Читаем без скачивания Ратибор. На арене Кузгара - Александр Фомичев

за дукаты, стараясь смыть с себя этот позор в течение оставшейся, отмеренной мне богами жизни. Ну а рабский ошейник со своей шеи специально решила не снимать, оставив в качестве напоминания самой себе: кем я была, что творила и как низко можно пасть в собственных же глазах. Ведь слишком поздно я осознала: не все средства хороши, лишь бы выжить, ох не все! Ну а Зулук с Озгюслом последовали моему примеру, тоже приняв решение носить и дальше, как память, проклятые хомуты… Но достаточно о нас, — предсказательница прищурилась, внимательно разглядывая Лазара, слушавшего хозяйку дома, затаив дыхание. — Теперича обсудим твои чаяния! Показывай, что принёс, да задавай вопросы. Не так уж, между прочим, много времени у тебя осталось; обычно час на визит у моих посетителей имеется. И ты не исключение из правила.

— Вот, — Лазар поспешно достал принесённый с собой маленький тугой кулёк, быстро развязал стягивающую его горловину пеньковую верёвочку и аккуратно положил потрёпанный мешочек на стол перед прорицательницей. — Это…

— … Песок с кровью, — принюхиваясь, закончила за него Фейза. — Где ты ента нарыл?

— Не я. Один из рабов-уборщиков. По моей просьбе подобрал тайком на арене Кузгара после боя, — слегка смутился глава чистильщиков. Впрочем, тут же взяв себя в руки, Лазар задал, наконец, свой первый вопрос: — Что ты можешь сказать о человеке, коему эта кровушка принадлежала?

Предсказательница осторожно подцепила кисет и поднесла к своему лицу, сильно втягивая при этом носом воздух. Далее она опустила в махонькую торбочку мизинец, чуть обмакнула слипшееся содержимое мошны да тут же слизнула каплю бурой кашицы с подушечки пальца. Немного погоняв языком между впалых щёчек щепотку окровавленного песочка, Фейза сплюнула его в извлечённый из нагрудного кармана сарафана серый платок, затем аккуратно сложила льняную тряпицу и бросила на стол, а после закатила и без того жуткие белёсые глаза к потолку и тихо, но внятно прошелестела:

— Рыжеволосый русич. Невообразимо могучий! Славянскими богами отмечен. Рождённый побеждать, повелевать и править! Подвержен гневным вспышкам, кои плохо контролирует. Обладает обострённым чувством справедливости. Сила духа этого человека совершенно немыслима!.. Хоть и притупились малость со временем, но всё равно до сих пор снедают руса старательно гонимые им прочь горечь утраты да чувство вины, а также небывалая ярость и жажда мести, в совокупности порождающие в его душе невероятный водоворот эмоций, впрочем, кое-как им сдерживаемый. М-де уж, гремучая смесь!.. Не хотела бы я оказаться среди тех дуралеев, кто повинен в захлёстывающей иноземного богатыря столь дикой буре страстей! Ибо лично у меня сомнений нет: до старости его враги точно не доживут, так как весьма недолог век тех, кто по глупости аль незнанию навлёк на себя гнев этого вспыльчивого исполина!

— Хм, любопытно… — Лазар задумчиво отбарабанил пальцами по столу. — Но мне нужно знать, могу ли я ему верить? Можно ли на него положиться? Слишком многое на кону… Например, жизни!.. Причём не только моей родни, но и всех тех побратимов по неволе, кто доверился, в свою очередь, уже лично мне.

— Это уж ты должен решить для себя сам, — опустив белёсые глаза, Фейза едва заметно улыбнулась, однако тут же посерьёзнев. — Но могу тебе сказать однозначно, повторив мной уже упомянутое: у огнегривого русича лучше быть в друзьях, чем в ворогах! И кстати, наш всемогущий император довольно скоро сможет в этом убедиться, к своему несчастью. Эх, в интересное время мы живём! Грядут перемены, которые перекурочат знакомый нам миропорядок до неузнаваемости. И этот великий воин, кровь коего ты мне принёс, примет в намечающихся для Ивропии эпохальных событиях самое деятельное участие!..

— В смысле?.. — черноволосый невольник озадаченно заморгал. — Что вскоре случится?..

— Ты знаешь, — пожевав губами, вопросом на вопрос молвила вещательница, — что общий язык, называемый ещё изначальным, является родным для русов?

— Ну да, слышал об этом.

— А ты понимаешь, что значит «изначальный»? — Фейза пытливо уставилась слепыми очами на зябко поёжившегося под таким страшноватым взглядом Лазара, через несколько мгновений сама же отвечая на свой вопрос: — Это значит «существующий с начала времён», то бишь язык богов, ниспосланный людям с небес! И очевидно, что раз данный говор для русичей родной, то они и были теми самыми человеческими племенами, первыми получившими от Вездесущих столь ценный дар, не так ли?

— Э-э-э, вроде так… — Лазар растерянно почесал макушку. — Складно излагаешь… Но к чему ты сейчас ведёшь?

— К тому, мил человече, что, быть может, не стоит воевать с народом, столь щедро одарённым самими небожителями? Явно ведь русам покровительствуют высшие силы!

— Эм, уважаемая, я не совсем уразумел…

— И неудивительно, ведь ты не знаешь и крупицы всеобщей истории человечества! Истинной истории, похороненной во тьме множества тысячелетий! Не ведаешь про взлёты и падения предыдущих, некогда существовавших цивилизаций, ныне преданных забвению. Впрочем, ты не один такой дремучий, и это — мягко говоря! Повсеместное невежество Ивропии поражает, — Фейза сокрушённо вздохнула. — Видишь ли, всё меняется, когда Бессмертная Великая Черепаха пробуждается ото сна и начинает ворочаться, лениво шевеля своим необъятным панцирем: единый континент раскалывается на несколько материков, потом и они обретают всё новые и новые очертания, постоянно видоизменяясь под воздействием могучих природных, неподвластных нынешнему человеческому разуму сил. По всему миру происходят ужасающие события: целые островные королевства исчезают в глубинном мраке, под толщами Большой воды, и лишь одно остаётся неизменным во все времена: вечное противостояние Запада с Востоком. Причём происходит оно всегда по одному и тому же незамысловатому сценарию: мы находим вескую, по нашему мнению, причину, и нападаем на проживающих там варваров. После чего они сплачиваются, собирают мощнейший кулак и наносят ответный визит «вежливости», то бишь как по накатанной тропке проходятся по Ивропии гранитной покатушкой, стирая в пыль да труху существующие у нас государства.

Прорицательница прокашлялась, затем приняла кружку прохладной водицы из рук практически бесшумно вылетевшей из кухни молчаливой помощницы средних лет, о присутствии которой в доме Лазар даже не подозревал.

— Благодарствую, Айза, — одобрительно проводив слепым взглядом бесшумно прошмыгнувшую назад на кашеварню служанку, Фейза сделала полдюжины маленьких глотков и улыбнулась уголками губ. — Желаешь чего-нибудь испить, вифириец? Есть вода тёплая, вода горячая и вода прохладная. Все из чистейшего, аки безоблачное небо, родника. Более ничего из жидкостей не употребляю и тебе не советую. Ибо чистая водица, это основа жизни, созданная Творцом, а все