океаны и не трогаем.
Более того, мы с Романовым сами решили создать аналог «зелёных» в этом мире. Раз уж пошла такая песня о космосе, то пора и о нашей планете задуматься. Нет, плевать нам на выбросы угарного газа в атмосферу, с этим можно бороться с помощью магии.
Актуальные вопросы — максимально осторожная работа на Южном полюсе, бережное отношение к этим районам вечной мерзлоты. Охрана океанов и морей, а то они всё грязнее и грязнее становятся…
Да-да, поразительно, но я сам начинаю превращаться в того, кого так не любил. Ну да ладно, это я уже утрирую. Нет во мне такого лицемерия, дабы летать на саммиты на самолётах, а потом кричать о том, что моё детство украдено из-за выбросов угарного газа в атмосферу. Или я тупо умнее, ибо знаю, что скот типа коров и свиней влияет на природу больше, чем все автомобили и самолёты вместе взятые. Гений, да. Причём и не скажешь, что непризнанный.
К моему юбилею, к двадцати годам моего нахождения в этом мире, прибавилась неслабая нотка горечи. Окончательно отошедший от дел Ануфрий Ерёменко тихо и мирно умер в своей постели.
Могу заявить со всей уверенностью, его похороны прошли ничуть с не меньшей помпезностью, чем у Михаила Романова. Причём мы сами ничего такого не планировали. Некролог в газетах и СМИ увидели как местные жители, так и приезжие, кто работает не только в университете, но и в «Цехах» и на заводах по производству космических кораблей. Оказалось, что количество народа, которое хоть раз, но пересекалось с бывший ректором «Первого магического университета» безумно огромное. Чуть ли не половина Хабаровска пришла проститься с местным героем. Пришлось день похорон объявлять выходным, ибо работа и так была полностью парализована.
Выполнил я и то, что обещал ему. На аллее перед главным корпусом университета появилась первая бронзовая статуя. В ней очень легко узнать Ануфрия Ерёменко, который стоит и пристально смотрит в небо. Если кто-то его вдруг не знает, не беда — рядом есть большая мемориальная табличка, куда едва-едва влезли все его заслуги и достижения.
Не знаю, почему, но смерть Ерёменко, такое чувство, ещё сильнее отодвинула меня от того, кем я был раньше. Память будто сама обрывает всё, что связано с моим прошлым. Пару раз пытался вспомнить, а как выглядели автомобили в моём мире? Даже специально в голове копался — не получилось. Не помню и всё тут, будто этого тупо не было. Что ж, может оно и к лучшему. Забыть об этом всём, чтобы к старости и потенциальной деменции потом своих близких не пугать.
Глава 25
Чем дольше живешь, тем меньше остаётся желания обращать внимание на проблемы людей, которые вообще никоим образом с тобой не связаны. Это я не о своих поданных, проживающих в Хабаровском крае и в Австралии, а о населении Африки, обеих Америк и всего остального земного шара в принципе.
Куда-то пропадает этот юношеский максимализм, под чьим воздействием обычно и появлялось желание попытаться сделать жизнь на всём земном шарике намного лучше, чем она была до твоих попыток что-то изменить. Он, скорее всего, сталкивается с суровой реальностью. Приходит осознание, что одних твоих желаний и попыток недостаточно. Да и пропитываешься сволочизмом людей, после наблюдения за которым пропадает весь энтузиазм. Вроде и понимаешь, что наглых и неблагодарных людей куда меньше, чем тех, кто понимает, что ты для них сделал, но… Кричат и вопят они громче всех. Те самые два-три процента идиотов, что разгоняют огромный шум повсюду, заставляя тебя недовольно кривиться.
Ах, да, к чему это я…
Можно сказать, что наша «Коалиция» вышла довольно успешным проектом. Недостаток рабочей силы из Российской Империи с лихвой был перекрыт желающими найти лучшей жизни из менее обеспеченных континентов. Вот только аппетит у некоторых приходит во время еды. Причём люди бывают настолько ненасытными, что диву даёшься, как у них хватает наглости тебе ещё что-то и предъявлять.
Очень многих мы вытащили из грязи и нищеты. Одели и обули, бесплатно предоставляя им еду и стипендию на время обучения. Безвозмездно учили работать, причём учитывая ещё и их интересы. Зарплаты такие, что грех жаловаться, не все мои подчинённые на Земле получают столь значительные суммы. Да, это связано с тем, что работа у этих товарищей вплотную связана с космосом. Добыча полезных ископаемых на Луне и Марсе, терраформирование «Красной планеты», что довольно тяжёлый труд для любого человека.
Нет же, возгордились. Начали считать себя элитой человечества, требуя от кормящей руки фиг пойми какого уважения к себе, хотя мы не давали ни малейшего повода для сомнений к нашей лояльности. Поневоле вспоминаешь анекдот про уборщицу, которая работала в аэропорту и жаловалась, что мало платят, но не хотела «уходить из авиации».
Дело чуть было не дошло до того, что наша колония на Марсе, которая уже насчитывала более тридцати тысяч человек населения, собиралась объявить о своей независимости.
Такого уже я не мог потерпеть. Вы летаете на кораблях, которые наполовину построены за мои средства. Пользуетесь идеями, что придуманы нашими учёными. Снабжаетесь за счёт нашей корпорации. Получаете средства на терраформирование с Земли. О какой, чёрт побери, независимости вообще может идти речь?
Насколько бы мне не хотелось, но пришлось погрузиться в свой личный космический кораблик и отправиться в сторону Марса.
«Да, сколько уже лет прошло после постройки «Первого», далеко мы вперёд шагнули», с некоторой ностальгией проходил я мимо огромного корабля, который несколько месяцев назад был окончательно списан и установлен в качестве памятника космическим первопроходцам.
Некоторые менеджеры предлагали не маяться дурью и переоборудовать его под огромное грузовое судно, выдрав всё ненужное изнутри. Тут уже моё сердечко ёкнуло и заставило отказаться от подобной затеи. Не так уж и много денег мы теряем из-за моего решения, зато для последующих поколений сохраним хоть что-нибудь.
Построенная для меня космическая яхта способна преодолеть столь немалое расстояние всего за четыре часа. Звучит нереально, ещё тридцать лет назад я бы заявил, что это на грани фантастики. Но, к нашей всеобщей радости, за этот срок произошло очень много. Причём не в плане сражений друг с другом, ибо даже конфликт в Африке, наконец-то, надоел всем и сам по себе утих, а в плане развития технологий и удачного вплетения в них магии.
Каюсь, понятия не имею, как работают эти движки. Учёные уже в такие дебри залезли, что мне надо несколько лет сидеть в «Режиме форсажа»,
