После операции Вашему сыну понадобится некоторый срок для реабилитации. В это время он не сможет покинуть страну. Но я и Карим Азатович всегда будем рядом. Если у Вас возникнут какие-нибудь щепетильные вопросы, я всегда буду рада помочь.
Я непонимающе нахмурила брови.
- Щепетильные вопросы?
Девушка несмело подвинула вперед пакет с известным брендом нижнего белья и опустила глаза. А я смущенно улыбнулась.
- Ясно. Спасибо большое. – облегченно выдохнула в ту же секунду понимая, что сама я об этом даже не догадалась подумать. В моем кармане нет и доллара наличности. А в женской сумке лишь расчёска и зубная щетка. К Кариму я действительно не решилась бы обратиться за помощью с такими покупками.
- Я могу чем-то еще Вам помочь? – вежливо поинтересовалась Асма.
- Спасибо большое, нет. – улыбнулась в ответ, и девушка тут же поспешила к двери. Прежде, чем закрыть ее за неожиданной гостьей, я отчего-то застыла. Но и Асма застыла тоже. Встала возле стены и сложила руки в замок перед собой, не думая уходить.
- Вы что, будете стоять тут? – растерянно спросила, не сводя взгляд с девушки.
- Да. На случай, если Вам что-то понадобится, я или Карим Азатович всегда будем где-то поблизости.
- Я собираюсь поспать. Не думаю, что в ближайшие пару часов мне может кто-то из вас понадобиться. Вы можете пока заняться… Эм… Своими делами.
Асма тут же поменялась в лице. Напряглась.
- Извините. Но это не обсуждается. Я буду тут.
- Ладно. – ответила я с улыбкой, смирившись с тем, что глаз с меня спускать точно не собираются. Сейчас это не напрягало. Наверное, потому что я понимала – эти люди, как и Дамир, всего лишь пытаются действовать мне во благо, а не ограничить свободу.
Вернулась в номер, подхватила со столика возле входа стопку прессы и мягкий стул. Вытащила их в коридор. А Асма выпучила глаза.
- Вы что, не стоило…
- Сейчас еще кофе принесу. – оборвала я ее. - Все равно его пить перед сном нельзя.
***
- Может быть, мне его можно хотя бы спать уложить? – я взглянула на Карима, и он тут же принялся переводить мой вопрос врачу.
Статный доктор с белесыми волосами и очень серьезным взглядом всё выслушал и утвердительно затряс головой.
Мы находимся в клинике уже четыре часа, а осмотр сына буквально пару минут назад был окончен. Все необходимые анализы уже готовы, и врач окончательно дал согласие на операцию. Она назначена завтрашним ранним утром и будет длиться больше пяти часов.
- А можно мне остаться в палате на ночь? – понадеялась я. Но здесь фортуна оказалась не на моей стороне. Карим выслушал ответ доктора и с виноватым видом повернулся ко мне.
- Правила клиники этого не запрещают. Но Вы так взволнованы, что из-за этого ребенок тоже может начать нервничать. Это не принесет пользы. Постарайтесь понять и сделать так, как лучше для сына.
Я закусила губу. Рациональная часть рассудка была согласна с Каримом и доктором – чем быстрее день подходил к концу, тем больше нервозности опять окутывало сознание.
С тяжелым сердцем, уложив Тимура в кровать и спев ему колыбельную на ночь, я никак не могла двинуться с места и отправиться обратно в гостиницу. Конечно, знала, что утром перед тем, как начнут операцию, я снова увижу его еще раз. Но ноги будто приросли к полу палаты. Я села на краешек стула и обернулась по сторонам.
Дорогое оборудование, в углу большой телевизор и даже личный компьютер, предоставляемый пациенту. Видимо палата рассчитана не только на малышей. Возле входа я заметила личный пост со стойкой медсестры. Все показания приборов, подключенных сейчас к Тимуру, выходили прямо на экран ее ноутбука. Меня заверили, что наблюдение будет вестись непрерывно. В старенькой клинике, где лежал сын, такого уровня и в глаза не видели…
Тимми уже сладко дремал, а я, взглянув на него еще раз, всё же отправилась к выходу.
Добравшись до гостиницы, попрощалась с Каримом, оставшимся возле двери, и отправилась в номер.
Наспех приняла душ, переоделась в новое белье и шелковую пижаму. Залезла под большое пуховое одеяло, которое вкусно пахло свежестью порошка и еще почему-то имело аромат апельсинов. Голова в это время тонула в мягкой подушке.
Все это безусловно меня расслабило бы, не будь мысли полностью заняты сыном.
Ближе к полуночи по местному времени, я уже на полном серьезе подумывала попросить Карима отыскать таблетку снотворного. Днем удалось поспать от силы сорок минут, а вторую ночь без отдыха мой мозг попросту не выдерживал. Не хватало еще завтра инфаркт заработать, пока идет операция.
Поворочавшись в постели еще десять минут, я поднялась. Как раз в эту секунду раздался стук в дверь.
Сердце подпрыгнуло.
Неужели что-то случилось с сыном? Иначе, зачем еще меня стали бы беспокоить посреди ночи?
На негнущихся от страха ногах, подошла к двери и взялась дрожащими пальцами за ручку. Кровь прилила к щекам, а тело наполнилось адреналином.
Все это прошло в один миг, так же быстро, как и началось. Стоило мне только увидеть глаза, цвета палящей стали по ту сторону двери.
- Дамир? – я распахнула ресницы. – Что ты здесь делаешь?
Бывший муж слабо улыбнулся и тепло посмотрел на меня.
- Ему завтра делают операцию. Неужели ты думала, что я не приеду? – лукаво подначил он и заглянул через моё плечо. – Можно войти?
Не пустить его было бы совсем глупо. В конце концов всё это только благодаря ему. Так что я отступила и пропустила мужчину внутрь.
- Ты же должен в больнице быть? И еще дела… После этого покушения наверняка много вопросов…
Он обернулся, устало сев на кресло возле кровати.
- Ты и наш сын сейчас гораздо важнее.
И в этот раз я не стала его поправлять. Приоритеты меняются. Дамир делает выбор между своей жизнью, и нами. И это только его выбор. Я бы поняла его в любом случае. Но душу наполнило тепло, когда в его глазах я увидела, что Тим ему важен не меньше меня.
Мы оба были уставшими и измотанными, поэтому даже не разговаривали. Я молча разлила душистого чая по фарфоровым кружкам и тихо уселась за маленький стол. Дамир сел напротив и взял меня за руку. Выжато улыбнулся.
Спустя пол часа я все же мягко произнесла, что мне пора спать. Хотя какой уж тут сон
