Рик понимал.
Отец рассказывал ему практически все о своей политике. В том числе... Леонард был истово верующим. А у Гардвейга были нелады со святошами. Зато Леонард хотел мести за сестру. А Эдоард... нет, один на один он готов был признать свою вину. Только вот превращать Ативерну в филиал Авестера - увольте. Дружба дружбой, а кубки врозь.
Леонарду это не понравилось. Тем более, что отец Эдоарда тоже отличался набожностью и следовал за святым престолом, куда позовут. А вот Эдоард твердо считал, что альдоны должны молиться. И все. А государственные дела оставим тем, кто в них разбирается.
Церкви это не нравилось. Но вроде как на открытый конфликт пока не шли - и то хлеб.
- Отец говорил, что лучше иметь дело с вами, чем с церковью.
- Он прав. И мне приятно с ним общаться. Ты знаешь, что у него появилась новая игра?
- То есть?
Гардвейг кивнул на столик.
- Достань коробку.
Эти нарды тоже были роскошны. Доска из дорогих пород дерева, золотые и ониксовые фишки, золотые кубики...
- Что это?
- нарды. Я потом тебя научу.
- Как скажете, ваше...
- Гардвейг.
- Как скажете, Гардвейг.
- а еще я хочу сделать тебе предложение.
- Какое, ваше величество?
- когда посмотришь на Лидию и убедишься, что она тебе не подходит - возвращайся. Анель, конечно, дурочка, но вроде как не злая. Держать ее в узде ты сможешь. А если найдешь себе другую для души - я в претензии не буду. Лишь бы без огласки.
Рик кивнул. Предложение действительно было щедрым. Стоит только Леонарда вспомнить.
- и еще... С твоим отцом мы это уже обговорили. Он тебе сказал, что я дам в приданное за Анелью?
- Нет, ваше величество.
- Провинцию Бальи.
Рик только и смог, что присвистнуть.
Бальи.
Оч-чень хорошее место. И более того. Серебряный рудник. Уэльстер вообще богат серебром и солью. А вот в Ативерне есть медь, есть железо, уголь, но с серебром проблемы.
- я не стану скупиться.
Рик кивнул.
- вы очень щедры, ваше величество.
Гардвейг тоже кивнул. Хотя пирожок был с гвоздями. Бальи - провинция хорошая, но там - лес. И всякая сволочь по нему шарится, как по своему дому. У него сейчас нет сил гонять и чистить. У сына еще когда появятся. А разбойники - та еще зараза. Лучше ее выводить сразу, а то по всей стране расползутся.
- Ваше величество, - Рик смотрел серьезно. - Я обязан съездить в Ивернею. Но принцесса Анелия всегда может рассчитывать на мое возвращение.
Гардвейг кивнул.
- а ты станешь неплохим королем...
- Если доживу.
- точно - неплохим. Ладно. Плесни еще вина. А я покажу тебе, как ходят фишки...
Альтрес Лорт тихо скользнул в потайной ход.
Гард - молодец. Разговор был проведен идеально.
Немного грусти, намек на то, что любовь еще впереди и не должна мешать жизни, немного напоминаний о церкви, немного подкупа - и суп готов.
Рик в принципе, согласен.
Его отец - тоже.
Эдоард не зря отправил сына сначала в Уэльстер. Они действительно были в неплохих отношениях с Гардвейгом.
Переписывались, общались - в меру, но достаточно дружески. И Эдоарду был выгоднее Уэльстер. Хотя и Ивернея...
Но там - Бернард Второй. Который прославился своей жадностью. Вряд ли он предложит что-то получше.
Альтрес вздохнул.
Если бы Гардвейг с самого начала поговорил с Риком... но все сложилось так, как сложилось.
Он покрутился при дворе. Узнал Гардвейга, узнал свою будущую супругу... этого достаточно для умного.
А Рик все-таки неглуп.
Хотя опыта ему не хватает.
Надо поговорить с лэйрой Вельс. И дать ей инструкции. Вполне четкие и определенные.
Не стоит пускать важные вещи на самотек.
Пусть даже устная договоренность достигнута - надо еще сделать так, чтобы вторая принцесса скомпрометировала себя. И есть кое-какие планы.
***
Лиля была довольна собой и жизнью.
Два десятка кружевниц под руководством Марсии плели и вязали по восемь часов в сутки. И получались просто волшебные вещи.
Как много потеряли школьницы, когда перестали преподавать домоводство. Теперь им, бедным, ни чулки заштопать, ни шаль связать... а Алевтине всегда было интересно. Да и...
Вот представьте себе.
Вы живете в другом городе. Родители вас поддерживать практически не могут. Ну разве что варенья с соленьями из дома перешлют.
Стипухи хватает на оплату общаги, ну и чтобы с голоду не умереть.
А ведь хочется и выглядеть не хуже других. Даже не так. Хочется - другое слово. Коллектив студентов - это достаточно жестокая компания. И если будешь выглядеть оборванкой - тебя просто задразнят. Загонят, как лань.
А есть ли у тебя до двадцати тысяч на разные модные шмотки?
Нету...
Подрабатывать можно. Но учеба съедает восемьдесят процентов времени.
И в дело вступает кружок 'очумелые ручки'.
Дешевые маечки расшиваются стразами.
Купить специальные краски - и вперед! Да, батик не получится за отсутствием всякого таланта художника, но авангард будет такой, что все вокруг только ахают. И ведь их хватит надолго.
Покупается простая пряжа - и вяжутся совершенно невообразимые вещи. Кружевное платье на чехле из дешевенького ситца будет смотреться королевским нарядом. Если у вас руки растут из плеч. И правильно подобрать цвета.
Да и простое вязаное платье можно сделать так... а ведь если умеешь - труда это не составит. Сидишь, читаешь терапию - и параллельно крутишь петли крючком. Почти автоматические движения. Даже считать не надо.
Это как у музыкантов.
Сначала, пока произведение еще новое, руки еще не привыкли, а потом движения доходят до такой степени автоматизма, что если музыкант начинает думать, куда поставить пальцы - он собьется.
Одна подруга показывала Але такой номер.
Завязывала себе глаза - и играла на пианино. И ни разу не ошиблась. Это уже впечатано в подкорке. На сколько перенести руку, как, что, куда....
Нечто подобное Аля применила и здесь.
Каждая кружевница знала свой узор и свой кусок работы. Одна вязала цветы, вторая - ажурное кружево, третья, допустим, рукава...
А соединяли все Марсия, Лидия и Ирэна.
Ну и сама Лиля. И получалось нечто невероятное.
Длинные, в пол, кружевные платья, накидки, шали, перчатки, воротники, манжеты, болеро, вуали - всего не перечислишь. И - всех цветов радуги. У Лилиан Иртон - первой была куча ниток, иголок, всякой вышивальной мишуры - и Лиля все пустила в дело.
Что там!
Розовую с золотом обивку - и ту всю распустили на нитки! Шелк тут был плотный не чета дерюжке, которую за него выдавали когда-то Алевтине Скороленок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
