Я на цыпочках обошла внедорожник сзади и подошла к Карлайлу. Вампир едва успел положить руку на ручку двери, когда я окликнула его.
— Прости, милашка, — ласково протянула я. — Прикурить не найдется? Похоже, я где-то потеряла зажигалку. В карманы этой долбаной мини-юбки ничего не влезает.
Карлайл повернулся на мой голос, уже расплываясь в улыбке. Я ускорила шаг, подбираясь к нему ближе. Моя внешность оказалась не такой, как он ожидал, и вампир подозрительно нахмурился.
— Кто ты, черт возьми…
Я бы задумалась, если бы уже не оглушила его рукояткой ножа. Вампир моргнул, его глаза закатились, и он ничком повалился на бетон. Справа из тени вышел Донован Кейн. Слева показался Финн.
— Давайте. — Я наклонилась и подхватила вампира под мышки. — Помогите мне затащить гребаного кровососа в пикап.
Час спустя я выплеснула в лицо Чарльзу Карлайлу кувшин ледяной воды. Холод и две тяжелые оплеухи вернули вампира в сознание. Жжение в руке было приятным. Наконец-то я как-то мщу за убийство Флетчера, беру инициативу на себя, а не действую в ответ.
— Просыпайся, Чак, — сказала я. — Пора вставать и говорить правду.
Вампир быстро моргнул несколько раз подряд, прежде чем смог сфокусировать взгляд на мне и окружающей обстановке. Загрузив Чаки в багажник угнанной машины, мы поехали в дом вампира на окраине Северного города. Этот адрес в поисках информации раскопал Финн. Милое местечко. Двухэтажный дом с большим двором и бассейном. Работа исполнительного вице-президента «Хало индастриз», пусть и номинальная, оплачивалась лучше, чем я думала. Как и должность правой руки элементали Воздуха.
Финн, Донован и я вошли в дом и затащили туда Карлайла. Теперь мы втроем стояли в комнате, которую можно назвать игровой: на одной стене плазменный телевизор, в углу бильярдный стол, повсюду стопки порножурналов и пустые пивные бутылки. Единственная приятная вещь в комнате — камин, занимающий дальнюю стену.
Донован Кейн приковал вампира среброкаменными наручниками к стулу, который я вытащила на середину комнаты.
Карлайл посмотрел на меня, затем перевел взгляд на мужчин за моей спиной, затем на среброкаменный нож в моей руке.
— Итить-колотить, — пробормотал он.
— Быстро соображаешь. Мне это нравится в мужчинах.
Я почувствовала на себе взгляд Донована Кейна, но не повернулась к суровому детективу, а обошла комнату, поигрывая ножом так, чтобы Карлайл видел отраженные от лезвия блики света. Пора начинать игру.
— Мило ты тут устроился, Чак. Очень мило. Сам выбрал? Или элементаль Воздуха помогла?
Вампир осторожно посмотрел на меня:
— Что тебе нужно?
Я улыбнулась и не отводила от него взгляда, пока не удостоверилась, что он заметил холодность и жестокость в моих серых глазах. Возможно, Карлайл и считал себя важной шишкой, но он понимал, когда дела складываются не в его пользу. Его лицо уже побледнело в панике, а мышцы рук и плеч напряглись под костюмом, пока он осторожно проверял прочность сковывающих его среброкаменных наручников. Ублюдку не стоило даже беспокоиться. Никуда он отсюда не уйдет, разве что под землю.
— На случай если ты не понял, Чак, скажу тебе, кто я. Паук. Убийца, которую ты и твоя начальница наняли для ликвидации Гордона Джайлса, а потом решили подставить. Уверена, ты узнал обоих моих помощников.
Финн обнажил зубы в улыбке почти столь же жуткой, как моя. Вампир сообразил, что от нас сочувствия не дождешься, и повернулся к Доновану Кейну, пытаясь понять, есть ли в этой комнате хоть какое-нибудь подобие друга. Но детектив скрестил руки на груди и принял бесстрастное выражение лица полицейского.
— Ты был очень занят, Чак. Работал на элементаль Воздуха, подставлял меня, приказал своим людям похитить и избить Финна, затем сделать то же самое с детективом. И я не совсем понимала, зачем, пока не услышала ваш с Уэйном Стивенсоном разговор сегодня в «Нападении северян». — Я прищелкнула языком. — Знаешь, а он прав. Сука слетела с катушек, если думает, что у неё выйдет свергнуть Мэб Монро с поста владычицы Эшленда.
Карлайл ничего не сказал, но его глаза выражали согласие.
— Но ты это и так знаешь, верно, Чак? Тебе известно, что для неё это добром не кончится, и ты уже предпринял меры, чтобы защитить самого себя.
Вампир прищурился. Первоначальная паника почти прошла, и он понял, что я не собираюсь убивать его прямо сейчас.
— Что тебе нужно? — снова спросил он более твердым голосом.
Я уперлась руками в стул по обе стороны от его головы и наклонялась, пока наши глаза не оказались на одном уровне.
— Флешка. Мне нужна флешка. Та самая, на которую Гордон Джайлс записал информацию о растрате в «Хало индастриз». Та самая, до которой так хочет добраться твоя начальница. Это твоя страховка, да, Чак? Если элементаль совсем сбрендит, ты просто отправишь информацию Мэб Монро, а та разберется с гадиной вместо тебя.
Карлайл не ответил, но его щека дернулась, тем самым подтверждая мою правоту. Вампиру серьезно нужно потренироваться изображать бесстрастное лицо.
— Флешка у него? — раздался сзади голос Донована Кейна. — Уверена?
— О, на сто процентов, — ответила я, не сводя глаз с жертвы. — Скажи мне, где она, Чак. Сейчас же.
Карлайл стрельнул глазами влево, словно пытаясь придумать приемлемую ложь. Он высунул язык и облизал губы.
— Допустим, ты права. Допустим, я… нашел флешку в вещах Гордона, когда рылся в них по заданию элементали. Если я её тебе отдам, что мне за это будет?
— Ты умрешь быстро, Чак, без пыток. Вот и все, что ты получишь.
Он тихо фыркнул.
— Значит, не так много.
Я пожала плечами:
— Зависит от того, насколько ты любишь боль.
Я отстранилась и подняла кончик ножа так, чтобы вампир его видел. Затем снова наклонилась вперед и провела лезвием по его щеке. Не так сильно, чтобы разрезать кожу, но достаточно, чтобы он почувствовал холод металла.
— Да у тебя смелости не наберется, чтобы… — усмехнулся Карлайл, и я его порезала.
Провела линию вдоль его подбородка, затем по шее и вверх. Лезвие не прошло сквозь сонную артерию, но порез был достаточно глубоким, чтобы вампир понял, что я не шучу. Из раны потекла кровь, алыми слезами капая на костюм в полоску. Я лишь подняла ставку в партии в покер, которую мы разыгрывали.
Но Карлайл удивил меня. Он не стал умолять, упрашивать и всхлипывать, прося о милосердии. Вместо этого вампир подавил крик, обнажил желтые клыки и снова покосился влево. Я нахмурилась, пытаясь понять, почему он смотрит в сторону, а не на меня и нож. Неужели он меня не боится? Мало что могло быть для вампира в эту минуту важнее клинка, которым я только что рассекла его горло. Очень мало. Поэтому я повернулась и увидела, что косился он на камин. Хм.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
