все тело. В зыбкой дымке вокруг и в самом деле не чувствовалось преобразованной элементарной чакры, хотя, не зная тонкостей создания техники, судить о ней все же сложно.
— Дорогие гости, — внезапно раздавшийся за спиной женский голос едва не заставил Кушину вздрогнуть, — Рюджин-сама ожидает вас. Прошу, следуйте за мной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Несмотря на вежливые слова и обращение, слова незнакомки сочились холодом и дружелюбия в них не было ни капли. Сжимая рукоять куная в ладони, Кушина обернулась на голос, постаравшись сделать это без лишней спешки. Если бы неожиданно появившаяся незнакомка хотела напасть — она бы это уже сделала. А показывать ей свой испуг не хотелось.
Позади себя Узумаки увидела мико. Женщине было на вид лет двадцать, ее одежда не отличалась от одеяний других жриц храма. Никакого оружия при ней не было, но с таким умением подкрадываться, ей оно и не особо-то нужно. Хотя, если бы она желала убить или просто испытывала негативные эмоции по отношению к Кушине, то так незаметно зайти за спину не смогла бы.
Поэтому, стрельнув взглядом в сторону Фугаку, Узумаки подала знак, что опасности пока нет. В ответ Учиха медленно кивнул, вежливо сказав:
— Позвольте вас побеспокоить.
Мико в ответ молча шагнула вперед, не смущаясь тем, что прямо на ее пути стояла Кушина. Куноичи сначала удивленно вскинула брови, а когда жрица и не подумала отступить в сторону, Узумаки и вовсе возмущенно набычилась, упрямо продолжая стоять на месте.
Кажется, Минато успел обреченно вздохнуть, когда мико наконец достигла Кушины и, не думая никуда сворачивать, просто сделала очередной шаг вперед. Приготовившись к возмущенной тираде на тему слепоты и завышенного самомнения местных служительниц храма, Узумаки попыталась остановить мико, вытянув вперед руку. Однако к удивлению куноичи ее ладонь просто прошла сквозь тело жрицы.
Белая ткань одежды мико просто всколыхнулась, подобно плотному дыму. Рука Кушины погрузилась в грудь женщины, не почувствовав сопротивления. А через мгновение жрица и вовсе врезалась в Узумаки, на доли секунды разбившись в туманное облако. Красноволосая куноичи замерла, удивленно переваривая случившееся. За спиной же раздавались неспешные шаги мико.
— Молодец, Кушина, ты правильно поняла нашу стратегию поведения в Отомуре, — серьезно произнес Минато, хотя на губах его играла легкая улыбка, — но пока рано. Дождись хотя бы встречи с Орочимару.
— Да это ни в какие ворота, знаете ли! — сердито и смущенно одновременно пробормотала Узумаки.
— Всего лишь дымовой клон, — прокомментировал произошедшее Фугаку, на миг сверкнув багрянцем шарингана и шагнув вслед за мико, — распространенная в Амегакуре техника.
Сердито фыркнув, Кушина последовала за Учиха, при этом сверля подозрительным взглядом спину жрицы, идущей впереди. Сердилась при этом девушка больше на себя. Перепутать дымовой клон, который почти ничем не лучше обычного нематериального клона — это ошибка достойная ученика академии, а не джонина.
Мико вела шиноби Конохи по выложенной каменными плитами тропе к залу для молящихся, а Кушина меж тем все с большим удивлением отмечала знакомые с детства элементы в архитектуре храма. В Конохе такое встречалось, наверно, только в Храме Масок и храме Нака у Учиха.
К сожалению Кушины, молчаливая экскурсия по территории храма продлилась недолго. Жрица, несмотря на кажущуюся неспешность, быстро провела гостей сквозь собравшихся перед молитвенным залом людей. Узумаки чуть ли не кожей почувствовала, как по ней скользили колкие взгляды.
Несмотря на праздничную атмосферу, музыку и пение, люди здесь были более внимательными, и появление неожиданных гостей незамеченным не осталось. Впрочем, Кушина не осталась в долгу, с интересом рассматривая собравшийся народ в ответ. А люди здесь собрались точно не простые. Например, девушка точно заметила несколько знакомых по Книгам Розыска лиц. Возможно, таковых здесь было и больше, но заметить их Узумаки не успела, потому что мико привела их к хозяину этого места.
Орочимару восседал на деревянном кресле, практически троне, перед входом в здание храма. Лениво навалившись на подлокотник и подперев подбородок ладонью, он со скучающим видом наблюдал за приближающимися к нему шиноби.
