Все переглянулись и поняли, что никто понятия и не имеет, где сейчас сказитель. За последние сутки он нигде не промелькнул, что для него не было характерно.
— Что то не нравится мне все это. Нехорошее предчувствие. — Медуса недовольно поморщилась. — И мы так и не решили наши дальнейшие планы.
— На месте решим. — Вдруг заговорила Лада. От милой, веселой девушки не осталось и следа. — Нельзя допустить, что бы город погиб. Но, все же если это произойдет, не дать Афине воспользоваться высвободившейся энергией. Представьте, что будет, если они светлую, чистую силу Любви подчинит себе. Что то похлеще того, что мы видим сейчас. Насильно изменить полюс заведомо положительной энергии. Ой!!! Боюсь тогда уже просто нам не будет куда возвращаться.
Ответом ей была тишина. Такого варианта развития событий никто не рассматривал. Впервые на Ладу посмотрели серьезно. Нет, ее любили, но воспринимали, как ну очень легкомысленную. Оказалось, что это совершенно не так.
— Ну хоть чье — то изменение радует меня. — Сказала Медуса. — А то я уже перестала верить в нас самих. Ты хочешь сказать, что на закате мы сможет что то сделать?
— А у вас есть другие предложения? — Лада казалось была удивлена. — Возможно, наших совместных усилий будет достаточно, что бы противостоять Афине.
— Тогда так и решим. — Подвела итог Славуня.
— Но их планам не суждено было сбыться. В открытую дверь влетела маленькая птичка и села к Ладе на плечо. Никто бы даже на это внимание не обратил, ведь синичка считалась именно птицей богини любви. Но она начала что то возбужденно чирикать, а когда поняла, что ее не понимают, то ощутимо клюнула богиня в ухо.
— И почему я не сподобилась выучить язык птиц? — Потирая многострадальное ухо, проговорила она.
— Славуня, ты говорила, что Велес с нами. Так? — Велемудр вопросительно взглянул на нее.
— А ведь он раньше покровительствовал и диким животным. Может он вспомнит язык птиц. — Богиня удовлетворенно улыбнулась. Сейчас узнаем. Она на мгновение сосредоточилась, а затем в доме стало еще теснее. Хотя Велес не был уж очень крупным.
— А вы раньше могли так вызывать друг друга? — Осторожно поинтересовалась Радмила.
Боги задумались:
— Ведь ты права. Значит мы тоже учимся. — Счастливо рассмеялась Лада. — Это не может не радовать. — Велес, ты можешь разобрать, что она говорит?
Бог аккуратно накрыл птичку своими ладонями и поднес к глазам. На этот раз птица даже не пыталась чирикать. Она просто не двигалась. От нее к лицу Велеса протянулась еле видимая золотистая ниточка. А затем все пропало.
Бог отпустил вестницу и она уселась обратно к Ладе на облюбованное плечо. После этого он повернулся к остальным. Все невольно отшатнулись, его глаза пылали золотом.
— Она видела поляну. На ней Баюна, но не в облике человека, а в облике кота. Умирающего. — Добавил он тихо. Его глаза стали проясняться. — Она покажет.
Словно соглашаясь с ним, синичка сделала круг по комнате и вылетела во дверь. Затем опять вернулась и вновь вылетела. Теперь все стало понятно и так, перевода не требовалось. Ни на минуту не задумываясь боги рванули за ней.
— Стойте. — Отрезвила их Радмила. — Это может быть ловушкой.
— Даже если ты права, ты все — равно пойдем туда. — За всех ответила Медуса. — Мы не может бросить Баюна. А вот вам ходить не следует. Займитесь свитками, спрячьте их.
— А если с вами что то случится? — Велемудр был согласен с девушкой.
— Ты хочешь, что бы мы поступили по — другому? — Богиня посмотрела ему в глаза.
— Нет, у нас нет другого выхода. — Тяжело ответил парень.
— Так чего же вы грустите? Мы же готовы к неожиданностям — Если это Афина, то ее трудно предсказать. — Радмила ворчала, но понимала, что это все — равно ничего не изменит. От ее былых колебаний на счет Воительницы не осталось и следа. Девушка уже давно приняла решение, с кем она.
— Я не думаю, что нам следует разделяться. — Сказал Велемудр.
— Этого не потребуется. — Вошел Радей, а с ним его верные спутницы. — Мы еще раньше вас обо все подумали. Все уже спрятано в надежном месте. И еще. Мы тоже идем с вами. Никаких возражений. — Решительно добавил он, видя что ему готовятся ответить.
— А как ты вообще узнал, о чем мы говорим здесь. — Изумилась Лада.
— А мне дерево нашептало.
— ???
— Да, оно впервые заговорило само. Первым. Видимо, слишком важно то, что сейчас происходит. Мировое дерево не могло остаться в стороне. Ведь наши деревья это ни что иное, как Его продолжение. Поэтому мы здесь.
— Кстати. — Неловко поинтересовалась Радмила. — А почему этот ваш Дуб вообще принял Афину?
— Он не принимал. — Радей с пониманием отнесся к этому вопросу. Да и остальные с интересом слушали. — Просто слишком стала сильна вера людей в нее. И ей совершено не нужна поддержка Мирового Дерева. Но ничего с этим не может поделать. Ведь по сути, Дуб растет для людей и богов, а выбор их теперь соответствует действиям богини войны. Но он не собирается с этим мириться, хотя и больше ничего не в силах сделать.
— Тогда и думать нечего. Все готовы? — Радмила обвела всех взглядом, чувствуя, как в ней поднимается нечто, еще ни разу ей не испытанное. Красная пелена начала застилать ей глаза.
Велемудр удивленно уставился на девушку. Слишком уже заметно было это превращение. Даже боги признали за ней право командовать.
— Видимо это наследство Афины. — На миг становясь прежней, сказал Радмила. Но это было всего лишь мгновением. Девушка сразу же продолжила меняться. Нет, со стороны не было совершенно ничего не заметно. Все изменения происходили в ее душе. Она словно собирала все свои силы, готовясь к чему то. И Велемудр внезапно понял, все решится не на закате, а именно сейчас. Он обвел глазами весь маленький отряд. С остальными творилось то же самое.
В Велесе явно стал проступать образ могучего медведя. Он неуловимо менялся и в нем чувствовалась не неповоротливость этого большого зверя, а сила, быстрота, выносливость.
Радмила же наоборот приобретала мягкость, пластичность, грацию. Велемудр вспомнил их первую встречу, тогда ему показалось, что девушка напоминает ему рысь, но как то размыть, неосознанно. Теперь же она словно обрела саму себя, приняла и раскрылась полностью, не пытаясь ничего оставить, выбросить.
Славуня окуталась золотистым цветом. Нов нем не было мягкости, скорее чувствовался в нем грозный рокот. Так шумит море перед бурей.
Даже волхв изменился Ох, не даром же это слово произошло опять же от Велеса — волосатый. Его волосы, его борода стали быстро удлиняться и седеть. А его посох. Его на миг обняла разом выросшая из земли трава, а затем так же внезапно она пропала. Посох же неуловимо изменился. Велемудр интуитивно почувствовал, что Радей пожертвовал чем то очень важным, что бы вот так вот разом измениться. Тат словно подслушал его мысли и обернулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
