то ты никогда не врубишься! — Прошипел Саблезуб.
Это было бы крайне глупо — идти куда-то с ним вдвоём. Особенно после того как Димитр приказал всем держаться вместе. Да и всё то, что Тася знала о Саблезубе…
И всё же она встала и пошла. Потому что чувствовала — так надо.
Они с Саблезубом тихо вышли из столовой, никто и не заметил. В коридоре, куда ещё доносились голоса остальных, и откуда можно было легко вернуться, Саблезуб пошёл первым, а Тася — за ним. Вскоре голоса пропали. Тася шла, настороженно косилась в спину Саблезуба и каждую секунду ожидала какой-нибудь пакости. Тот, однако, не дёргался.
— И куда мы идём? — В конце концов спросила Тася. Надо было раньше спросить, тут же с досадой укорила саму себя. А сейчас даже голосов из столовой не слышно! То есть и её, если будет кричать, никто не услышит!
— На склад, где транспорт хранился.
— Какой транспорт?
— Лодка ваша.
— Подожди… Хранились? Что это значит?
Тот только глазами зыркнул.
Хранились? Он хочет сказать, что теперь она там не хранится?
Кто его знает! Отвечать Саблезуб не стал.
— Хочу знать дорогу к хранилищу, где лежит моя лодка. — Сказала Тася вслух. Надо проверить, туда ли он её ведёт.
Тася посмотрела на стены… но стрелок не было.
Она тут же остановилась. Саблезуб тоже остановился, проследил за её взглядом, посмотрел на стены у пола.
— Нет указателей. — Сказал он.
— Ты знаешь про указатели?
— Конечно. Их для меня сделали.
— Я думала, для дрона. Чтобы он ориентировался.
— Дрона тоже для меня сделали.
И тон какой снисходительный! Тася чуть не скривилась Надо же, всё для его драгоценной персоны! Не устаёт о себе напоминать!
— Пошли. — Саблезуб направился дальше.
— Куда? Указателей же нет.
— Мне они не нужны, я и так дорогу помню. Думаешь, сколько я здесь просидел?
Логично. Просидел долго, всё подземелье наизусть знает.
Тасе посмотрела назад, в сторону, откуда они пришли. Хотелось вернуться.
Но она чувствовала, что нужно понять, о чём говорит Саблезуб. Да, он мог и врать, и попробовать завести её куда-то… только какой смысл?
Развлечься напоследок? Напасть на неё и довести до конца то, ради чего он её разбудил? Всё равно ведь пропадать?
Но у неё же есть кнопка. Тася подняла руку и сжала кнопку в ладони. Ничего он не сделает.
— Шевелись! А то не успеем! — Крикнул Саблезуб, не поворачивая головы.
— Хочу пройти в столовую. — Шёпотом сказала Тася. Стрелка, которая указывала обратно, тут же появилась на стене.
Значит, стрелки работают… но не все. В случае чего можно сбежать от Саблезуба и вернуться к остальным. Значит, надо идти за ним. Что-то не так. Он ведёт себя странно.
Хотя… что в его случае не странно?
Чем дальше они уходили, тем тише и темней становилось вокруг. Тася оглядывалась и хмурилась. Будто… будто все эти помещения вдруг стали нежилыми, а все вещи, которыми прежде активно пользовались, теперь были брошены, никому не нужные. Будто… Вот! Казалось, что жители дома покинули его навсегда.
И вот Саблезуб остановился. И ухмыльнулся. Тася не поняла, что послужило этому причиной. Тогда Саблезуб ткнул пальцем вперёд.
— Смотри.
Впереди… Тася снова ничего не поняла. Впереди были двери, которые вели на склад с транспортными средствами. Те самые двери со значком ракеты на створке. Они были открыты.
Только там дальше, за ними, ничего не было. В смысле, прямо за створками виднелась сплошная каменная стена.
Тася, не веря своим глазам, бросилась вперёд, пощупала руками… камень. Прохладный, твёрдый камень. Никакая не обманка, не проекция. Прохода не было!
— Это шутка такая? — Спросила Тася. — Розыгрыш? Ты перевесил дверь?
— Чья шутка? Они не умеют шутить. — Зло ответил Саблезуб.
— Тогда что это значит?
Тот закатил глаза, но потом всё же изволил пояснить.
— Они сокращают пространство.
Правда, Тася снова ничего не поняла.
— Что?
— Они запирают нас. Не видишь?
— Как?
— Они закрывают помещения. Скоро мы окажемся где-нибудь в столовой. Без выхода.
— Как это?
Он снова закатил глаза.
— Да очнись уже! Скоро тут ничего не останется! Может, вообще завалят нас, как этот склад. А сами слиняют!
— Слиняют? Куда? — Глупо спросила Тася.
— Ну не тупи! Я не знаю, что такое Переселение!
— И я не знаю.
— Конечно, ты не знаешь. Но по-любому это не оставание на прежнем месте. Они слиняют… а нас оставят тут, запертых в четырёх стенах!
Вот теперь Тася поняла. А когда поняла, пошатнулась. Ей пришлось прислониться к стене.
— Они нас бросят?
— Конечно! Скажут потом — ой, а этих-то мы забыли! А ты чего забыла? Так я думала, ты ими займёшься. А я думал — ты. А уже полгода прошло, наверное, они там уже все сдохли от голода. Или десять лет… Так и будут сваливать друг на друга. Ну, а потом скажут — ладно, фиг с ними. Было и прошло. Что теперь поделаешь.
Саблезуб озвучил разговор в лицах.
Тася стояли ни жива, ни мертва.
Врёт? Но зачем? Зачем ему врать сейчас? И этот коридор, упирающийся в стену… огромное помещение, которого теперь нет. Которого будто бы и не было!
— Что делать? — Спросила Тася.
— Наконец-то! — Саблезуб фыркнул. Но Тася была такой испуганной, что не обратила внимания.
— Так что?
— Нужно добраться до кого-нибудь из местных.
— Как?
— Придумай. Только у тебя есть связь.
— Да какая?
— Дрон!
Тася быстро стала прокручивать в голове. Дрон? Получается, только дрон может что-то сделать?
— И что дальше? Что я должна делать?
— Откуда я знаю? — Саблезуб удивился.
— Но ты же ко мне подошёл? Почему ты не подошёл с этим разговором к Митяю? Он тоже может общаться с дроном! И… да любой может, дрон всем отвечает! Даже ты можешь с ним поговорить. Почему ты подошёл ко мне? А! Ты боишься остальных, да? Вашего прошлого?
— Да о чём ты? — Саблезуб снова выглядел донельзя удивлённым. — Чего мне этих дятлов боятся? Я — сын Зубцова, а большинство из них — беспородная шваль. Скоро и ты это поймёшь, тайная владелица Оберега. — Саблезуб усмехнулся, да так неприятно, что в воздухе даже завоняло.
— Тогда почему я?
— Они только тебя станут слушать.
— Кто они?
— Местные! Да не тупи ты!
— Почему меня?
— Ну, мы прилетели к ним без спроса. А ты случайная жертва. Ты здесь очень долго хранилась. Они тебя ценили. Они тебя послушают.
— Знаешь, зачем меня хранили?
— Нет.
— А тебя не послушают? Тебя же здесь оставили. Свои оставили.
— Потому что я сам сюда прилетел, то, что оставили, не имеет значения. Я уже тут был! Без приглашения. Ну не тупи!
Он говорил так, будто всё
