В ночь перед тем, как заразиться песочной чесоткой, Лориан увидел пророческий сон: его ослепил трепетный свет. Долина, по которой они шли весь день, была наполнена густым и едким паром. В дыму и огне спящий пытался различить облик врага, но Кикур не появился. Мальчик сел на горячие камни и увидел волшебную деву, выходившую из пара. Одетая в голубой балахон, незнакомка с закрытыми глазами подошла к Лориану и стала выдавливать влагу из многочисленных волдырей, покрывающих его кожу. Лориан широко распахнутыми глазами увидел, как из гнойника на плече под нажимом пальца выкатился сверкающий перстень. Один, другой… Плечи его были залиты кровью, но боли Первый Пророк не чувствовал, стараясь не сбиться со счета. Он задавался вопросом, что будет дальше. И проснулся, не дождавшись ответа…
Недолго пришлось ждать осуществления первой половины вещего сна. Однажды Кикур заставил Лориана бороться с мальчиком, который страдал песочной чесоткой. Лориан не умел бороться. Противник был намного сильнее, но победу почему-то оттягивал. Попытки Лориана проникнуть в его сознание и узнать суть кикуровской подлости не увенчались успехом. Кто-то сильный и многоопытный блокировал примитивный мозг крепыша. Рассматривая рваное ухо противника, Лориан с большим запозданием понял, что Кикур специально все подстроил.
Кикур хотел, чтобы Лориан заразился песочной чесоткой! Тогда Лориан собрался с силами и опрокинул противника. Одобрительные возгласы других конанов заставили Кикура признать победу за Лорианом.
Но это была призрачная победа. Ибо с той поры у Лориана появились на руках красные пятнышки. Болезнь пугала не меньше, чем угроза забыть в неволе о Стране Живых Зверей. Если песочная чесотка не помешает в дальнейших странствиях, он готов был с ней смириться. Цепочка обессилевших мальчиков обреченно спускалась в темную долину Огнегорной земли, где Кикура ожидало несколько сот соплеменников одного из самых захватнических родов. Кикур и Кнутобой — неужели этих человекоподобных чудищ Крому было недостаточно и он создал еще более омерзительные существа? Род Кикура имел самую дурную славу по всей Перунике. Все взрослые мужчины собирались в этой долине для проведения ежеутрен-него обряда жертвоприношений. Прежде чем поспешить в объятия родственников и друзей, Кикур сказал Лориану:
— Ты умрешь, юный пророк, даже если с этим будет не согласен сам Китовлас. Китовласу тоже следует считаться с конанами. Хо, особенно когда конанов так много. Эта долина — наш тайный лагерь. Здесь мы приносим жертвоприношения богу Крому. Ты умрешь и встретишься с Кромом. — Кикур удовлетворенно осмотрел невольника с босых ног до длинных волос. — Ты умрешь в страшных муках, что доставит радость всему моему роду. Мы любим Крома, и он почувствует нашу приверженность, когда ты будешь умирать в жутких мучениях.
При этих словах глаза Кикура сузились от предвкушаемого наслаждения.
ОГНЕННАЯ РЕКА
Они спустились в долину, где и заночевали. Перед тем как улечься на тепловатых камнях, Нейло грустно вздохнул:
— Нет на них огня.
— Огня? — переспросил Лориан.
Ночью он продумывал план побега. Разорвать бы ненавистные кодолы, да убежать в степь! Кикурова сила заключалась в постоянной связи конана с Китовласом. Но если нельзя проникнуть в сознание Кикура, то можно попытаться отрезать конана от Китовласа. План Лориана был таков: Нейло нарушает связь Кикура с Китовласом, блокировав кикуровский мозг, а Лориан пройдется по сознаниям всех остальных невольников. Так они смогли бы определить, в ком из мальчишек засела мерзкая тварь. В лагере из нескольких сотен конанов, куда они недавно попали, план Лориана превращался в полную бессмыслицу. Прорваться через палатки и скопление сотен мускулистых мужчин, которые мало спали и жаждали во сне и наяву кровавых развлечений, было невозможно. Однако Лориана не останавливали трудности предстоящего побега. Он все чаще задумывался о праве принимать решения, невзирая на кикуров всей Ойкумены. Если больше года назад ему в одиночку удалось отбить девочку от взрослого перума, то уж вместе с Нейло он готов был решиться и на более отчаянный поступок. В случае удачи их побег означал бы моральную победу над грубой силой разрушения и позорной бездуховностью.
«Если они убьют тебя завтра утром, мы погибнем вдвоем», — послал Нейло мысленное сообщение и заснул. Вокруг спящих мальчиков бродили шумные компании конанов, куривших дурманящую траву. Чтобы поскорее потерять разум, они бросали целые охапки этой травы в костер.
Из банды Кикура один лишь Кнутобой остался стеречь мальчиков. Он тоже закурил трубку, распространяющую одуряющий запах милазийских трав, и погрузился в пучину темных мыслей. Возможно, он был из другого рода, а может быть, просто боялся более сильных соплеменников. Во всяком случае, он лег неподалеку от Лориана и вскоре задремал. Но вокруг располагались ужасные люди, которые бы на части растерзали беглецов. Побег невозможен без посторонней помощи… Пришло время обратиться с просьбой к стихиям. Кнутобой зашевелился и заскрежетал во сне зубами, когда Лориан забормотал слова заклинания. Отрок призывал на помощь духа Огня. Если с Водой Лориан беседовал в горячечном бреду, а с Землей в крепком сне под пещерной стеной, то Огонь явился ему наяву.
Светящийся шар подплыл к Лориану.
«Можешь развязать мне руки?» — шепотом спросил Лориан.
Шар залетел за спину подростка. Лориан постарался развести запястья. Раздалось шипение и потрескивание пеньки. Вскоре руки оказались свободными, и он поспешил растереть затекшие запястья.
«Что может сделать один речной мальчишка против целого конановского рода?» — спросил Лориан у светящегося шара. И в ответ он услышал голос божественного Огня:
«Пророк, я готов помочь тебе. Но помни, у меня очень плохой характер. Ты первый можешь пострадать от меня».
«Огонь, я уважаю твою пламенную мощь. Ты разговаривал с Землей?»
«Да, Земля и Вода рассказали мне про тебя. Прости, но я думал, что ты другой. Я видел много сильных и крепких мужчин. Тебе известно, насколько человек слаб физически?»
«Я буду расти. Я обязательно стану таким сильным, как ты».
«Я — Огонь. Я люблю силу. Я люблю разрушать. Признаюсь, конаны мне симпатичны. Но Вода убедила меня, что чистота пророка выше племенной силы. Я готов уничтожить своих любимцев — племя огневиков, если ты этого пожелаешь. Мне хотелось бы посмотреть, умеют ли они умирать достойно».
«Тебе по силам уничтожить всех конанов в этой долине?»
«Правда, было бы забавно? Сжечь самодовольных людишек — и весь разговор! Ни болезней, ни насилия, ни жажды!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
