Читаем без скачивания Утечка мозгов - Владислав Выставной

– О-о, Билл!

– …то преступление, считайте, раскрыто! Главное, чтобы в это время не зашел ревнивый начальник…

– Постойте, Билл, вы ж и есть начальник Секретной службы!

– Да? Вот я и говорю – не приведи боже, зайду я: придется забирать дело в личное разбирательство. Ах, Шерли, давно хотел предложить вам: давайте-ка поиграем в допрос. Я буду суровый агент, а вы – коварная преступница…

– Нет, я так не хочу… Давайте лучше так: вы будете совершенно безжалостный маньяк, а я – несчастная жертва. Ах, что вы со мной делаете, вы, маньяк, вы, преступник!

– О, что я сейчас с вами сделаю, я – маньяк и преступник…

Стаса накрыла сладкая волна полубесчувственного состояния, когда реальность с трудом можно отличить от пьяных фантазий, когда немеют щеки и в голове шумит приятный звон.

Они были в какой-то небольшой полутемной комнате, где на мягком диване ничего не осталось от холодной и недоступной леди, где пылало жаром живое женское тело и голова кружилась от забытых было эмоций.

– Маньяк… Жестокий убийца… Демон…

– Да, я такой!

– Демон, Гасящий Миры…

– Что?

Стасу показалось, что в процессе этой зажигательной любовной игры кто-то окатил его ушатом холодной воды. Он на миг протрезвел и уставился на растрепанную Шерли.

– Какой-какой демон?

– Гасящий Миры… Билл, что с вами? Это же ваш собственный подследственный. Вы же сами мне о нем рассказывали…

– А-а… А я и забыл… Так на чем мы с вами остановились?

Стас проснулся с тяжелой головой. Со стоном он слез с огромной кровати и принялся искать одежду. На себе он с удивлением обнаружил какое-то подобие пижамы, хотя как надевал ее, не помнил.

В дверь деликатно постучали, и в спальню вошел лакей – гордый и холеный, в котором одном аристократизма было больше, чем в целом Букингемском дворце. В руках его была вешалка с идеально поглаженной «тройкой».

– Доброе утро, сэр, – произнес лакей. – Барон ждет вас к завтраку.

– Э-э… Спасибо, Бэримор… Тьфу, как там вас, – сипло пробормотал Стас. – Здорово я набрался вчера?

– Вы были на высоте, сэр, – с уважением произнес лакей. – Столько поводов, чтобы вызвать вас на дуэль, общество еще не знало. Простите, это не мое дело, но не могу держать вас в неведении…

– А… Что такое? – нахмурился Стас, пытаясь припомнить вчерашний вечер.

Вспоминался только Демон, Гасящий Миры… Его кто-то звал… Он был здесь?!

– Сэр, я думаю, у вас нет повода для беспокойства, – дипломатично ответил лакей. – С вашим статусом в правительстве можно позволить себе и не такие вещи. Я могу быть свободен, сэр?

– Да, конечно…

Стас оделся и нетвердой походкой спустился на нижний этаж, где в столовой его ждала компания ныряльщиков. Батхед выглянул из-за развернутой газеты. Пилигримы перестали играть в шахматы.

На него смотрели с интересом.

– Да что это такое? – возмутился Стас. – Чего все с утра уделяют столько внимания моей персоне?

– И тебя с добрым утром, дружище, – произнес Батхед. – Вчера ты не соизволил попрощаться с гостями – это ладно. Подумаешь, какие-то иностранные послы да лорды. Обычная компания, ты к такой привык. То, что ты утащил на весь вечер жену министра культуры, – тоже бывает. Мало ли, может, ты ей мою роскошную коллекцию бабочек показывал. Но скажи на милость, зачем надо было так истошно кричать про маньяков и скрипеть диваном здесь, за тонкой перегородкой, заглушая при этом музыку? Местное высшее общество, конечно, привыкло ко всякому. Но ты не оставляешь выбора обманутому мужу. Ему, видимо, придется подать в отставку и надолго уехать в поместье. Ты сделал его посмешищем!

– Да? – удрученно пробормотал Стас, вытирая со лба проступившую испарину. – Черт… После развода – у меня одна работа. У меня ж черт знает сколько уже не было женщины! Прости, старик, сорвался. Я ведь обычно не пью столько…

– Ладно, чепуха. Но почему ты, так отвязно развлекаясь, постоянно твердил о работе?

– О работе?

– Ну, о своем чертовом маньяке.

– А-а… Слушай, точно! Я вспомнил! Демон, Гасящий Миры… Это же про Доктора!

– Или про Никиту?

– Да… Какой-то двуликий Янус получается…

– Если не трехликий – ты забыл про Копателя.

– Ну да… Черт… Ничего не соображаю… Поесть чего-нибудь, что ли?

– Ромис, будь любезен, налей уважаемому маньяку кофейку.

– С удовольствием. Вам с молоком, о Стас-с?

