милиционеров без труда были разоружены, после чего белые отпустили их на все четыре стороны. Заспанный телеграфист, испуганно протирая глаза, принужден был наконец согласиться, что он не спит и ему приходится перейти под контроль белого офицера. Белые посты были выставлены на желдорожные мосты. Таковых в районе разъезда Аур, на участке трех верст, имелось шесть. Все эти мосты, как вообще все мосты на Амурской железной дороге, были деревянные. В первую очередь белые принялись за уничтожение более крупных мостов. Для уничтожения пользовались подручным материалом: забрали бочки с мазутом из станционного склада, керосин. Случайно находившийся на разъезде товарный вагон набили соломой и, выкатив на самый крупный мост, подожгли… Западнее, примерно на расстоянии одной версты, был разобран железнодорожный путь. Разрушением разъезда руководил сам полковник Карлов. Вскоре огненные языки стали лизать обмерзшие шпалы и бревна, которые шипели и туго поддавались огню. Несколько раз пришлось подбрасывать сено, пока мосты не разгорелись. Телеграфные столбы также валились, путаясь в проводах…
Еще до разрыва телеграфных проводов поручик Шебеко, которому полковник Карлов поручил захват телеграфной конторы, по собственной инициативе имел разговор со ст. Тихонькой, кроме того, по инициативе Ина имел разговор с этим пунктом. Из этих разговоров полковник Карлов установил, что на линии железной дороги красные понесли поражение и ожидают теперь наступления белых на ст. Ин. Разговор же с комендантом ст. Тихонькой, видимо, вселил в последнего кое-какие сомнения, и в результате со ст. Тихонькой на разъезд Аур был выслан бронепоезд. За проявление неуместной инициативы поручик Шебеко получил строгий выговор со стороны полковника Карлова.
Несмотря на несомненный и скорый приход красного бронепоезда, отряд полковника Карлова по окончании разрушений разъезда все же должен был расположиться на отдых тут же, ибо надо было дать людям и лошадям некоторый отдых перед новым движением по тайге на Амур. Измотавшиеся люди не заставили себя долго ждать и быстро уснули… В комнате было уже почти темно, когда раздались знакомые звуки: «Бум-бум, та-та-та». Белые бойцы вскакивали и выбегали на улицу… Вдали в полумраке вырисовывались очертания бронепоезда. Вдруг на нем блеснул огонь, затем последовал глухой взрыв, и картечь запела над головами белых. Два красных пулемета непрерывно стучали… Почти одновременно с первым бронепоездом с противоположной стороны стал подходить и другой бронепоезд. «По коням!» – скомандовал полковник Карлов… Чины отряда Карлова во весь опор шли от разъезда в тайгу. Не желая оставлять их в покое, красные бронепоезда перенесли огонь по поляне, но вскоре все всадники оказались уже под прикрытием леса, и тогда бронепоезда прекратили огонь.
В лесу полковник Карлов остановил отряд и произвел перекличку. К общему удовольствию, все белоповстанцы оказались налицо, но из числа пленных народоармейцев трех недоставало. Эти, видимо, скрылись во время суматохи при оставлении белыми разъезда. Ловить их теперь было поздно, и полковник Карлов двинул отряд на юг, на Амур.
В течение трех дней после своей победы над Волочаевкой белоповстанцы не проявляли большой активности: генерал Молчанов задержал движение своих частей на Ин, чтобы сменить сильно утомленный и понесший большие потери 3-й отряд отдохнувшим 5-м отрядом и подтянуть для нового наступления на Ин свежие части – пластунов и уфимцев. Я. Покус свидетельствует, что «приток новых живых сил (пластуны и уфимцы) произведен был белыми настолько скрытно, что наша (красная) разведка никаких сведений об этом не дала». Одновременно с усилением фронта живой силой белые пополнили также и запасы огнеприпасов. На все это, конечно, потребовалось время.
8 января после обеда 2-й пластунский с 1-м кавалерийским полком выступили из Самарского. Подойдя в сумерках к Нижне-Спасскому, они после короткой перестрелки с конной заставой красных заняли Нижне-Спасское. В этот день на ст. Волочаевка прибыл первый белый бронепоезд. На линии железной дороги 8 января белые активности не проявляли. Головная застава их занимала будку, что в 6 верстах на запад от Волочаевки.
Головная застава красных в этот день оттянулась на будку, что в 12 верстах на запад от Волочаевки. Разведсводка Управления генерал-квартирмейстера Военно-морского ведомства от 9 января, основываясь на показаниях пленного, взятого 8 января в районе Ольгохты, приводит следующие данные о расположении красных частей в этот день:
1) на разъезде Ольгохта и к востоку от него находились 3, 4, 5-я роты и команда связи 6-го полка общей численностью до 300 штыков при 2 орудиях;
2) остальные части 6-го полка и караульный батальон находились на ст. Ин;
3) Особый Амурский и 5-й полки располагались по железнодорожным казармам между разъездом Ольгохта и ст. Ин.
Следует отметить, что в данной разведсводке, составленной во Владивостоке, имеется безусловная ошибка: Особый Амурский и 5-й полки, насчитывающие вместе с нестроевыми до 1500 чинов, а то, быть может, и больше, не могли 8 января располагаться на трех будках, вмещавших каждая не более 50 человек. Сосредоточение на будках большого количества воинских чинов равнялось бы сознательному замораживанию своих собственных бойцов. Полковник Ефимов поэтому считает, что красное командование после неудачи под Волочаевкой и огромных потерь от холода поспешило к вечеру 6 января расположить все свои части под крышей, то есть большую часть своих людей перекинуло на ст. Ин.
Согласно показаниям пленных красноармейцев, 7 января чины 6-го полка обращались с жалобой на скудное питание к комполка и военкому. Им объяснили, что недостаток в продовольствии происходит вследствие порчи мостов между ст. Ин и ст. Бурея. Красные бойцы горячей пищи не получают. Им выдается 36 золотников рыбы и, за недостатком хлеба, сухари и галеты, последние в среднем по три штуки на человека в сутки. Бедственное, катастрофическое положение частей красного фронта в области продовольствия всецело подтверждается донесением комполка 4-го комгруппы Инской, которое было перехвачено белыми. В этом донесении имеется такая фраза: «Прошу о спешной высылке продовольствия и фуража, народоармейцы от голода падают в снег, состояние лошадей кавполка кошмарное» (разведсводка от И января).
8 января на ст. Волочаевка генерал Молчанов отдал приказ № 513, гласивший:
«Генералу Сахарову, полковнику Аргунову,
Александрову, генералу Правохенскому, полковнику Салазкину.
Красные, после понесенных тяжелых потерь в боях у Ольгохты и Волочаевки и благодаря действиям полковника Карлова в тылу, – отходят на ст. Ин.
Приказываю:
1) Генералу Сахарову с 1-м, 2-м и 5-м отрядами и 2-м пласт, полком 9 января начать действия для занятия ст. Ин, сосредоточившись на раз. Ольгохта. Атаку ст. Ин произвести на рассвете 11 января.
2) Полковнику Салазкину 9 января занять Верх. Спасское, 10-го занять Забеловский, 11-го – Луговской, 12-го оставаться на месте. Связь держать с Волочаевкой, где будет пост штакора. 10-го из Луговской выслать
