— Да, одзи-сан. — Слегка обозначил поклон я. Идея, как наладить общение, у меня, впрочем, была — уроки Хироэ и Айи Канаме не прошли для меня даром. Хочешь разговорить человека? Говори с ним на одном языке! — У тебя практически полностью реструктуризировались покровные и соединительные ткани, соматические клетки дают на ПЦР[35] положительную реакцию на высокий уровень транскрипции теломеразы,[36] идет массированная замена миоцитов[37] скелетных мышц. Уровень нервной активности соответствует таковой человеку возрастом около тридцати пяти лет, гормональный фон — и вовсе двадцатипятилетнему. Внешне — кожа разгладилась и потеряла мелкие морщины, волосы потеряли пигментацию — но и это еще не все. Уровень активности твоего Источника маны возрос более, чем на один класс, что примерно так же невозможно, как единовременная положительная мутация генома всех составляющих организм человека клеток. В связи с чем у меня вопрос…
Дед смотрел на меня… в оттенках я не разобрался, но это бы поощрительно-заинтересованный взгляд. Не знаю, ожидал ли он от меня «дурацких» вопросов в духе «где ты был?» или «почему ты появился только сейчас?» — но я просто честно поинтересовался тем, что меня конкретно сейчас интересовало более всего:
— Неделю назад Куэс Джингуджи, моя невеста, попала под пока неизвестный мне ритуал, который «украл» у нее 32 часа из жизни — и произвел примерно те же изменения, что и в тебе: смена фенотипических[38] признаков, включая обесцвечивание волос, усиление сродства к магии, пошедший в разнос (правда, в меньшей степени) метаболизм… к сожалению, я узнал об этом только несколько часов назад. Ответь мне — связь между вашими случаями есть?
Вот теперь мне удалось «зацепить» Генноске основательно — по мере моего монолога он даже попытался привстать на своем ложе — но потом обессилено откинулся на назад. Только через несколько секунд я сообразил, что тихие звуки, которые издает мой дед — это смех. Горький смех — выражение лица мужчины никто бы не назвал «радостным».
— Даже так. — Родственник замер, глядя в одну, невидимую другим точку. — Даже так… Воистину, судьба знает, как посмеяться над людьми!
И снова тихие звуки грустного смеха. Я терпеливо ждал, не перебивая. Генноске явно было, что мне сказать — и, как я понял, версию, что дедушка «поучаствовал» в жизни моей жены нарочно можно было смело отвергать. Какое облегчение!
— Хорошо, я расскажу тебе то, что ты хочешь… внук. — Старик, а Генноске как никогда сейчас выглядел на свой возраст — не морщинами или чем там, но взглядом, наконец вышел из режима «цедю одно слово в пять минут». — Не смотря на то, что твой отец предпринял все усилия, что бы ты не стал… хм, нормальным наследником клана, мы все-таки родная кровь… и она в тебе уже проявилась. В конце концов, раз уж у тебя хватило духу принять ответственность за вассалов в девять лет, ты имеешь право знать. И, думаю сможешь понять — судя по тому, как ты уверенно ты уверенно пользуешься медицинскими терминами… и оборудованием… проблем с пониманием не будет. Что ты знаешь о Пространстве?
Слово «пространство» дед выделил голосом, а сам вопрос задал так, как будто не он мне собрался нечто рассказать, а как минимум принимает экзамен у нерадивого ученика. И еще эти показные размышления вслух… Генноске явно ждал от меня реакции — только вот какой?
— Как я понимаю, вопрос про «магию пространства», точнее — строении пространства с точки зрения магии? — Я решил отвечать в той же манере, что и собеседник. Ну и характер! Ксо… если он так со всеми говорил — не удивлюсь, почему представителя шестого клана старались не без нужды не трогать и обходили десятой дорогой, если не по делу. Впрочем, возможно, это наработанная «маска» как раз на случай «простого общения» — клан Амакава имел довольно серьезные основания «находиться в тени» — потому что единственной альтернативой, в которой мои потомки так же сохранят относительную самостоятельность и возможность нормально жить это та, которую я сейчас «творю»! Как бы «любимого дедушку» инфаркт не хватил, когда уже он «сможет понять», во что «вписался» его потомок… как будто у меня был выбор, после того, что два последних поколения предков наворотили!
— В конце концов, ты в город попал с помощью именно техники (или амулета) магии Пространства, и, раз задаешь вопрос — он как-то связан с твоим рассказом… — Говорить и думать о другом одновременно меня давно уже «научили» на экзаменах еще в первом ВУЗе «там»: особенность обучения в «меде» — частая необходимость срочно выдавить из памяти нужный термин, описание или еще чего из необъятного массива информации, что запихивают в головы будущим русским врачам. Так что «вынырнув» из мыслей я с удивлением, переходящим в «каплю» вслушался в собственный монолог… блин! Да я идеально «подхватил» стиль речи Генноске — даже интонации были очень похожи: наставительно-снисходительные! Черт, сейчас кто угодно, услышав мой спич как ранее речь «Ноихарского Отшельника», подписал бы без сомнения любой документ, что «эти двое — близкие родственники»! — …практически я знаю, как воспроизвести амулет «Мистического Дома» из нашего поместья в Ноихаре, но в теории разбираюсь только в рамках объема научно-популярной литературы европейской школы магии…
Я заметил слегка расширившиеся зрачки деда и поспешил пояснить уже нормальным «своим» тоном, пока он не надумал невесть чего:
— Куэс мне присылает некоторые конспекты и копирует отдельные статьи — другого источника информации о теории магии у меня нет. В Ноихаре архива не было, фугурума содержала только клановую летопись, на базе родителей уцелели в основном огнестойкие вещи, а в лаборатории, вход в которую в горной долине из записей были только спецификации по «Багровому Клинку», которые сама кошка туда и принесла. Может быть ты, деда, в курсе, где клановая библиотека?
Кажется, я снов смог удивить родственника — взгляд его по мере перечисления мест становился все более… пронзительным. Но, стоило мне произнести последнюю фразу… Смущение. Досада. Растерянность. Вина. Боль. Я едва успевал «читать» выражения лица Генноске — правда, видимо эмоции были весьма сильные, раз «пробили» «маску» и выражались так четко.
— Нет больше библиотеки… — Голос пожилого мужчины звучал глухо и надтреснуто. — У меня был выбор между ней и сыном, и я выбрал сына… Я лично вымарал его имя из клановой Книги и отрекся от родства — за то, что он сделал… но я не смог выкинуть его из сердца! Впрочем, даже это не помогло… что он рассказывал тебе обо мне?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
