автомобилей, дело пошло быстрее. Следом за больными и ранеными начали рассаживать в машины и отправлять к скалам женщин и детей из дальних бараков. Потом очередь дошла до гражданских специалистов, которых оккупанты согнали в лагерь за саботаж. Их рассадили на телеги, в которые за это время запрягли трофейных лошадей. Как и водителям грузовиков, кучерам передних телег дорогу показывали партизаны. Последними концентрационный лагерь покидали маршевые роты, сформированные командирами из бывших военнопленных. Прежде, чем идти в ночной поход к скалам, всех их в последний раз накормили баландой из лагерной кухни. Все же, на относительно сытый желудок идти по холоду немного веселее.
Отправив бывших узников в безопасное место, Васильев с оставшимися несколькими партизанами продолжал поиски на обширной территории лагеря при свете звезд и электрических фонариков. Ведь до сих пор не удалось изловить ни одного полицая, которые издевались над пленными. Вместе с ними в суматохе сбежали и некоторые финны, выжившие после атаки великанов. А эти субъекты представляли опасность. Они где-то отсиживались, но могли в любой момент начать пакостить. И на рассвете Станислав Николаевич предполагал организовать тщательные поиски с прочесыванием прилегающей местности. Ведь теперь, благодаря освобождению военнопленных, проблем с малочисленностью личного состава у него больше не будет. Из такого количества можно собрать хоть сводный полк. Было бы только, чем вооружить бойцов. Впрочем, Васильев уже не сомневался, что с этим ему поможет Сомов.
В лагере обнаружилась целая псарня с немецкими овчарками. Собаководы тоже сбежали в ходе боя, бросив своих подопечных сидящими в загонах без еды. Пришлось подкормить три десятка собачек остатками с лагерной кухни. Васильев считал, что такой трофей тоже полезен. Ведь и собачки на новом месте пригодятся, например, для сторожей и охотников.
Помимо собак, необходимо было подготовить к эвакуации оставшееся имущество, которого в этом лагере финны и немцы собрали немало, свозя сюда на склады все отобранное у местных, что представляло хоть какую-то ценность: одежду, обувь, одеяла, постельные принадлежности, посуду, кухонную утварь, инструменты и даже швейные машинки. А Васильев прекрасно понимал, что на новом месте в промежуточном мире все это добро пригодится беженцам для обустройства. Имелись на лагерных складах и кое-какие продуктовые запасы, а также лекарства.
Помимо гражданского имущества, предстояло подготовить к отправке и военное. Ведь оказалось брошенным охраной немало оружия и боеприпасов. Например, затрофеили несколько исправных немецких пулеметов с боекомплектом. Нашли несколько ящиков с гранатами, а также пехотные минометы с большим запасом мин. Да и объемные палатки, брошенные артиллеристами полевой батареи, тоже представляли собой полезное имущество для размещения личного состава.
Эпилог
Командир авиагруппы майор люфтваффе Ульрих фон Гегенбах происходил из древнего рода немецких аристократов. И он недолюбливал эсэсовцев, считая их маргинальными выскочками из низов социальной лестницы, вознесенных наверх новой властью. Впрочем, и самого фюрера Ульрих не слишком любил. Но, как истинный патриот, он вполне разделял лозунг, что Германия превыше всего. А еще он всю свою жизнь обожал самолеты, авиацию и все, что было связано с этой темой. Страсть к полетам двигала им по жизни, давая высокую цель, к которой Ульрих стремился с детства. С годами он сделался настоящим летчиком-асом, и, участвуя в войне с первого дня, на его боевом счету имелось немало воздушных побед.
Став командиром авиагруппы, фон Гегенбах уделял много внимания подготовке пилотов своего соединения, неся личную ответственность за каждого из них. Они регулярно проводили учения даже во время боевых действий, тщательно анализируя полетный опыт состоявшихся воздушных боев и делая выводы, позволяющие избегать ошибок в следующий раз. Вот только Ульрих никогда не думал, что его парням придется пикировать на каменных великанов. Ведь такое не могло совсем недавно даже прийти на ум. Исполины из гранита, ходячие скалы с ногами и руками — это же просто бред сумасшедшего, сказки для маленьких детей. Но, с этого дня реальность заставляла не только верить в сказочных персонажей, а и воевать против них.
Когда майору первый раз позвонил на аэродром штурмбанфюрер Вильгельм Шнайдер, командир айнзацгруппы СС, сообщив о появлении каменных великанов, Ульрих, конечно, не поверил ему, решив, что эсэсовец просто перебрал шнапса. Но, как только в тот разговор вмешался Карл Шнитке, человек из Аненербе, обладающий обширными полномочиями, который значился в секретных списках лиц с особым допуском, Ульриху пришлось поверить и выслать самолеты по указанным координатам. Но, он никак не ожидал, что каменные великаны еще и вооружены зенитными пушками. Пилоты сообщили по радио и о красных звездах. И Ульрих сразу понял, что великаны эти вовсе не сказочные, а являются каким-то новым оружием русских. Только почему новейшие вражеские боевые машины с броней из камня оказались в глубоком тылу? Может, гигантские механизмы просто бросили при отступлении? Этот вопрос требовал изучения.
Ульрих надеялся, что взрывы бомб разобьют ходячие скалы в каменную крошку. Вот только этого добиться не удалось. Оборонялись великаны с таким проворством, которое невозможно было и заподозрить в столь огромных конструкциях из гранита. Но, большие потери, понесенные авиагруппой в первом налете, не остановили пилотов пикировщиков от повторного вылета. Наоборот, они требовали немедленной мести за погибших товарищей. Летчики пикировщиков привыкли верить в себя. Легко уничтожая бомбами вражеские танки на поле боя, они считали, что огромные русские великаны из камня — это большая и легкая цель, а участникам первого налета просто не повезло.
Ульрих лично вылетел для координации действий пилотов. Он держался во время атаки повыше, оставаясь за пределами поражения зенитным огнем. Майор быстро понял, что автоматические зенитные пушки, которыми вооружены каменные монстры с красными звездами, бьют вверх километра на два, не выше. А потому совершенно безопасно наблюдал за атакой своих парней. Его машине ничего не угрожало и, будучи в роли наблюдателя, майор хладнокровно руководил боем по радио. Ульрих приказал разделиться на две группы.
Но, атака на пару великанов, стоящих возле деревни, принесла лишь самые плачевные результаты. Три пикировщика были потеряны без каких-либо результатов бомбометания, причем, великаны умело маневрировали, стреляя из своих скорострельных зениток на ходу весьма неплохо. Немного результативнее получился налет на трех великанов, возвышающихся над концентрационным лагерем. Эти почему-то стояли неподвижно. Но и там потери авиагруппы оказались очень значительными, хотя взрывы бомб и повредили двух каменных монстров. Сбросив бомбы с большой высоты, Ульрих уводил свой самолет на аэродром с тяжелым чувством. Ведь в этой стычке с чудовищами, метко стреляющими из зениток, погибли его лучшие пилоты. Никогда еще авиагруппа майора Ульриха фон Гегенбаха не несла столь тяжелых потерь.
*