– Ага…

Стас прихлебал кофе и усмехался сам себе. Ему было одновременно и стыдно за свое поведение, и в то же время распирали его необъяснимые самодовольство и гордость. Экий он, оказывается, гусар! А он еще ого-го, если к теплой стенке прислонить! Или на женщин так действует его статус начальника Секретной службы?..

– А между тем местные газеты интересные вещи пишут, – сказал Батхед, с хрустом перелистнув большой газетный лист. – Местное издание под оригинальным названием «Таймс» посвящает огромные статьи твоему пресловутому маньяку.

– Еще найти бы его, – буркнул Стас. – Я уже всякую надежду потерял вызволить Никиту. Одна надежда – на этот самый Изначальный Мир…

– Искать маньяка совершенно ни к чему, – усмехнулся Батхед. – Он давным-давно найден.

– В смысле?

– В смысле – найден и пойман. Сейчас он сидит под замком в сумасшедшем доме в Гилцбурге.

– Где?

– Вот что читаю, то и говорю. Судя по тому, что пишут о нем газеты, похоже, это наш парень.

– Доктор?

– А Доктор тоже наш парень? Вообще-то я про Никиту. Хотя… Ты прав. Черт их разберет, кто из них кто…

– Ладно… Туда тоже заглянем. Главная наша задача – найти Джона Бекстоуна из списка.

– Я еще вчера вечером послал слуг к сведущим людям, чтобы навести справки. Ты будешь смеяться, но известный литератор Джон Бекстоун уже с полгода как пропал без вести и поиски его пока не дали результата. А ищут его, между прочим, очень компетентные люди…

– Черт!

– Ты, я вижу, расстроен, друг мой?

– Как ты догадлив, Батхед!

– Как ты зол, Стас. Нельзя быть таким злым с утра. Это вредно для твоего организма.

– К счастью, это не мой организм.

– Не будь эгоистом.

– Отстань. Голова болит.

– А вот не следовало пить столько виски натощак!

– Сам знаю…

Раздались дробные шаги, и в дверях столовой появились трое в архаической военной форме, все как один с усами и отточенной бравой выправки.

– Господин тайный советник, как вы и просили – экипаж подан.

– Тайный советник это я? – вопросительно прошептал Стас.

Батхед развел руками.

«Будем считать, что я», – решил Стас. В слух же сказал:

– Эти господа поедут со мной!

– Как прикажете, господин советник! – бодро отчеканил усатый сержант.

Гилцбургский сумасшедший дом оказался вполне жутким местом. Серые каменные стены, поросшие толстым многовековым слоем лишайника, чугунные решетки на узких окнах, наточенные пики на стенах внутреннего дворика делали его похожим, скорее, на тюрьму, нежели на лечебно-профилактическое учреждение. Впрочем, состояние здешней медицины вряд ли позволяло говорить о серьезном лечении. Поэтому данное учреждение было создано, скорее, для защиты общества от сумасшедших, чем для их собственного блага.

Висевшие низко над землей тучи и вспышки далеких молний гармонично дополняли картину, отбивая всякое желание приближаться к этим стенам.

Вид обслуживающего персонала внушал не меньший ужас, чем вопли умалишенных, слышимые еще с улицы. У ворот начальника Секретной службы с сопровождающими встретило несколько звероподобных служителей, одетых в грубые кожаные фартуки, что делало их больше похожими на мясников. На их фоне местный врач в грязноватом белом халате выглядел бы жалким и безобидным, если бы не безумный бегающий взгляд и бессмысленная блуждающая улыбка.

– А, ну вот и вы. Приветствую в наших гостеприимных стенах, – вяло произнес врач. – Наконец-то вы соблаговолили лично взглянуть на свой пойманный, хе-хе, феномен… Кстати, сыщика вашего тоже привезли, привезли. Как раз в соседней камере будет, ага. Смелый был малый, однако, ничего не скажешь… Так что же мы встали на пороге? Милости просим, пройдемте…

Они проследовали за врачом через двойные ворота и внутренний дворик. Во дворе, рядом с единственным чахлым деревцем, бессмысленно бродили, бегали и прыгали многочисленные пациенты, все как один одетые в серые и длинные, до пят, рубахи. Зрелище было не для слабонервных, и Стас втянул в голову в плечи.

Оттого, наверное, неожиданно прозвучал обнадеживающий выкрик Ромиса:

– Братья! Не бойтесь! Придет время – и душа ваша обретет былую целостность! Великие Песочные Часы наградят вас за страдания! Радуйтесь, что душа хоть и больная, но с вами!

Врач лишь усмехнулся на эти слова. Больные же не обратили на Ромиса никакого внимания, за исключением одного, что в ужасе шарахнулся от него и с воплями попытался залезть на полуживое дерево. Могучий, но медлительный служитель подошел к дереву и легко, словно грушу, снял с него безумца. После чего отвесил тому совершенно не медицинскую затрещину.